Легенда о Белом Тигре (СИ) - Алферов Екатерина - Страница 19

— Спасибо, — сказал я оленю. — Как мне найти выход из лабиринта?

Олень моргнул своими глубокими глазами:

— Лабиринт исчезнет, как только ты получишь то, за чем пришёл.

И действительно, туманные стены начали таять, растворяясь в воздухе. Вскоре мы снова стояли на поляне с серебристыми деревьями и прозрачным озером.

— Теперь я должен вернуться, — сказал я. — Девочка ждёт лекарства.

Олень кивнул:

— Иди тем же путём, которым пришёл. Арка появится, когда ты достигнешь края моих владений.

Я поклонился духу-хранителю:

— Благодарю за испытание и за корень.

Олень внимательно смотрел на меня, и мне показалось, что в его взгляде мелькнуло нечто вроде узнавания.

— Странное создание, — прозвучал его голос в последний раз. — Ты носишь в себе древнюю силу, но ещё не пробудил её. Когда-нибудь ты вспомнишь, кто ты есть. А пока… береги свою двойственную природу. В ней твоё будущее.

С этими словами он развернулся и одним прыжком достиг озера. Поверхность воды расступилась перед ним, и через мгновение олень исчез в глубине, не позволив воде всколыхнуться.

Я постоял ещё мгновение, обдумывая его слова, затем повернулся и направился к краю поляны. Мне нужно было спешить — солнце уже клонилось к горизонту.

Сяо Юй ждала меня у каменной арки, как и обещала. Когда я появился из тумана, её лицо осветилось радостью и облегчением.

— Бай Ли! Ты вернулся! — она шагнула мне навстречу. — Я так волновалась. Ты пробыл там почти весь день.

— Весь день? — я удивлённо посмотрел на небо. Солнце действительно уже почти касалось горизонта. — Мне казалось, прошло всего несколько часов.

— В землях духов время течёт иначе, — объяснила Сяо Юй. — Дедушка говорил, что однажды провёл там, как ему казалось, лишь утро, а вернулся спустя три дня.

Я осторожно достал сверток с Белым корнем:

— Я нашёл то, что искали. Дух-хранитель проверил меня и позволил взять корень.

Сяо Юй благоговейно посмотрела на светящееся растение.

— Какое чудо… Я видела Белый корень только на рисунках в дедушкиных книгах. Он прекрасен.

— И, надеюсь, поможет маленькой Линь-Линь, — сказал я, возвращая растение в сумку. — Нам нужно спешить.

Мы быстро спустились с горы. На этот раз я не боялся потерять Сяо Юй из виду — при необходимости мог бы использовать Шаг Ветра, чтобы не дать ей упасть на крутых участках. Но девушка двигалась уверенно, не нуждаясь в моей помощи. Она действительно знала эти горы как свои пять пальцев.

Когда мы достигли деревни, уже наступили сумерки. Огни в окнах домов мерцали, как маленькие звёзды. Мы сразу направились к дому семьи Чжан.

Лао Вэнь был там. Он сидел у постели Линь-Линь, меняя компрессы на её лбу. Девочка выглядела ещё хуже, чем утром — лицо покраснело, дыхание стало прерывистым, чёрные точки на шее увеличились и потемнели, от них кривыми пальцами распространились тёмные полосы, как будто хотели задушить малышку.

— Вы успели, — с облегчением выдохнул старый лекарь, увидев нас. — Я уже начал беспокоиться.

— Мы нашли Белый корень, — я осторожно достал светящееся растение. — Дух-хранитель позволил взять его.

Госпожа Чжан, сидевшая в углу со старшей дочерью, вскочила:

— Хвала небесам! Вы вернулись!

Лао Вэнь бережно взял корень из моих рук:

— Сяо Юй, принеси миску с чистой водой. Бай Ли, мне понадобится твоя помощь в приготовлении лекарства. Твоя ци может усилить действие корня.

Мы быстро приготовили отвар. Лао Вэнь измельчил часть корня своими инструментами, добавил несколько трав из своей сумки, которые, как он объяснил, помогут Белому корню работать эффективнее. Затем попросил меня подержать чашу с отваром между ладонями и направить в неё немного ци.

— Не слишком много, — предупредил он. — Лишь столько, чтобы активировать свойства корня, но не изменить их твоей металлической природой.

Я сосредоточился, направляя тонкую струйку энергии в отвар. Жидкость в чаше начала светиться тем же мягким перламутровым светом, что и сам корень.

— Достаточно, — остановил меня Лао Вэнь и взял чашу. — Теперь нужно, чтобы девочка выпила всё до последней капли.

Госпожа Чжан приподняла голову дочери, а Лао Вэнь осторожно влил отвар в приоткрытые губы ребёнка. Линь-Линь закашлялась, но старый лекарь был терпелив, давая ей лекарство маленькими глотками, дожидаясь, пока она проглотит, прежде чем дать следующую порцию.

Когда последняя капля исчезла, комната замерла в ожидании. Мы все смотрели на девочку, надеясь увидеть признаки улучшения.

Сначала ничего не происходило. Линь-Линь лежала неподвижно, её дыхание было таким же прерывистым, щёки — такими же красными от жара. Госпожа Чжан начала тихо плакать, а старшая дочь крепко сжала её руку.

А затем случилось чудо. Свечение, подобное тому, что исходило от Белого корня, появилось под кожей девочки — сначала на щеках, потом спустилось к шее, к тем самым чёрным точкам. Они начали бледнеть, становиться меньше, пока совсем не исчезли.

Дыхание Линь-Линь выровнялось, краснота начала спадать. Её глаза затрепетали и открылись — ясные, осознанные, без следа лихорадки.

— Мама? — прошептала она. — Мне приснился олень… белый олень с человеческими глазами. Он сказал, что я буду здорова.

Госпожа Чжан разрыдалась, прижимая дочь к груди. Старшая сестра тоже плакала, не скрывая слёз. Лао Вэнь удовлетворённо кивнул:

— Белый корень сделал своё дело. Чёрные точки ушли, и с ними ушла болезнь. К утру девочка будет полностью здорова.

Он повернулся ко мне и Сяо Юй:

— Вы проделали нелёгкий путь. Теперь пора домой и отдохнуть.

Но госпожа Чжан внезапно отпустила дочь и бросилась к моим ногам:

— Благодарю вас, господин Бай Ли! — она кланялась, касаясь лбом пола. — Вы спасли мою малышку. Я никогда не забуду этого. Если когда-нибудь вам понадобится помощь нашей семьи, просто скажите…

Я смутился, не зная, как реагировать на такую благодарность:

— Пожалуйста, встаньте. Я всего лишь выполнил поручение лекаря Вэня и немного помог его внучке, сестрице Сяо Юй. Один я не знал бы куда идти и что добыть. Это их знания и умения спасли вашу дочь.

Внучка лекаря вспыхнула, покраснев от удовольствия.

— Не стоит, — прошептала она. — Я лишь следовала наставлениям дедушки.

— Бай Ли прав, — согласился Лао Вэнь. — Не нужно кланяться. Лучше дайте девочке поесть, когда она проголодается, и много пить. К завтрашнему дню она должна окрепнуть.

Он дал ещё несколько указаний по уходу за ребёнком, и мы отправились домой. Сумерки уже опустились на деревню, но я словно видел мир новыми глазами после посещения странного царства духа-оленя. Всё казалось немного зыбким и иным, словно во мне осталась часть таинственных туманов с той горы духов.

Когда мы вошли в дом Лао Вэня, старый лекарь тяжело опустился на свою кровать, явно измученный долгим днём. Сяо Юй тут же бросилась разжигать огонь и готовить ужин, но я видел, как и она устала — её движения были медленнее обычного, а глаза то и дело закрывались.

— Оставь это, дитя, — мягко сказал Лао Вэнь. — Ты тоже нуждаешься в отдыхе.

— Но вы должны поесть, — упрямо возразила Сяо Юй.

— Я займусь ужином, — предложил я. — Отдыхайте оба.

За эти месяцы я научился готовить простые блюда и теперь быстро нарезал овощи, разжёг огонь, поставил котелок с водой. Мои движения были точными, уверенными — я больше не ронял вещи, не ломал посуду, не проливал воду. Шаг за шагом я становился частью человеческого мира.

Когда простая, но питательная похлёбка была готова, я разлил её по мискам и подал Лао Вэню и Сяо Юй. Старик одобрительно кивнул, попробовав первую ложку:

— Всё лучше и лучше, Бай Ли. Ты делаешь успехи.

Мы ели в уютном молчании, и лишь когда миски опустели, Лао Вэнь снова заговорил:

— Расскажи, как прошло испытание у духа-оленя. Что он потребовал от тебя?

Я подробно описал всё, что произошло в странном мире за каменной аркой — серебристую рощу, озеро, лабиринт, гонку с оленем. Старый лекарь слушал внимательно, иногда кивая и поглаживая бороду, словно мой рассказ подтверждал что-то, известное только ему.