"Фантастика 2025-167". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Фонд А. - Страница 676

Товарищ Иванов даже прочитал нудную и длинную лекцию «Моральный облик советского человека за границей». Слушали его невнимательно, некоторые разговаривали и даже перебивали лектора. Пока товарищ Сидоров не рявкнул, мол, кто не сдаст зачёт, будет отправлен обратно по несоответствию. Пришлось всем сидеть, слушать и даже конспектировать. Соответственно все возненавидели Тельняшева, как зачинщика и виновника. В связи с чем он чуть было не подрался с Альбертом Павловым.

В общем, поездка прошла весело. Я уже это говорил.

Когда мы добрались до гостиницы, где мы будем жить в ближайшее время, оказалось, что у них там произошёл какой-то сбой в расписании, и нам придётся немного подождать. Ну, как немного, около часа.

Пока большинство «золотых деточек» возмущённо обсуждали эту новость, Миша Пуговкин устроился на сваленных прямо в вестибюле чемоданах, вытащил из сумки запечённую курицу, колбасу, яйца и прочую снедь, и они с Фаиной Георгиевной, Риной Васильевной и Ваней Матвеевым мирно сидели и всё это доедали, пользуясь моментом. Звали и меня, но я отмахнулся: не до того — мы с товарищами Ивановым и Сидоровым практически сбились с ног.

Здесь следует уточнить, что я недрогнувшей рукой взвалил на ответственных товарищей организационные дела с членами делегации, а на себя взял самую тяжелую часть — реквизит и прочий багаж. Товарищи Иванов и Сидоров отнеслись к этому благожелательно, справедливо рассудив, что раз я молодой, то пусть мне достанется самая тяжелая работа.

Я же сделал так не из-за доброты. Просто вместе с реквизитом и прочей рухлядью я вёз меха соболя, чернобурки и голубого песца, водку и икру в немаленьких масштабах (Адияков расстарался). В связи с тем, что у нас делегация была с особым статусом, наш багаж сильно не досматривали. Но всё равно форс-мажоров не хотелось. Поэтому я контролировал погрузку-выгрузку сам лично. И переживал за каждый ящик.

С Йоже Гале встреча была назначена во второй половине дня. Так что передо мной сейчас стояла задача заселиться и отделить свои вещи незаметно для остальных.

Я в который раз заглянул в свой рабочий блокнот, но меня отвлёк звонкий голос:

— Товарищ Бубнов! Это же безобразие!

Я поднял взгляд — Евгения Чвакина так и не угомонилась, и сейчас стояла вся на взводе.

— Я требую, чтобы нас сейчас же поселили в гостиницу! Сколько можно ждать?! Я всю ночь ехала! Я устала и хочу принять душ! — выпалила она.

— Мда… Есть люди, в которых живёт Бог, есть люди, в которых живёт Дьявол, а есть люди, в которых живут только глисты… — меланхолично заметила Фаина Георгиевна, жуя огурец.

На горизонте показался товарищ Сидоров и Евгения ретировалась, справедливо рассудив, что скандал раздуть можно будет и позже. Лишь многообещающе и зло зыркнула на нас.

Ну вот за что мне всё это?

— Ура. Всё решили, сейчас будем заселяться, — тяжело выдохнул товарищ Сидоров. Видно было, что ему эта дорога далась нелегко.

— Замечательно, — сказал я, — как они номера распределяли?

— По алфавиту, — пожал плечами товарищ Сидоров. — А что?

— А то, что сейчас начнётся нытьё, что вид из окна не такой или матрас слишком жёсткий.

Товарищ Сидоров опять вздохнул и ничего не ответил. Он вытащил из кармана носовой платок и вытер взопревший лоб. Вид у него был нерадостный.

Пока распределяли номера и народ расселялся, ко мне подошла Лёля Иванова. В отличие от остальных, вела она себя на удивление тихо, и права не качала. Пока не качала, но, судя по её решительному виду, сейчас начнёт.

И я оказался прав:

— Вот и добрались, — улыбнулась она, — а что дальше, Муля?

— После обеда у нас с товарищем Ивановым встреча с Йоже Гале и Франце Штиглицом. Съемки начинаются уже завтра. Обсудим все организационные моменты с ними. Потом я тебе всё расскажу.

— А мы что будем делать?

— Насколько я знаю, товарищ Сидоров будет сопровождать всех членов нашей делегации на экскурсию, которую нам организовали наши югославские друзья. Как раз после обеда.

— Муля! — возмутилась Лёля, — это всё понятно: экскурсия, товарищеский ужин, посещение музеев и театра. Стандартная программа. Ты будешь крутиться на съемках, все твои артисты — тоже. А что буду делать я? В гостинице сидеть? Товарищ Иванов сказал, что нам выходить без сопровождения запрещено.

— А зачем же ты сюда ехала? — удивился я.

Что что, а развлекать её я не собирался. Но чем-то занять её надо было, а то упадёт на хвост, и я не смогу провернуть всё, что запланировал.

А запланировал я много всего. План был такой:

1. Непосредственно работа на съемках фильма. Нужно было очень тщательно контролировать процесс, чтобы получилось то, что хочу я, а не то, как умеют они. Фильм должен стать бестселлером в мире и вертикальным карьерным трамплином для меня и моих протеже.

2. Организовать встречу Фаины Георгиевны с сестрой. Причём так, чтобы не вызвать подозрения у всех. Особенно это касается товарищей Иванова и Сидорова.

3 Встретиться с тётей Лизой. Нет, лично мне, попавшему в тело Мули, вся эта родня — ну такое себе. И никаких родственных или сентиментальных чувств к Елизавете Петровне Шушиной у меня вообще не было. Но тем не менее я планировал познакомиться с нею, посмотреть, что она из себя представляет. Если она нормальная, то я хотел открыть на её имя счёт и положить туда под процент деньги, вырученные от продажи мехов (подарки своим я вполне куплю на деньги, вырученные от продажи водки и икры). Возможно, получится убедить тётю Лизу присмотреть мне недвижимость где-то в Бельгии или на севере Люксембурга, пока цены там окончательно не взлетели. Так-то я планировал сюда приезжать частенько и каждый раз пополнять валютный счёт. Ведь Фаине Георгиевне я скоро помогу, причём думаю, пройдёт не так много времени. Закрою гештальт, так сказать. А потом, лет через пять, я хочу переехать в Европу. И хорошо, если к этому моменту у меня здесь уже будет первичный капитал и свой домик.

Вот такой нехитрый план был у меня на эту поездку.

А если Лёля Иванова будет постоянно крутиться рядом, то второй и третий пункты, может даже, и не получится провернуть. Кроме того, я взял её в эту поездку ведь тоже не просто так.

Поэтому я посмотрел на Лёлю и сказал заговорщицким голосом:

— Лёля, за это время ты бы могла найти здесь богатого и влиятельного мужа.

— Да что ты такое говоришь, Муля?! — возмутилась она и аж покраснела от негодования, — немедленно извинись!

— Ну, если предел твоих мечтаний — выйти замуж за простого советского инженера или учителя, родить ему парочку детей, всю жизнь прожить в двухкомнатной квартире, а на выходные ездить к его родителям помогать на огороде — то тогда извини меня… был неправ!

Лёля фыркнула, резко развернулась на каблуках и ушла, сердито цокая каблучками.

А я остался стоять посреди вестибюля. И коварная улыбка змеилась по моим губам. Что ж, удочку с наживкой я закинул. Теперь остаётся дождаться, когда рыбка клюнет…

Мы с товарищем Ивановым прибыли на встречу вовремя.

Нас уже ждали югославские товарищи.

В большом зале собрались несколько человек, кроме знакомых мне Франце Штиглица и Йоже Гале, здесь были ещё актёр Раде Маркович и режиссёр Воислав Нанович. Я вспомнил их по знакомому с детства фильму «Волшебный меч». Это же по сути была первая фэнтези-сказка. Двоих других мужчин я не знал.

После приветствий, Франце Штиглиц сказал:

— Мы включили Раде Марковича на роль немецкого генерала. А Воислав Нанович будет вторым советником по фильму.

— Очень рад! — обрадовался я. Для этого времени режиссёрские приёмы Нановича были действительно новаторскими.

Мы начали обсуждать рабочие моменты, когда Нанович вдруг сказал:

— Я видел фотографии актрис на роли первой и второй сестёр милосердия. По второй у меня замечаний нет. А вот на роль первой я бы рекомендовал другой типаж. Его зритель любит больше. У нас есть такая актриса, как надо — Вера Илич-Джукич.