Моя идеальная ошибка (ЛП) - Хейл Оливия - Страница 19

— Я лечу, — кричит он. — Смотри, смотри.

— Смотрю, — отвечаю я.

Он еще немного прыгает, а после падает на спину. Одеяло сбивается, а импровизированный плащ раскидывается вокруг головы, как ореол.

Сэм поворачивается к окну.

— Я ищу злодеев, — заявляет он. — Они от меня не спрячутся.

Это вызывает улыбку.

— Конечно, не спрячутся. Видишь кого-нибудь?

Он театрально щурится.

— Нет. Сегодня город в безопасности.

Мы еще немного играем в супергероев, гоняемся за вымышленными злодеями и спасаем мир. Но надолго Сэма не хватает: у него типичная концентрация внимания пятилетнего ребенка, и он прекращает игру, как только та перестает увлекать.

Потом переключаемся на игрушки, после – на домашнее задание, и как раз к тому моменту, когда заканчиваем, Уилла завершает занятие на пианино. Мы в процессе приготовления ужина, когда их отец возвращается домой.

В животе образуется странное ощущение, когда раздается звук открывающейся двери. Так бывает последние несколько дней. Будто дни заканчиваются и начинаются в ту секунду, как Алек входит в квартиру.

Дети бегут его встречать. Вернее, Сэм. Нахмуренная Уилла же идет следом, что является полной противоположностью обычной реакции на появление отца. А ведь она его обожает – это я поняла сразу.

Из прихожей доносится приглушенный разговор. Детские голоса вперемешку с глубоким, ровным тембром Алека. Вскоре они ужинают, и судя по обрывкам фраз, доносящимся до меня, за столом звучит обычный «детский лепет». Но Алек слушает все, что они говорят. Он всегда так делает, давая обоим возможность рассказать о своем дне.

После ужина все и вспыхивает. Алек уже уложил Сэма, но, едва он заходит в комнату Уиллы, раздраженный голос слышно даже в гостиной, где я собираю игрушки. Все они должны возвращаться в игровую в конце дня.

— Мы никогда никуда не ходим! — говорит Уилла. — Там будут все. Все мои друзья!

Я замираю, держа в руках плюшевого динозавра. Это звучит очень по-настоящему. Ответ Алека тонет в ровном бормотании.

— Нет! Это... это... они разослали приглашения еще недели назад! — голос Уиллы дрожит.

Я складываю игрушки в корзину и тихо иду к своей комнате. И выхожу оттуда лишь чуть позже девяти. Дети, должно быть, уже спят, в квартире тихо. Катя ушла давно.

Где Алек, я не знаю.

Я наливаю себе чашку чая и устраиваюсь на огромном диване в гостиной. Прошло уже несколько недель с тех пор, как сюда переехала, и, кажется, по вечерам его использую только я. У Алека никогда не бывает гостей.

Я знаю, что он ни с кем не встречается, но означает ли это, что вообще воздерживается?

Я включаю «Девочек Гилмор» и пытаюсь не зацикливаться на этой мысли. Он вдовец уже больше пяти лет. Взрослый человек. Может, встречается с кем-то вне дома? Хотя это как-то не в его духе...

Но, может быть, некоторые его поздние возвращения вовсе не по работе. Может, он встречается с женщинами где-нибудь в городе. Интересно, какой он в таких ситуациях. Улыбается ли женщинам, с которыми проводит время. Или, хотя бы, тем, с кем хотел бы провести ночь.

Мысли скачут от одного к другому, а я смотрю на экран телевизора, не воспринимая происходящее. И почему-то несложно представить, какой он в постели. Он всегда такой сосредоточенный. Помешанный на контроле. Безупречно компетентный. Умный. Опасное сочетание.

Как бы он выглядел, если бы его захлестнули чувства...

— Привет, — раздается рядом. — Можно к тебе?

Я вздрагиваю. Алек стоит рядом с диваном, с ноутбуком в руках. Он уже переоделся: вместо костюма – черные брюки и футболка, плотно обтягивающая плечи.

— Да, извини.

Он хмурится.

— Не хотел тебя напугать.

— Нет-нет, я просто... задумалась, — улыбаюсь я. — Садись. Если ты, конечно, не против «Девочек Гилмор».

— Ты все еще это смотришь? — поднимает он бровь.

— У него семь сезонов.

— Ох, — Алек опускается на диван, устраивая ноутбук на коленях.

Волосы у него чуть растрепанны. Будто он не раз провел по ним рукой. Видеть Алека хоть немного небрежным, даже просто в волосах, почему-то волнительно.

Я снова перевожу взгляд на экран телевизора, но не замечаю, что там происходит. Слишком уж сфокусирована на Алеке, сидящем всего в нескольких метрах от меня.

Что-то печатает.

Я украдкой на него поглядываю.

— Как прошел день?

— Продуктивно, — но ответ слишком короток.

Я бросаю взгляд на коридор, ведущий к детским. Обе двери закрыты, они нас не услышат.

— Уилла сегодня была сама не своя, — осторожно начинаю я.

Он вздыхает.

— Да, я заметил.

— Я пыталась выяснить, почему, но она не сказала. Думаю, ей не особенно понравилось заниматься пианино.

Алек откидывает голову на спинку дивана и смотрит на экран. На миг мне кажется, что он не ответит.

— Они... подожди, эта группа людей сейчас воссоздает «Тайную вечерю»?

— Именно, — серьезно говорю я. — Это уютный городок Старз Холлоу. Тут вечно проходят какие-нибудь мероприятия.

— И что это за мероприятие?

— Фестиваль живого искусства, — поясняю я. — Звучит абсурдно, но на деле потрясающе.

Он качает головой.

— Им совсем заняться нечем? Нет ни работы, ни семьи, ни хобби?

— Думаю, участие в городских мероприятиях и есть их хобби.

Алекс смотрит на экран так, будто тот его раздражает. Я могу разглядеть это по его реакции. Но потом вздыхает и поворачивается ко мне.

— Уилла злилась на меня. Не из-за тебя, если вдруг переживаешь.

— Что-то в школе стряслось? Просто началось все сегодня, и...

— Ага. Завтра в школе благотворительное мероприятие, для родителей и детей. В «Сент-Реджисе» постоянно что-то происходит, — его голос сух, взгляд уставший. — В мои школьные годы все было иначе. Теперь мало платить безумные суммы за обучение. Нет, теперь еще нужно «строить и поддерживать сообщество». Надеюсь, они никогда не увидят это чертово шоу, вдруг еще идеи позаимствуют.

Я смеюсь. Он почти никогда не ругается, и оттого слова звучат еще выразительнее.

— Что за мероприятие?

— Кино под звездами. Школьный двор превратят в зону для пикника, поставят обогреватели, — он снова вздыхает. — Сегодня в школе все обсуждали, как их мамы и папы пойдут... Уилла тоже хочет.

— Конечно хочет, — мягко говорю я. — У тебя получится?

— Завтра прилетает группа инвесторов из Бельгии. У меня с ними ужин. Перенести будет обидно, но я могу.

— Отправь Конни, если у нее получится.

Алек проводит рукой по щетине на подбородке, раздумывая. Может, я перешла границу, раз посмела предложить решение. Но в конце концов, они оба Коннованы. Оба работают на «Контрон» и представляют его.

— Не подумал об этом, — наконец произносит он. — Да, может сработать.

— А на что вообще сбор средств? На школу? — спрашиваю я.

— Понятия не имею, — отвечает он. — Угрозы исчезновения амазонских жуков. Сиротам-пеликанам во Флориде. Или что-то в этом духе – очередная «важная инициатива» по версии «Сент-Реджиса».

Это заставляет меня рассмеяться. Не ожидала услышать от него критику.

— Да, звучит как что-то, что частная школа сочла бы стоящим.

— Именно, — кивает он. — Главное, чтобы было удобно и легко объяснить детям, понимаешь? Не дай Боже, если появится настоящая социальная проблема.

Я подтягиваю ноги под себя и поворачиваюсь к нему.

— Не ожидала от тебя... не знаю даже.

Алек приподнимает бровь.

— Я вполне способен критиковать своих. Даже с удовольствием.

— Очевидно, — усмехаюсь я, ковыряя край подушки. — Вот поэтому и избегаешь все школьные мероприятия?

Он на секунду смотрит в ноутбук, но, думаю, давно уже не работает.

— Одна из причин, — его голос становится ниже. — Там нужно общаться. Поддерживать... бесполезные разговоры, чего я больше не могу делать. Мне просто неинтересно, кто и куда собирается в отпуск.

Я улыбаюсь.

— В это я верю безоговорочно.