"Фантастика 2025-167". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Фонд А. - Страница 681

— Но это комната для переговоров, — захлопала глазами Лёля. — Там можно.

Я не стал её разубеждать о том, что переговоры бывают разными. Особенно если это переговоры между парнем и девушкой.

— Говори, — сказал я, устраиваясь на диванчике.

— Фу, какой ты невежливый, — скривилась Лёля.

— Устал очень, — признался я, — всю ночь этих идиотов дежурили.

— Вот они тебя ненавидят! — хихикнула Лёля, — а когда товарищ Сидоров им после лекции вместо того, чтобы разрешить отлежаться, общественно-полезный труд организовал, то Болдырев и Корнеев сказали, что тебе морду побьют.

— За что?

— Что ты их товарищу Сидорову сдал, и их чуть обратно не отправили.

— Мда, — покачал головой я, — то есть это я их без разрешения отсюда вывел и по злачным местам водил? А потом заставил набраться до изумления и в пять утра на рогах приползти? Причём в чужой стране?

— Ну не знаю, они так сказали… — пожала плечами Лёля.

— Можешь у товарища Сидорова спросить, если бы не я — их бы ещё утром отправили обратно на родину.

— И поделом им! — неожиданно зло фыркнула Лёля.

— Чего ты так на них? — удивился я, — вроде, как только что защищала…

— Потому что они сами ушли, а меня не позвали! — возмущённо сказала она и её голос зазвенел от обиды.

— Ну, так не только тебя не позвали, — мягко сказал я, — вон Тельняшева тоже не взяли…

— Потому что Тельняшев — скотина, — сердито ответила Лёля, — и правильно, что не позвали. Он достал постоянно нарываться. Идиот.

— И Мишу не позвали…

— Какого Мишу?

— Пуговкина.

— Этого сморчка деревенского? — фыркнула Лёля и с нешуточной обидой в голосе добавила, — и главное, это толстожопую Аллочку взяли. А меня — нет!

Я не стал объяснять ей, что Аллу взяли только потому, что у неё дядя. А у Лёли таких связей нет. Вот и всё.

— Ты об этом поговорить хотела? — еле-еле сдерживая зевок, спросил я.

— Нет, о другом… — отвела взгляд Лёля.

— Ну так говори, — недовольно проворчал я, — а то я прямо сейчас тут усну.

Повисло молчание. Я посмотрел на Лёлю и удивился — первый раз видел, что она настолько смутилась.

— Да говори ты! — возмутился я, ибо сантименты сантиментами, а спать всё больше хочется.

— Слушай… — замялась она, — а то, что ты вчера говорил, это правда?

— Что именно я говорил? — не понял сначала я.

— Ну, о том, чтобы жениха мне тут найти? — лицо Лёли стало пунцовым, — в смысле мужа…

— Правда, — пожал плечами я и, не сдержавшись, таки зевнул.

— И как ты себе это представляешь? — еле сдерживая волнение, спросила она.

Я чуть не рассмеялся. Вчера чуть не била меня за такие слова. А сегодня вьётся ужом.

— Так ты же за простого слесаря или инженера хочешь выйти и жить в коммуналке, — не сдержался от шпильки в её адрес я.

— Ну Муля! — возмутилась Лёля и надула губки.

— Что Муля?

— Ну расскажи-и-и-и… — капризным голосом протянула она.

— А зачем? Чтобы потом опять извиняться? — совершенно неблагородным образом злопамятно напомнил я, — нет, Ольга, я в такие игры не играю.

— Ну, Мулечка-а-а-а! — умоляюще промяукала она и вдруг добавила мурлыкающим голосом, — а хочешь, я тебя за это поцелую?

Я чуть не заржал. Целоваться я с ней не хотел. Я хотел спать. Но рыбка плотно нанизалась на крючок, по самые жабры, и глупо было бы не воспользоваться моментом. Поэтому я сказал:

— Ну ладно, раз ты так просишь.

— Ой, Мулечка, ты такой милый… — аж захлопала в ладоши Лёля.

— Я милый, но не бескорыстный, — сказал я.

— Ну я же предлагаю тебе поцеловаться, — опять мурлыкнула Лёля, как ей очевидно казалось, сексапильным голосом.

— Нет, Лёля, — категорически ответил я, — поцеловаться и я могу. Это легко.

— А что ты тогда хочешь? — забеспокоилась Лёля и оглянулась на дверь.

— Как всякий советский человек, я за справедливость, — пафосно сказал я, — думаю, и ты тоже.

— Я тоже, — пробормотала в недоумении Лёля.

— Давай поступим так — информацию меняю на информацию, — сказал я.

— Какую информацию? — чуть даже испугалась она.

— Ты ответишь на один мой вопрос, — сказал я.

— Какой? — захлопала глазами Лёля.

— Он лёгкий и ты легко на него ответишь, — сказал я, — согласна?

— Ох, не люблю покупать кота в мешке. Но куда от тебя денешься, — деланно рассмеялась Лёля и торопливо добавила, — только сначала ты всё расскажи!

Я согласно кивнул и начал рассказывать:

— Чтобы найти здесь мужа, тебе нужно не в гостинице сидеть, а действовать, — сказал я, но Лёля тут же перебила:

— Как я могу не сидеть в гостинице, если товарищ Сидоров никого без сопровождения не выпускает!

— Таковы правила, — поморщился я и предупредил, — не перебивай.

— Извини, — стушевалась Лёля.

— Тебе нужно отсюда выбраться, — сказал я и, видя, что Лёля опять что-то хочет сказать, покачал головой, — ты обещала не перебивать. Так вот. Просто выбраться тебе отсюда невозможно. Иначе будет, как у этих придурков. Только у тебя таких родственников нет, так что тебя никто посадкой кустиков жалеть не будет. Отправят домой и там сразу возьмут на карандаш. Сама понимаешь, это не шутки.

Лёля судорожно сглотнула, видимо представив всю ситуацию.

— Поэтому тебе нужен официальный повод, чтобы покидать гостиницу. И такой повод, чтобы иметь свободное время. На пример, ты можешь напроситься в помощницы к Ивану.

— Он же звукооператор, — хмыкнула Лёля, — я в этом ничего не понимаю.

— Не понимаешь, — кивнул я, — но у любой техники есть особенность выходить из строя. Какая-то деталька, к примеру, перегорит и надо нестись в магазин покупать. А ему некогда, не будет же он съемки прерывать… а какая там, в магазине, очередь была — никто же не проверит тебя.

— Я поняла! — просияла Лёля.

— Или, ещё может быть, что именно такой детальки не было в том магазине и пришлось ехать в другой. А это не близко, на другом конце города. Вот полдня и каталась.

Лёля захохотала и зааплодировала мне.

— Или ты купила детальку, а она немножко не подходит и опять нужно ехать… вариантов там куча. Понимаешь?

Лёля понимала.

— А между делом ищи обеспеченного жениха. Не мне тебя учить, как.

Лёля мечтательно улыбнулась, а я сказал:

— Теперь мой вопрос.

— Давай, — вздохнула Лёля.

— А что это за госконтракт такой, которым ты мне всё время угрожаешь? — спросил я.

Глава 4

Лёля посмотрела на меня нечитаемым взглядом и тихо сказала:

— Ну как же, Муля…

Однако, договорить ей не дали — в дверь дважды громко стукнули и вошёл товарищ Иванов. Я скрипнул зубами. А он с подозрением посмотрел на нас и спросил:

— Товарищи, а чем это вы здесь уже в течение получаса занимаетесь?

Пока я придумывал варианты ответа, Лёля быстро сказала:

— Обсуждаем проблему, товарищ Иванов.

— Что за проблема? — нахмурился он. Проблем товарищ Иванов не любил.

— Да вот товарищ Бубнов на меня лишнюю работу наваливает! — на лице Лёли было такое искреннее негодование, что мне её аж жалко стало.

— В каком смысле? — заинтересовался товарищ Иванов.

— Представляете, он хочет, чтобы я у этого Матвеева на побегушках была! Нет, ну вы представляете?! Кошмар! А я, между прочим, тоже работаю в Комитете искусств! И прислугой к нему не нанималась! У нас крепостное право, между прочим, давно уже отменили, товарищ Бубнов! Вот сам и бегай за ним! — для аргументации она гневно фыркнула и надулась.

— Поясните, товарищ Бубнов, — велел товарищ Иванов непререкаемым тоном. — Отлынивание от общественной работы вверенных ему комсомольцев он категорически не одобрял.

— Эммм… — сказал я, но Лёля тут же взяла инициативу в свои руки:

— Бубнов хочет, чтобы я была как бы помощницей вот этого Матвеева! Он звукорежиссёр. Вы это понимаете?!

— Понимаю, — кивнул товарищ Иванов и уточнил, — а что именно вас так возмущает?