Темная душа (ЛП) - Ньютон Ив - Страница 61

Изольда плотнее закутывается в одеяло.

— Звучит не очень.

— Нет, — соглашаюсь я. — Благодаря этому у нас есть, возможно, несколько дней на подготовку.

— Или несколько часов, — мрачно добавляет Си-Джей. — Мы не знаем их временных рамок.

— Тогда мы составим свои собственные, — говорит Изольда, и её голос становится твёрже.

Она вылезает из постели, кутаясь в простыню, как в броню.

— Я устала от того, что за мной охотятся, устала ждать, когда они сделают первый шаг.

Си-Джей отворачивается от окна, его янтарные глаза одобрительно сверкают.

— Что у тебя на уме?

— Думаю, мы сами расставим ловушку, — отвечает она, подходя к своему гардеробу. — Если они так сильно хотят меня, давайте дадим им то, что, по их мнению, они хотят.

Я чувствую, как мои крылья подрагивают от беспокойства.

— Изольда, это невероятно опасно. Мы не знаем, сколько их и на что они действительно способны.

— Мы знаем достаточно, — возражает она, доставая одежду резкими, решительными движениями. — Они хотят пытать меня и расчленить. Они заклеймили меня, как скотину, и они убили Уильяма сто лет назад, потому что он слишком близко подошёл к раскрытию их отвратительных методов.

Её магия искрится на кончиках пальцев, когда в ней нарастает гнев, эта защитная сила, которая развивалась с тех пор, как она прибыла в Серебряные Врата. Воздух в комнате наполняется энергией.

— Пусть приходят.

— Это эпически плохая идея, — говорю я.

— У меня есть вы двое, не так ли? Разве вы уже не доказали, что сделаете всё, чтобы защитить меня? И Уильям не совсем беспомощен. Держу пари, он хочет отомстить.

— О, ещё как, — говорит Си-Джей, — настолько сильно, что это может оказаться преимуществом, которого они не ожидают.

Я смотрю на него и Изольду, чувствуя приближение войны.

— Тогда мы будем сражаться.

Си-Джей одаривает меня бешеной ухмылкой.

— Точно подмечено, пернатый.

Волна предвкушения, пронзающая меня, горяча и сильна. Меня охватывает желание защитить Изольду любыми необходимыми средствами. Кто бы ни пришёл за ней, он не проживет достаточно долго, чтобы прибрать её к рукам.

Глава 37. ИЗОЛЬДА

— Нам нужен план, — говорю я, натягиваю чёрные джинсы и белую рубашку. — Что-нибудь более конкретное, получше чем просто «пусть приходят».

— Мы не будем этого делать, — внезапно говорит Кассиэль.

— Что? Почему нет?

— Это слишком опасно.

— На самом деле у нас нет особого выбора.

Я смотрю на Си-Джея, который внимательно изучает Кассиэля.

— Вообще-то, он прав. Ещё слишком рано.

— Слишком рано? — прохрипела я. — Они могут прийти за мной в любую секунду.

— Могут, но ты не готова, а сражаться с ними — равносильно самоубийству.

— Что? — сбивает меня с толку.

— Ты здесь меньше недели, Иззи. Ты ещё недостаточно подготовлена, чтобы драться. Вот почему Блэкридж отправил тебя на те занятия, на которые отправил. Чтобы тренировать тебя.

— Но ты только что сказал, что мы должны сражаться!

— А теперь я передумал.

— Я тоже, — заявляет Кассиэль. — Нам нужно больше времени.

— У нас нет времени! Перестаньте меня защищать и помогите мне! — я отворачиваюсь от них, кипя от злости, хотя в глубине души понимаю, что они правы.

— Иззи! — из-за двери доносится голос Айзека.

Я рывком открываю её и свирепо смотрю на него.

— Что?

— Ты в порядке? — серьёзно спрашивает он.

— В ярости, но в порядке. А ты?

Он хмурится и входит в комнату, где напряжение зашкаливает.

— У нас возникли разногласия.

— Хочу ли я знать? — мрачно спрашивает он.

— Нет, — отвечаю я, но не успеваю продолжить, как зеркало на моём столе начинает вибрировать.

Мы с Айзеком обмениваемся взглядами и бросаемся вперёд.

— Мама! Папа!

Я смотрю в зеркало, Айзек стоит рядом со мной. В поле зрения всплывает потрясённое лицо нашей матери.

— Иззи! — кричит она. — У меня мало времени. Найди друга своего брата. Он сможет защитить тебя. Он… — связь обрывается.

— Мама? — кричу я, постукивая по зеркалу. — Мама!

— Она пропала, — мрачно говорит Айзек. — По крайней мере, мы знаем, что она жива.

— Пока что, — бормочу я. — А что насчёт Папы?

Айзек пожимает плечами.

Я качаю головой.

— Почему она хотела, чтобы я нашла тебя? — спрашиваю я, поворачиваясь к Си-Джею. — Он…?

— Самый могущественный вампир в королевстве? — заканчивает за меня Си-Джей с такой улыбкой, что мне хочется стереть её с его лица, и моя киска становится влажной.

— Тьфу, как пожелаешь, — усмехаюсь я.

Его улыбка не сходит с лица.

— Они не ошибаются.

— Она этого не говорила!

— Нет, но она говорила серьёзно. Я могу защитить тебя.

— Тем, что не позволяешь мне расставить ловушку для этих ублюдков.

— Это только начало.

— Грр, — рычу я, и тут шум снаружи заставляет меня нахмуриться. Я быстро подхожу к окну и смотрю вниз, во двор. — Что за чертовщина?

— Что там? — спрашивает Кассиэль, вставая у меня за спиной.

— Массовая драка, — комментирует Си-Джей. — Интересно, кто её начал.

Он пристально смотрит на Бенца, перемещаясь и разрывая на части каждое существо, которое попадается ему под руку.

— Мы должны остановить его, — говорит Кассиэль.

— Скоро зазвонит колокол, — говорит Айзек, но этого не происходит.

Мы стоим там и смотрим на кровавую бойню, и никто ничего не делает, чтобы остановить её.

— Я спущусь туда, — говорит Си-Джей и открывает окно.

— Нет! — кричу я, но уже слишком поздно. Он выпрыгивает из окна, а Кассиэль сразу за ним, расправляя крылья, чтобы смягчить падение.

Айзек следует за ними, и что-то глубокое, мрачное и дурное предчувствие заставляет меня последовать за ними. Я приседаю на подоконник, а затем грациозно спрыгиваю на землю, приземляясь на корточки и оглядываясь по сторонам. Все ребята втянуты в драку, в которой сейчас участвует около сотни существ.

— Что за фигня?

Я оглядываюсь по сторонам, земля дрожит у меня под ногами. Дикая жестокость битвы быстро нарастает, и существа принимают всё более чудовищные формы. Кровь разбрызгивается по древним камням, когда когти и клыки раздирают их. Воздух наполняется нечеловеческим рычанием и треском ломающихся костей.

Я отчаянно пытаюсь найти своего брата и своих ребят.

Си-Джей полосует когтями по горлу студента, который злобно пытается выпотрошить его.

Крылья Кассиэля раскрываются и втягиваются, когда он движется сквозь хаос.

С кончиков его пальцев срываются золотисто-чёрные молнии, отбрасывая нападающих назад, к каменным стенам. Но даже его сила падшего ангела, похоже, не справляется с таким количеством обезумевших существ.

Айзек — сгусток атакующей магии, пламя вырывается из его рук, когда он прокладывает путь в ближнем бою. Смерть и разрушение повсюду.

И тут я замечаю нечто такое, от чего у меня кровь стынет в жилах.

Стоящего на краю двора, совершенно неподвижного среди этого хаоса, не дерущего, не двигающего, просто наблюдающего. Наблюдающего. Делающего заметки в дневнике в кожаном переплёте.

Профессора.

Не одного, а двух. Трёх, Четырёх.

Блэкриджа, расположенного в стратегически важных точках, нигде не видно. Колокол не звонит.

Это не случайное насилие, оно спланировано. Кто-то намеренно спровоцировал эту массовую драку, чтобы посеять хаос.

Но по какой-то причине, кажется, на меня это не действует.

Я оглядываюсь в поисках кого-нибудь похожего на меня, того, кто мог бы помочь мне остановить это безумие, но я понимаю, что окружена ведьмами, которые подставили мне подножку на днях.

Их трое, их глаза сверкают чёрным, когда они хихикают.

— Потерявшийся маленький ягнёнок, — воркует главная. — Такая одинокая, такая испуганная.

— Я вас не боюсь, — выплевываю я и использую свою магию, чтобы создать щит.

Она шипит, обнажая на меня зубы, и наносит по щиту заклятие, которое разрывает его на части.