Лучшие враги навсегда (ЛП) - Хейл Оливия - Страница 21

Она хочет внимательно изучить Конни.

И меня.

Мое возмущение почти достигает точки кипения, когда к обочине наконец подъезжает желтое такси. У нее должен быть номер надежного такси на быстром наборе.

Конни выходит из автомобиля, ставя одну ногу перед другой. Черт. На ней спортивные леггинсы для йоги, облегающие форму ног. Сверху накинут легкий тренч, и я не знаю, должен ли радоваться или огорчаться тому, что он скрывает вид на ее ягодицы. Длинные волосы волнами ниспадают на плечи, а на лице — огромные дизайнерские солнцезащитные очки.

Я молча наблюдаю, как она направляется к нам. Конни светится лучезарной улыбкой, которую я никогда не видел, по крайней мере, не в своем присутствии.

— Привет! Мне так жаль, что я опоздала, — она приподнимается на цыпочки и целует меня в щеку. Ее губы нежно кассия моей кожи и тотчас исчезают, оставив после себя лишь тепло и легкий аромат духов. — Я попала в пробку после занятий йогой.

— Ничего страшного, — отвечаю я.

Голос звучит неестественно, и я прочищаю горло, надеясь, что это поможет прояснить мысли.

— Констанция, — произносит тетя с интересом охотника, только что заметившего добычу.

— Я, — отзывается Конни, протягивая руку, улыбка такая же лучезарная, как и прежде. — Габи19 много рассказывал о вас. Спасибо, что организовали эту встречу. Я несказанно взволнована. А вы, должно быть, Дэниел?

Габи?

Риелтор инициативу в свои руки и проводит нас внутрь здания. Конни грациозно идет впереди меня, непринужденно болтая с тетей о погоде. Ее волосы струятся по плечам, а голос звучит на удивление весело. Это еще одна ее ипостась, которую я никогда не видел.

Она мне нравится больше, чем следовало бы. Расслабленная и счастливая.

— Жаль, что мы не встретились раньше, — произносит тетя. — Насколько я поняла, вы уже довольно давно вместе.

— Почти год, — тепло отзывается Конни. — Я знаю, что мы поспешили со свадьбой и всем остальным, но это казалось правильным решением. Однако жаль, что я не познакомилась с его семьей раньше. Нам бы очень хотелось, чтобы вы и вся семья присутствовали на свадьбе.

Боже праведный.

Но тетя внимает каждому ее слову с пристальным вниманием, и я не могу не высказаться.

— Да, вы могли бы быть фрейлиной, тетя.

Ее глаза встречаются с моими со знакомым раздражением.

— А твой отец, полагаю, нес бы подушечку с кольцами?

— Не говори ему об этом, — советую я. — Не хочу, чтобы он еще больше расстраивался из-за того, что пропустил.

Шэрон усмехается над моим сарказмом. Это один из немногих способов, которыми мы поддерживаем связь на протяжении многих лет. Это и заключение безжалостных деловых сделок.

Риелтор отпирает дверь в первую квартиру, которую мы просматриваем. Она приветствует нас огромной меблированной гостиной с двумя диванами и панорамными окнами. Большая арка ведет в красивую кухню с огромным кухонным столом. На нем стоит деревянная миска, наполненная таким количеством лимонов, какое вряд ли сможет съесть одна семья.

Он тараторит цифры. Пять спален, четыре ванные комнаты, недавно отремонтированная паровая сауна, домашний офис и многое другое. Конни кивает, и я ловлю себя на мысли, что смотрю на нее больше, чем на все, что происходит вокруг.

Что случилось с той, кто на днях находилась на грани нервного срыва? Перед братом и отцом она была напряжена как натянутая струна. Теперь, кажется, наслаждается своей ролью.

Должно быть, из-за семьи.

Риелтор упоминает детскую.

— Ой! — восклицает Конни и тянется к моей руке. Она переплетает наши пальцы так, словно мы постоянно это делаем. — Ты это слышал?

Ее рука в моей удивляет, но не настолько, чтобы я вышел из образа.

— Слышал. Тебе нравится?

— Да, — говорит она с застенчивой улыбкой.

Это так не похоже на ту Конни, к которой я привык, что еще больше сбивает меня с толку. Черт. Нужно попасть в ту зону, в которой она находится.

Глаза тети сосредоточены на Конни и наших переплетенных руках.

Затем риелтор проводит нас по кухне, обращая на все внимание, начиная с бытовой техники из нержавеющей стали и заканчивая винным шкафом и гигантским кухонным столом. Правда, он не упоминает непристойное количество лимонов, так что мне приходится это сделать.

— Милая, — говорю я, беря один из них. — Похоже, в квартире есть пожизненный запас лимонов. Наконец-то мы можем пустить в ход твой старый рецепт лимонада.

Она смотрит на меня, прежде чем улыбнуться. Кажется, даже более искренне, нежели раньше.

— У нас это хорошо получается, не так ли?

— Лучше всего.

Она делает вид, что осматривает помещение, открывая шкафы и выдвигая ящики, все время болтая с Дэниелом. Я прислоняюсь к кухонному столу и наблюдаю за ее игрой.

У Конни почти получается — это представление о ней как о доверчивой новобрачной, которая с нетерпением ждет возможности съехаться с мужем, если бы не веселье, пляшущее в ее глазах.

Тетя задерживается рядом со мной.

— Спасибо, что организовала это, — говорю я. — Кажется, эта квартира пришлась по душе моей жене.

— Похоже на то, — произносит Шэрон.

Ее голос непроницаем.

По другую сторону стола Конни бросает на меня взгляд, сопровождаемый улыбкой.

— Ну, я не готовлю, но думаю, что станет отличным местом для тебя. Что думаешь, милый?

— Замечательная кухня, — отвечаю я.

Но Шэрон уже уловила запах крови20.

— Чтобы мой племянник готовил?

— О да, — с нескрываемым удовольствием подтверждает Конни. — На одном из первых наших свиданий он приготовил свое фирменное блюдо. Кажется, именно тогда он меня и покорил.

— Неужели? — тетя переводит на меня испытующий взгляд. — Ты готовишь?

— Иногда.

Сдержаться и не прикончить Конни на месте стоит мне неимоверных усилий. Особенно когда она стоит и ослепительно улыбается. Спасибо тебе, милая.

— И какое же твое фирменное блюдо?

— Паста, — бурчу я.

— Она божественна, — вмешивается Конни. — Можем ли мы еще раз взглянуть на верхний этаж?

Шэрон что-то оживленно рассказывает Конни, пока мы проходим через гигантскую главную спальню. И именно тут, в окружении шкафа и зеркал, тетя повышает ставки.

— Обязательно приезжайте вместе в Оук-Хилл через пару недель. Намечается большая семейная встреча, — обращается она к Конни.

Моя челюсть напрягается. Конни в Оук-Хилле? В логове клана Томпсонов? Нет места с большим количеством потенциальных ловушек.

— Правда? — говорит Конни, сияя. — С удовольствием. Мы с Габи говорили об этом, но, знаете, учитывая, что я Коннован…

— О, я уверена, это не проблема, — голос Шэрон не убеждает никого из нас. Ее острый взгляд мотается по мне. — Гейб21 о тебе позаботится.

Я приобнимаю Конни за талию.

— В таком случае, с удовольствием примем приглашение.

Последующие десять мучительных минут тщательного осмотра квартиры тянутся как пытка, прежде чем тетя извиняется, чтобы ответить на телефонный звонок.

— Я буду в спортзале, — бросает она и быстро исчезает.

Конни высвобождает свою руку.

— Большое вам спасибо, — говорит она Дэниелу. — Можем ли мы побыть наедине несколько минут?

— Конечно! Я буду в кабинете, если вдруг понадоблюсь.

— Спасибо.

Как только за Дэниелом закрывается дверь, маска безмятежности слетает с лица Конни.

— Я готовлю? Фирменное блюдо? — с нажимом переспрашиваю я.

— Это самая малость из того, что ты мог сделать.

— За что?

— Ты написал о встрече прошлой ночью. Нужно предупреждать заранее.

— Серьезно? Это нарушило твой плотный график занятий йогой?

Она закатывает глаза.

— Мне пришлось перенести встречу. И это.. — говорит она, оглядывая свой наряд. — Я была вынуждена переодеваться в офисе, прежде чем ехать сюда. Велела таксисту ждать за углом, чтобы не приехать слишком рано.

— Что ты сделала?