Вариация (ЛП) - Яррос Ребекка - Страница 93

— Алли… это правда.

Словом «презирала» она стерла осколки моего сердца в порошок.

— Спасибо, Хадсон.

Она посмотрела на воду, о берег разбилась волна.

Я затаил дыхание.

— Надо было сразу сказать. Спасибо. Я бы погибла в машине вместе с Линой, если бы не ты. Хотя, вероятно, если бы не мы, с машиной вообще ничего не случилось бы.

— Ты опять ищешь причину обвинить себя.

Ее усталый взгляд встретился с моим.

— Я правда желаю тебе только лучшего.

— Нет, не разлучай нас…

Но именно это она и делала. Каждая частичка меня кричала, чтобы я не сдавался, здесь, на пирсе, пока сердце истекает кровью.

— Мы со всем справимся.

— Нет. Без доверия невозможно ничего построить. — Она посмотрела на меня. — И самое смешное, что за все эти годы я так и не смогла никому открыться, а вот с тобой сблизилась. Может, если бы я подпустила тебя ближе, если бы ты узнал, что творится в моей семье… — Она помотала головой. — Возможно, ты бы сделал другой выбор. Так что это и моя вина.

Алли выпрямилась. Я с ужасом наблюдал, как ее стены по кирпичику восстанавливаются.

— Что это значит? — нахмурился я.

— Теперь уже не важно. И мы не расстаемся. Глупо было считать, что между нами может быть что-то большее — мы слишком разного хотим. У нас был срок годности, и теперь он просто-напросто истек. — И с этими словами она натянула свою фальшивую улыбочку. — Зато неплохо провели лето, правда?

То, что осталось от осколков моего сердца, перестало биться.

— Прощай, Хадсон.

Она ушла, но на этот раз я не стал ее догонять.

Глава тридцать шестая. Алли

МелЧелБарре: Кто-нибудь еще обновляет страницу с актерским составом на сайте «Метрополитена»?

Я ворвалась в дом. Признание Хадсона крутилось в голове — огромность его откровения подавляла, и в то же время хотелось, чтобы он вообще ничего мне не рассказывал.

Может, тогда у нас все же был бы шанс стать счастливыми.

Он спас тебе жизнь. И все это время мучился чувством вины.

Но он лгал… как минимум умалчивал.

Из всех эмоций проще всего было справиться с гневом, так что по пути на кухню я цеплялась за него, как за спасательный круг. Сэди завиляла мне хвостом и продолжила уничтожать свою последнюю пищалку.

За поздним завтраком сидели Ева, Кенна и Энн. Перед ними на кухонном острове лежала стопка плотных конвертов. Когда я подошла к холодильнику, сестры замолчали и вытаращились.

— Готова заняться документами? — спросила Энн. — Не нужно решать, с какой труппой…

К черту! Я больше не обязана планировать жизнь, оглядываясь на Хадсона.

— Я подпишу контракт с «Метрополитеном». Должно же быть хоть что-то нормальное в моей жизни.

Ева вздохнула с облегчением.

— Помучай Василия недельку-две, — посоветовала Элоиза, очищая апельсин. — Пускай поерзает.

— Отличная идея. — Я достала из холодильника бутылку воды.

— Не видела тебя после приема, — заметила Кенна, бросив на меня подозрительный взгляд. — Да и вообще все утро не видела.

— Ага.

Я открутила крышку и залпом выпила полбутылки. Что мне сказать им, если я сама не знаю наверняка, правду ли сказал Хадсон?

— Так, ты же хотела передать документы Кэролайн? — спросила Энн.

Энн. За всю бумажную работу в нашей семье отвечает она.

Я прислонилась к столешнице у раковины:

— Энн, ты видела Хадсона с Линой в то утро перед «Классикой»?

Брови Евы взлетели. Кенна и Элоиза тут же уставились на Энн.

Она откашлялась и опустила ложку в тарелку с овсянкой.

— Да.

— И они выглядели загадочно, как будто что-то замышляли? — Я сделала еще глоток.

Она медленно кивнула:

— Да. Я ему сказала, что, если он причинит тебе боль, я все расскажу. На сей раз не стану держать язык за зубами.

— На сей раз? — фыркнула я. — Господи боже, если бы хоть одна из вас сказала мне правду сразу, ничего бы не произошло.

Энн застыла:

— Он сделал тебе больно?

Я пропустила ее вопрос мимо ушей.

— Ты читала рапорт об аварии? После смерти Лины?

В комнате повисла тишина. Энн сложила руки на коленях.

— Да. Около года назад. Я нашла его в папином кабинете.

Я наклонила голову:

— Когда тело Лины обнаружили, она была пристегнута ремнем безопасности? Не ткань — естественно, она бы сгорела. Металлическая часть была застегнута?

Энн взглянула на Еву.

— Смотри сюда, — сказала я, постучав себе по груди.

Энн ахнула:

— Это кольцо Лины?

— Да. Она была пристегнута?

Я должна была выяснить.

— Да, — ответила Энн, глядя мне в глаза.

В груди стало тесно. Лина не выходила из машины. Хадсон сказал правду.

— А моя дверь была открыта.

— Да, — ответила она и поерзала. — Ты ни в чем не виновата, Алли. Я знаю, что говорит мама, но это голос скорби. Детективы отметили, что вся рама была искорежена. Чудо, что ты смогла сама открыть дверь. Видимо, адреналин, потому что никто так и не понял, как тебе это удалось в таком состоянии.

Гнев. Вот за него и держись.

— Все просто. Это не я.

Энн приподняла брови в немом вопросе.

— Поехали к маме. Немедленно.

— Утром у нее было совещание с консультативной группой, так что день сегодня не самый удачный, — предупредила меня Рейчел.

Я шагала по коридору к маминым апартаментам. Энн старалась не отставать, а вот Ева не торопилась.

— Других и не бывает, — ответила я.

Из-за запертых дверей раздавалась музыка Чайковского.

— Ты точно не хочешь сказать, что тебя беспокоит? — торопливо спросила Энн. — Ты молчала всю дорогу.

— Нет. Приберегаю для мамы.

— Ну, если вы уверены… — Рейчел повернула ручку и поспешила войти, опередив меня. — Миссис Руссо, приехали ваши дочери.

Я вошла следом и застыла.

Мама танцевала в черном трико и бледно-розовой юбке. Левая нога идеально прямая, а вот правая не очень устойчива. Должно быть, на колене снова сказывалась непогода. И все же невозможно было не отметить, как грациозно и изящно она двигалась. Она по-прежнему была прекрасной танцовщицей.

— «Лебединое озеро», — прошептала Энн, подойдя ко мне.

Я кивнула, наблюдая за мамиными руками, восхищаясь чистотой линий, пластичностью вытянутых пальцев, которая мне никогда не давалась с легкостью.

— Она еще танцует на полупальцах, — дивясь, отметила Ева.

— Вы точно хотите ее прервать? Обычно в это время она восстанавливается перед дневными занятиями.

Пальцы Рейчел зависли над стереосистемой слева от нас.

— Вчера одна сотрудница уволилась, а перед этим она сорвалась на двух девочек и накричала на них по-французски за то, что опоздали. Даже мне она дает лишь односложные ответы. А ведь у нее весь день расписан, — сказала Рейчел, сжимая планшет.

— Односложные ответы меня вполне устроят.

Я пошла вперед, и мама в зеркале поймала мой взгляд.

— Пятая, — велела она, со вздохом разочарования прервав танец.

— Нет.

Я остановилась, не дойдя до нее.

Музыка смолкла.

— Пятая! — крикнула мама.

— В ту ночь меня вытащил из машины Хадсон, так?

Подбирать слова было ни к чему.

Энн ахнула второй раз за утро.

— Боже мой, — прошептала Ева.

Мамины руки опустились, а глаза вспыхнули от ярости.

— Да, секрет раскрыт. Постараюсь облегчить тебе задачу, — предложила я. — Отвечай «да» или «нет». Меня в любом случае не интересуют твои оправдания.

— Алли, — прошептала Энн.

Я не сводила глаз с мамы:

— Он вытащил меня из машины. Он остался со мной. И ты знала. — Я скрестила руки на груди.

— Рейчел, ты не могла бы оставить нас на минутку? — спросила Энн.

Миг спустя дверь закрылась.

Мама поджала губы, и по углам обозначились морщины.