Полукровка для звездных покорителей (СИ) - Сливинская Любовь - Страница 18

Вервекс хмыкает и втягивает воздух — я замечаю это, а он увидев, что я наблюдаю, резко разворачивается и делает вид, что ничего не происходит.

— Хвосты протари, Настя, это последняя конечность оставшаяся в наследство от далеких предков и играют они скорее ритуальную функцию. Хотя могут использоваться и для… кхм… некоторых других функций.

Зеленый луч скользит по телу, тут же рядом, надо мной вычерчиваются какие-то голографические графики, бегут строчки букв и цифр.

— Это очень сокровенная часть, и я удивлен, что ты его видела. Кто из протари продемонстрировал тебе свой хвост?

Во рту неожиданно пересыхает.

Не знаю, почему я так волнуюсь.

— Какие это «некоторые другие функции»? — отвечаю вопросом на вопрос.

Вервекс склоняется надо мной и сверлит долгим взглядом.

— Протари достигли совершенства в битве и… любви. В этих стихиях нам нет равных.

Я густо краснею, вспомнив как хвост Дайонаса ласкал мою кожу.

— Когда кто-то чужой видит хвост протари, — усмехается Вервекс, — это может означать лишь две вещи…

— Какие? — выдыхаю я, хотя сама уже прекрасно догадываюсь.

Вервекс скользит по мне недовольным взглядом.

— Тестирование окончено, землянка.

Я поднимаюсь и опускаю ноги на пол.

— Я могу идти?

Вервекс перебегает взглядом с одного голографического изображения к другому и задумчиво постукивает пальцем по подбородку.

— Да, конечно… Только я хотел предупредить тебя, землянка-Настя. Если увидишь хвост протари еще хоть раз — попытайся бежать.

— Почему?

— Какова бы ни была причина его появления… последствий ты можешь не пережить.

Он отрывается на мгновение, окидывает безучастным взглядом, и, словно, произносит сам себе:

— Слишком маленькая… слишком.

Он странный и пугающий.

А эти перепады настроения… Лучше поскорее уйти отсюда и найти командующих.

Сама себе твержу о том, что рядом с ними мне ничего не угрожает и найти их необходимо для моего выживания в этом странном чуждом мире.

Но тянет меня к ним не только от страха.

Скорее, наоборот — совсем не от страха…

Выскальзываю из медицинского пункта и оставляю Вервекса разбираться с информацией полученной в результате моего сканирования.

Бросаюсь по коридору и мысленно зову:

— Алькиор, Вайлен, Дайонас! Алькиор, Вайлен, Дайонас! — и почему-то верю, что они могут… должны услышать мой зов.

Глава 25

В переплетении корабельных коридор я оказываюсь одна.

Меня окружает бело-голубая чистота и тишина — будто лечу в одиночестве через безжизненную черноту.

Становится страшно.

Затравлено оглядываюсь кругом и уже малодушно подумываю, чтобы вернуться назад в медицинский пункт к Вервексу.

Среди этой пустоты и тишины как-то страшнее.

Но я упрямо сжимаю губы вспоминая его презрительное «землянка…» и пренебрежительный взгляд голубых глаз.

Немного запыхавшись, перехожу на шаг — где же этот капитанский мостик?

Передо мной бесшумно открывается дверная панель и я оказываюсь в огромном помещении, которое окутывает таинственный полумрак.

Это совсем не похоже на место, где принимают решения.

— Не ходи туда, Настя, — шепчу себе. — Не надо… Не лезь не в свое дело…

Но запретный полумрак так и манит посмотреть, что же там такое.

Делаю несколько шагов вперед и натыкаюсь на ровные ряды капсул, точно таких же, как в медицинском пункте Вервекса.

Это место наполняет какая-то странная энергия.

Удивительно, но я ее чувствую. Меня словно пронизывают необычные, никогда ранее не испытанные ощущения — мягкое тепло покалывает кожу и вместе с этим — странная ноющая боль.

Ряды капсул кажутся нескончаемыми и теряются во мраке.

Их поверхность непроницаема, но я будто способна проникать за этот барьер и чувствовать… боль жизни, заключенной внутри.

Чем дольше я нахожусь здесь, чем больше вглядываюсь в матовую поверхность капсул, тем сильнее наполняюсь…

Кажется, что каждая клеточка начинает вибрировать от странного возбуждения и переполняющей энергии.

Я заношу ладонь над ближайшей капсулой и…

— Тебе не следует находиться здесь, Настя.

Вздрагиваю и оборачиваюсь на голос.

— Алькиор!

Не могу сдержать порыва и бросаюсь ему навстречу.

Он делает шаг вперед и легко приобняв меня, привлекает к себе.

Чувствует мою дрожь и прижимает все крепче и крепче.

— Это тяжелое место… особенно для тебя, — шепчет мне в волосы, легонько поглаживая ладонью.

Тяжело дышу, словно запыхавшись от быстрого бега.

Ткань моего комбинезона кажется несущественной преградой между нашими телами, а прикосновения моей груди к его стальным мышцам возбуждают и пугают меня.

Сердце бьется, отдавая пульсом в виски.

В нежных объятиях Алькиора я чувствую себя защищенной, но… не перед ним.

Внизу живота разливается приятная тяжесть, когда рука Алькиора легко скользит по спине.

Мириады мурашек разбегаются по коже от этого легкого прикосновения.

Он нежно берет меня пальцами за подбородок и поднимает лицо к верху.

Вспыхиваю под взглядом его пронзительных серых глаз — в их глубине горит такое неистовое пламя, что ноги подкашиваются сами собой.

Алькиор легко подхватывает меня под попу и поднимает выше к себе.

От неожиданности я тихонько вскрикиваю.

Его длинные сильные пальцы на моих ягодицах.

Инстинктивно обхватываю его талию ногами и… чувствую между ног твердый огромный бугор.

— Как вкусно ты пахнешь… — произносит он медленно низким рокочущим тоном.

Я вся дрожу от этих слов.

Алькиор стискивает пальцы на моей попе вжимая меня в себя.

Невольно взвизгиваю, прижимаясь к нему, и мы чуть не сталкиваемся лицами.

Обхватываю его лицо ладонями.

Мои волосы водопадом накрывают нас обоих.

Его глаза словно светятся в полумраке.

Горячее дыхание становится одним на двоих. Голова идет кругом от нереальности происходящего.

Сильные руки Алькиора с легкостью удерживают меня на весу, властно сжимая бедра.

Вдруг мягкое прикосновение по спине — что-то игриво скользит вниз и касается меня в самом низу, распаляя и без того безудержный пожар.

Это его… хвост!

Только и успеваю осознать я, как теплые твердые губы накрывают мои горячим поцелуем.

Его настойчиво нежный язык проникает в мой рот и легко прикасается к моему.

Дыхание не просто перехватывает — оно полностью останавливается от захлестнувших меня эмоций.

Сердце колотится, а голова идет кругом.

Алькиор прерывает поцелуй:

— И такая же вкусная, — шепчет он.

И глядя в мои смущенные глаза проводит кончиком языка по своим губам вбирая с них мой вкус.

Его горячее дыхание обжигает мне кожу, но я все равно чувствую холод — хочу, чтобы он не останавливался и продолжал.

В его объятиях больше не думаю ни о чем: ни где мы находимся, ни об опасности и одиночестве, ни о запретности нашего поцелуя…

Я вся во власти мужчины и только жажду его прикосновений и ласк.

А легкие прикосновения его хвоста, там сзади внизу меня просто сводят с ума.

— Хочу, — его голос дрожит от возбуждения, — пробовать тебя всю…

Кончики пальцев покалывает от возбуждения, а между ног пылает влажный пожар.

Он целует меня страстно, впиваясь в губы.

Разворачивается и выносит меня из этого странного склада.

И как только переступает порог, ощущение боли и страха, которые отголосками еще витали надо мной, испаряются.

И волна наслаждения накрывает меня окончательно.

С головой.

Глава 26

Мне не хватает дыхания — дышу и не могу вместить в себя столько аромата, сколько хочу.

Кажется, что все мои чувства усилились многократно: по коже бегут табуны мурашек от самого легкого прикосновения пальцев и мягкой кисточки хвоста.

Его аромат насыщается чем-то необычно притягательным — дивная смесь брутального, чуть резковатого и колкого переплетается с цитрусовой нежностью с ноткой ванили.