Невеста с обременением (СИ) - Бреннер Марина - Страница 19

— Портной? — хрипло переспросила, прикрыв зевок ладонью — Зачем? Что ты ещё придумал, Айвер?

— Скоро наша помолвка, Адалина, — отозвался лишенец — Какое, никакое, а всё таки событие. Разве ты не хочешь выглядеть прилично перед делопроизводителем и понятыми… тьфу! Свидетелями, конечно же. Хотя… Вот это… "Свидетели" тоже звучит не очень приятно… Да… Не важно. Одним словом, для торжества ты должна одеться как подобает. Теперь ясно?

Джейта Реггасс потянулась, закинув руки за голову.

Оставшийся без присмотра, злополучный зевок вырвался наружу протяжным, каким-то птичьим, горловым клокотанием и лёгкой икотой.

— Прошу прощения, — пробормотала магичка, выбираясь из постели — Жуть какая… У меня есть одежда, дорогой джейт Брир. Суетиться и тратить деньги совершенно не обязательно. И я…

— Помолчи, — резко оборвал он — У тебя есть одежда, да. Пара замызганных платьев. У одного из которых, к слову, твоя трещотка-прислуга спалила подол.

Адалина насупилась:

— И что? Я его надставила. И подшила. И платьев у меня не "пара". Их четыре. И они не замызганные! То синее, шерстяное, с бантом… оно же почти новое! Вот, его я и надену. Отмени визит портного, и побереги средства.

Неожиданно, в ответ на эти разумные доводы, бывший Советник принялся рявкать так, что услышь эти рявканья лесные волки, либо кто-нибудь из Загадочного Семейства Драконозадых, так сразу бы и прибежали на те звуки, давясь слюнями от зависти:

— Средства? Хочешь сказать, что я настолько ничтожен, что не могу себе позволить купить своей невесте одно сраное платье?! В таком случае, дорогая, ты просто дура. Адалина, я охотник. Промысловик. Плюс, неплохой сельский мастер. И уж что-что, а две шкуры остроухов, колеса, слеги или прочая дребедень для оплаты труда портного у меня найдется.

— Но, Айвер…

— Я ровно тридцать четыре года, как Айвер, — отрезал тот — Портной подъедет ближе к обеду. Обсудишь всё с ним сама. Теперь же прекрати спорить и унижать меня своими глупыми рассуждениями.

Уже окончательно проснувшаяся магичка хотела было отрезвить разбушевавшегося жениха одним единственным колким замечанием…

Что вот, "неплохой сельский мастер", а всё же, как недавно заметила Лили:

— Дом засрал так, что век не отскребешь. В каждом углу дрянь валяется. Это, барышня, что скажу… Послала тут меня Катрина верхние комнаты мыть. Ну те, где никто не живет. Так по углам пылюка такая, что мне всю глотку забило, еле откашлялась. Да чего уж! Пока детскую чистили, чуть к праотцам не двинулись. Почитай, день целый в печи жгли бумаги, да всякое старье. Оно с другой стороны, и понятно. Для кого ему здеся марафет наводить? Мужику это не больно-то надо. Тем более такому, как наш хозяин. Катрина и эти, работяги здешние, все в один голос говорят, он только сейчас засуетился. А до того наплевать было. Сына-то ему не разрешают сюда забрать, так вроде как и не для кого стараться… Ой… Побегу я! Не знаю, ничего не знаю. Не спрашивайте, барышня. Это всё кухарка болтает. Так, может, врёт? Чего вранье-то пересказывать…

Про сына джейта Брира Адалина слышала уже не в первый раз.

Но, после того, как на достаточно внятный вопрос лишенец ответил отрицанием, больше упоминать об этом неясном ребенке не было никакого смысла.

А вот о состоянии дома ей хотелось бы сказать! И даже очень.

Магичка это бы и сделала, если б не помешала с треском захлопнувшаяся дверь.

Как бы там ни было, но все эти приготовления, неуклюжая забота, грубоватые, но дружеские замечания грели сердце бездомной джейте Реггасс.

Также, как чай из смятого с одного бока большого чайника имел такой потрясающий вкус, какого не имел ни один напиток, прежде пробованный ею.

Пухлые пирожки с ягодами, толстые булки, густо посыпанные сахаром, рыбная похлебка, припорошенная сверху мелким крошевом красного перца, дарили столько сытости, блаженства и покоя, сколько не дарили самые изысканные трапезы, например, в поместье Грендаль…

Всё чаще и чаще думала она об этом.

Думала и теперь, во время завтрака.

И потом, во время визита портного, маленького, аккуратно одетого старичка с тихим голосом и узловатыми руками.

И много, уже много позже.

Когда, сидя в детской с малышом на руках, неумело кормила его из рожка теплым, кипяченным молоком.

Когда вместе с Диной и Лили перебирала всевозможные имена, стараясь выбрать из них самое-самое-самое безупречное, искренне веря, что как раз благодаря имени Наследник проживет безупречную жизнь.

Ту самую-самую-самую! Ту, которой у нее, Адалины Реггасс, никогда не было.

— Знаете, девушки, — уютно мурлыкала, покачивая младенца — Что значит "Адалина"? "Обездоленная". Нищенка, проще говоря. Лишенка. Собственно, это я и имею… Ещё какие-то пояснения нужны? Я думаю, нет. Так вот, никаких имен вроде Таидраш, "Великий Воин" или Сарред, что значит "Мудрец" мальчику давать не нужно. Мудрецами просто так не становятся. Через многое придется пройти. Никраса тоже исключим. "Никрас", значит "Избранный". Избранные всегда страдальцы… Лили, а откуда у тебя эта книга? В ней не имена, а прости… какой-то бред.

— Хозяин дал! — торжественно ответила пигалица — Сказал, если потеряю, башку мне открутит…

Застилающая в это время люльку чистыми пеленками, няня недовольно покачала головой:

— Голову, милая Лили. Го-ло-ву. Нет такого слова "башка".

— Как так? — искренне изумилась та — Башка есть, а слова нет? Скажешь тоже… Может, ещё и "задницы" нет? Говоришь, нет? А как тогда это место называется? Чего краснеешь? Не знаешь, вот и молчи. Тоже, нарисовалась умница…

Ну и вот как она будет потом без всего этого?!

Когда настанет день покинуть это место, сможет ли она это сделать?

О, Великие Боги Менгля! Услышьте же, наконец, свою дочь, Адалину Реггасс. Дайте ей сил справиться, дайте ей…

…хоть чего-нибудь.

Запаниковав там же, в детской, магичка едва совладала с собой. Негоже было бы начать реветь, размазывая по лицу слезы, пугая ребенка, добрую нянюшку Дину и всегда готовую взбаламутить весь дом, Лилиану.

Ощущение относительного спокойствия вернулось к ней лишь к ночи.

Ровно тогда, когда жесткие руки лишенца крепко, но нежно обвили её тело.

— Ну как? — прошептал Айвер Брир, целуя любовницу в макушку — Заказала платье? А имя Наследнику выбрала?

Крепясь изо всех сил, чтобы не расплакаться, джейта Реггасс закивала головой:

— Имени пока нет… Это просто мука какая-то! А вот платье да. Оно выйдет чудесным! Портной привезет его завтра к вечеру. Он сказал, простой пошив. Долго возиться не придется, к тому же, у него есть заготовка. Если что, он подгонит платье здесь, прямо на мне… И… Делопроизводитель ведь не прибудет раньше?

— Нет, радость. Его что-то там задержало. В Брир он подъедет, получается, через день после портного. Так что, мы всё успеем.

…Приблизительно так всё и вышло.

Делопроизводитель прибыл точно в срок.

Почти вместе с ним поместье Брир навестил и дозорник с посланием, которое на многое пролило свет.

Но и добавило изрядно тьмы…

Глава 19

Делопроизводитель, которому по всему надлежало бы быть уважаемым джейтом в приличных чинах и годах, внешне вовсе не соответствовал своей должности.

Законник оказался молодым парнем, долговязым, разбитным и достаточно наглым.

— Дурак ты, Брир! — добродушно крякнул он вместо приветствия, вваливаясь в начищенный до блеска холл особняка — Слышал, опять на магичке женишься? Обычных баб нет тебе? Или что… У магичек между ног медом намазано, а?

Сально подмигнув, погано захохотал, размашистым шлепком принимая рукопожатие хозяина.

— Рад видеть, — оскалился Айвер — Очень рад. Проходи в кабинет, джейт Зерр. Пока нареченная собирается, выпьем-ка мы с тобой кофе.

— И то верно, — согласно кивнул законник, отряхнувшись от снега — Горячего с мороза выпить, первое дело. Особо спешить некуда. Все бумаги готовы, только подмахнуть…