"Фантастика 2025-167". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Фонд А. - Страница 776

— Так… Миша, Пуговкин, Рина Васильевна, Белла…

— А маму звать?

— Нет, — покачал головой я. — Маму не надо.

Дуся кивнула, что-то прикидывая себе в уме.

— Так что давай, собирай народ. И Валентину позови. Обязательно.

— Но она же, может, и не придёт… Она обиделась.

— Да мне плевать, придёт или не придёт! Ты позови, а я вот и посмотрю, кто придёт, а кто вовремя обиделся!

— А Фаину Георгиевну звать?

— Её — обязательно! — согласно кивнул я.

Я перечислил все имена, дал команду Дусе. Она охнула, что не успеет всех оббежать и подготовиться к чаепитию.

На что я ей строго сказал:

— Так ты сама и не оббегай всех. Ты загляни к Мише и дай ему список, пусть он всех обежит и сам всё скажет. А ты займись лучше конфетами.

— Хорошо, — сказала Дуся и занялась организацией.

А я сел за стол, взял листочек бумаги и принялся чертить план…

Глава 22

— Ну, и что тут у нас? — голос Фаины Георгиевны прозвучал, как гром среди ясного неба.

За столом на кухне коммуналки собрались все наши. Здесь были и Белла, и Рина Зелёная, и Миша Пуговкин, и Муза. Пришла даже Валентина — она села в самый дальний угол, от меня подальше, демонстративно дулась и не поднимала на меня глаз. Но при этом, стоило отвернуться, как я постоянно чувствовал на себе её обжигающий взгляд. Последней, как водится, пришла Фаина Георгиевна и сразу же, с порога, заявила:

— Так! Что тут у вас такое происходит, а, товарищи?

— Да вот, чайку попить решили, — сообщила Дуся, которая сейчас была как королева, хозяйка всего этого мероприятия. Она всегда обожала быть в центре таких вот спонтанных событий — вроде и готовиться особо не надо, и, вместе с тем, можно щегольнуть своим гостеприимством (хотя пирог она всё-таки успела испечь), и быть хозяйкой застолья, в центре внимания, а заодно и все сплетни послушать — вроде как при делах.

— Ну, а повод какой? — уточнила Фаина Георгиевна и с подозрением посмотрела на каждого из нас сквозь большие роговые очки.

— Да вот, наша Белла в Комитет советских женщин вошла, — сказала Муза.

Правда, тон её прозвучал неуверенно.

— О, да тебя можно поздравить, дорогая! Хотя я бы особо не радовалась — тот ещё геморрой, как мне кажется. Но всё равно хорошо, раз ты хотела! — оживилась Фаина Георгиевна. — Значит, наливай, раз такое дело!

— Да ещё не совсем прошла… — Белла была сконфужена, потому что она всего лишь прошла собеседование, а результаты ещё даже и не знала. — Вот только там со мной поговорили, и ещё всё непонятно. Но Муля считает, что надо всё равно отпраздновать.

— Муля считает, значит, да? — Фаина Георгиевна прищурилась, посмотрела на меня внимательным взглядом и добавила: — Так, а ну-ка, ну-ка, признавайся, Муля, что ты опять задумал? Ты ведь просто повод нашёл, правда, чтобы собрать нас всех здесь? Потому что у нас и похлеще поводы были, но ты отчего-то праздновать никого особо не собирал. А раз собрал нас — значит, что-то случилось. Признавайся!

Все мгновенно замолчали и посмотрели на меня. Понятное дело — крыть дальше уже было невозможно. Поэтому я прокашлялся, отхлебнул чаю и сказал:

— Да, случилось.

— Что случилось?

— Как что?

— А где? — зашелестели соседки. — Говори!

— Муля! — возмущённо сказала Дуся. — Ты же сказал, что просто…

— Да вот просто мы давно уже не собирались все вместе, — развёл руками я.

— А всё-таки? — настойчиво сказала Фаина Георгиевна. — Изволь озвучить!

— Проблема у меня… небольшая, — с деланным безразличием пожал я плечами, — Понимаете, фильм-то уже закончен…

— Ну да, — прошелестела Фаина Георгиевна. — Уже всё, финиш, насколько я слышала. Последние кадры смонтировали. Осталось там только в каком-то месте затемнить что-то. Но это так — день-два работы, и всё будет готово.

— Ну вот, — продолжил я. — И планируется большой закрытый показ.

— Так был же показ! — аж подскочил Миша Пуговкин. — Я лично на нём был! Когда ты в Якутию ездил. Мы черновик смотрели и обсуждали.

— Так то черновик, — отмахнулся я. — А теперь уже готовый фильм будут показывать перед высокопоставленными людьми. — И ткнул пальцем вверх. — Говорят «сам» тоже будет!

Все ахнули.

— Ну так это же замечательно! — обрадованно сказала Фаина Георгиевна. — Я только не пойму, Муля, что тебя так тревожит?

— Меня тревожит то, что туда пригласили всех, кроме меня. Вот вы приглашение получали?

— Я получил, — кивнул Миша Пуговкин. — Ещё два дня назад.

— И я получила, — подтвердила Рина Зелёная.

— Ой, а я, кажется, тоже не получила! Но всю корреспонденцию, которую мне дали, Глаша не разбирала ещё, — всплеснула руками Фаина Георгиевна. — Филонщица рукожопая! Сегодня же, как вернусь домой, дам ей втык, и надо всё разобрать! А то, смотри, такое мероприятие чуть не проворонила!

В общем, получилось так, что все, кто участвовал в этом фильме, приглашения получили. Кроме меня.

Я посмотрел на присутствующих и сказал:

— Вот видите. Вы все получили. Все, кто в фильме участвовал. И всё моё руководство тоже получило. Включая Тамару Захаровну, которая всего каких-то два-три месяца работает. А вот я — нет.

За столом повисло молчание.

Первой тишину нарушила Муза. Она тревожно взглянула на меня и осторожно спросила:

— И что теперь?

— Не знаю, — пожал я плечами и добавил абсолютно чистосердечно, — Говорю, как есть. Всем, кому я планировал помочь из вас — я думаю, что я свою задачу выполнил и помог.

Я сделал паузу, а все закивали, соглашаясь. Особенно усердствовал Миша.

— Поэтому мне, как бы, и возмущаться нечего. Всё что я хотел от этого проекта — сделано.

Я опять остановился и отпил глоток чаю. В горле пересохло.

— Ну как это! — всплеснула руками Дуся, которая всегда особенно остро переживала, что «её» Муленьку ущемляют. — Ты всё это сделал, а теперь тебя не пригласили даже! Совести у них нету!

— Да погоди ты, — шикнула на неё Белла, — Муля, к чему ты ведёшь?

— Я к тому веду, — пояснил я, — что с одной стороны, мне как бы должно быть всё равно. А вот с другой стороны, обидно, что плодами моего труда воспользуется какой-нибудь Тельняшев или Козляткин.

— Да их даже на съемках не было! — возмущённо вскричала Рина Васильевна, но её не поддержали.

Все были серьёзными и озабоченными. На столе сиротливо стыл чай.

— Нет, спускать такое никак нельзя! — стукнула кулаком по столу Белла.

— Ты как предлагаешь, то до конца предлагай! — фыркнула в ответ ей Фаина Георгиевна. Она знала, что этот проект я делал ради неё и поэтому воспринимала моё, по сути, фиаско особенно остро. — А постучать по столу кулаками мы все можем!

— Я и предлагаю! — вскинулась уязвлённая Белла, — давайте я завтра в Комитете советских женщин этот вопрос подниму⁈

— Во-первых, ты только собеседование прошла и ещё даже не знаешь, приняли ли тебя туда или под зад ногой дали, — покачала головой Фаина Георгиевна, — а, во-вторых, Муля, по-твоему, сильно похож на советскую женщину?

Все засмеялись, а Белла надулась и принялась демонстративно пить чай.

— А что тогда делать? — растерянно пробормотала Рина Зелёная. Она тоже очень хотела помочь, только не знала, как. После всех этих новостей, она даже за племянницу на меня перестала дуться.

— А я знаю, как! — вдруг выпалила со своего места Валентина.

Все сразу же посмотрели на неё.

Купаясь во всеобщем внимании, Валентина важно заявила:

— Нужно, чтобы никто из вас не пошел туда. А когда спросят почему — сказать, что, мол, раз основателя проекта не пригласили, то и мы не пойдём!

— Ты с ума сошла! — не выдержала Белла, она настолько поразилась наивности Валентины, что даже дуться забыла. — Там же «сам» будет! Да их за это всех на Колыму сошлют! Или ещё куда дальше!

— А у меня дочка ещё маленькая, — огорчённо вздохнул Миша.

Все на него посмотрели, и он пояснил:

— Нет, я, конечно, ради Мули согласен, но просто говорю, что Леночка ещё маленькая. Без отца вырастет, забудет меня.