Мечты о нас - Кази Иви - Страница 22

– Дрю, мы…

Не могу закончить предложение. Переписываться время от времени? У меня потребность держать его за руку. Гладить его кожу. Проводить рукой по волосам. Но даже если наши желания совпадают, это все равно неправильно. И не потому, что Джейк попросил. Или что мы друг друга отвлекаем. Дрю – не тот человек, с которым у меня что-то может быть. Или что-то будет. Пенни права – о футболистах не может быть и речи. По крайней мере, до тех пор, пока есть шанс сделать чирлидинг частью моей профессии на последующие несколько лет. Как долго мне придется держать его на скамейке запасных?

Эй, Дрю. Если мы оба попадем в НФЛ, нашу дружбу придется поставить на паузу года на четыре. Ты же знаешь о полном запрете общения. Не проблема, говоришь? А соблюдение минимальной дистанции? Чирлидеры не более чем товарищи по игре с репутацией непорочной девы. Что мне делать с потребностью касаться тебя, даже на публике?

– Ты меня не смущаешь, но… – Не знаю, как продолжить. – Дело не в тебе, дело во мне. – С языка соскальзывает эта стереотипная фраза из какого-то любовного фильма.

Мне самой стало неудобно от фальшивости этой фразы. Я отодвигаю вазочку, хватаю айпад и сумку. Надеюсь, Дрю ничего не понял.

– Дело не во мне? Ты это сказала? – спрашивает Дрю и наблюдает за каждым моим движением.

Он не отрывает взгляда от моих губ. Ему кажется, что он неправильно понял. Нет, он понял все правильно.

Я не верю собственным словам.

– Слишком сложно, извини. Всего хорошего!

Я спрыгиваю с барной табуретки и бегу в сторону двери. На полпути, оглянувшись и увидев растерянный вид Дрю, останавливаюсь. Может, нам обоим стоит узнать, куда я убегаю? И почему? На какую-то долю секунды возникает желание вернуться, но я уверена, что я об этом пожалею.

– Джулс, что происходит?

Бо с подносом, полным грязной посуды, подходит ко мне. Я не могу отвести взгляда от Дрю – у каждого из нас свой ответ на незаданный вопрос.

– Ничего, – говорю я и разворачиваюсь, обрывая невидимую связь. – Мне надо в учебный корпус, я забыла книжку в шкафчике, она мне понадобится на лекции, – тараторю я первое, что приходит на ум.

– Я могу пойти с тобой. Я заканчиваю через пятнадцать минут, – напоминает он мне. – Если ты опять убежишь в кампус, мне придется тебя ждать не меньше часа.

Я нервно киваю и прячу айпад в сумку. Я знаю Бо хорошо, он так легко не сдается. Он вовлечет меня в разговор, и в конце концов я уступлю, если не уйду прямо сейчас.

– У меня есть веская причина избегать Дрю.

Тон у меня достаточно резкий, чтобы Бо поверил, но не настолько, чтобы отвертеться от дальнейших его расспросов. Мне надо отсюда уйти. На свежий воздух, куда угодно, где не пахнет кофе и выпечкой. И тем более цитрусом и кожей.

Литературное мероприятие в компании Бо и Хэйли немного успокоило мою нечистую совесть по поводу Дрю. Я чувствую себя несчастной, когда вспоминаю выражение его лица, и мне немедленно хочется перед ним извиниться. Но тогда нет смысла в нашем последнем разговоре, поэтому беру себя в руки.

Уже темнеет, когда мы покидаем Центр «Лейк-Вью». Еще немного, и звезды отразятся на водной глади озера. Это самая популярная часть города – ее можно увидеть на каждой глянцевой брошюре, описывающей Фейр-Хэвен. Набережная с многочисленными магазинами, прокат лодок и шикарные рестораны один за другим. Но в теплое время года студенты предпочитают противоположный берег, потому что там разрешено разжигать костры. И если сказать, что Фейр-Хэвен известен «Барсуками», то точно так же он известен уютными вечерами на берегу озера.

Мы идем к парковке. На ходу потягиваясь, Хэйли говорит:

– Ну хорошо, я тебе обязана за фотографии, но, пожалуйста, не заставляй меня больше стоять в очереди час, чтобы получить автограф. У меня ноги отваливаются.

– Из-за обуви, наверное, – бросаю я.

К платью и шерстяному пальто Хэйли нацепила сапожки, каблуки которых выглядят какими угодно, но только не удобными. Она и так-то не маленькая, но сегодня я ощущаю себя гномом. Хэйли, по моему убеждению, единственный человек из моих знакомых, который может удачно сочетать бирюзовые волосы и шерстяное пальто так, что это не выглядит модным провалом.

– Главное, Джули счастлива, – дразнится Бо и на прощание целует Хэйли в щечку. – Езжай аккуратно. Передай привет от меня маме, когда она приедет.

– Ты просто боишься, что, если я разобьюсь, тебе придется самому разбирать твои каракули на курсе Хадженса.

– Этот тип говорит в таком темпе, что может составить конкуренцию Джули, – бормочет Бо, пока я обнимаю Хэйли.

Махнув в последний раз, Хэйли забирается в микроавтобусик ее мамы, «Фольксваген» шестидесятых годов.

– Хадженс – это ваш профессор по биохимии?

– Ну да. Без помощи Хэйли я бы пропал, – признается Бо.

Я бы тоже. Вот почему я изучаю литературу, а не медицину.

Я убираю в бардачок подписанное автором сокровище и устраиваюсь поудобнее на пассажирском сиденье. До окраины города долгий путь, так что имеет смысл снять обувь.

Когда мы покидаем парковку, у меня пиликает телефон – новое сообщение. Растерянно смотрю на экран: одно непрочитанное от Мистера Алабама. Почему он мне пишет? Разве мы не расставили все точки над i?

– Ой поглядите, кто объявился, – снова дразнится Бо.

МИСТЕР АЛАБАМА: Ты не против, если я встречусь с твоим братом?

Я удивленно поднимаю брови. Что за странный вопрос?

– Дрю пригласил тебя на свидание? – резко спрашиваю. А как иначе понять эту новость?

– Я без понятия, что между вами двумя происходит, – Бо не отрывает взгляда от дороги, – но после твоего ухода мы распили с ним на брудершафт молочный коктейль. И ты не посмеешь разорвать эту освященную сладким молоком связь и расторгнуть дружбу только потому, что ты не испытываешь к нему интереса.

Я в сомнениях кручу телефон между пальцами. Если бы мой брат знал, как он ошибается. У меня есть интерес к Дрю, только не тот, что совместим с реальностью.

– Он футболист. Между нами ничего не может быть. – Я сбоку смотрю на Бо. – Но с чего это он спрашивает у меня разрешения видеться с тобой?

– Этого я не знаю. Но мы серьезно работаем над крепким бромансом. Я всегда хотел иметь друга, который выглядит лучше меня и разделяет мое шикарное чувство юмора. – Бо пожимает плечами.

Я киваю и кладу телефон на колени. Мне нетрудно представить, что Бо и Дрю хорошо ладят. Пенни права: Бо на самом деле мил со всеми (кроме нее). И он может быть невероятно обаятельным, если захочет. И чаще всего он хочет. Белокурый солнечный мальчик и квотербек с озорными огоньками в глазах? Больше чем уверена – из них выйдет великолепная команда.

– Знаешь, как несправедливо, что вы, мужчины, можете спокойно дружить, не ломая голову над тем, а что думает о дружбе другой? – спрашиваю я, погруженная в свои мысли.

Почему мне так хочется касаться Дрю, как только оказываюсь поблизости?

– А знаешь, как несправедливо, что так мало мужчин ломают голову над тем, что дружба бывает не только одного вида? – риторически спрашивает Бо. – В отличие от тебя я бы не стал отправлять Эндрю МакДэниэлса в бан, если он имеет хоть толику интереса.

– Как думаешь, папа бы сильно удивился, застав тебя в постели с другим мужчиной?

Бо пожимает плечами.

– Оцени по десятибалльной шкале, как он был бы шокирован, если бы узнал, что у меня в постели побывало примерно в три раза больше мужчин, чем у тебя?

– Помимо того факта, что нуль, помноженный на три, равен нулю, если вспомнить математику, – парирую я, прислонившись к пассажирской двери.

– А как же Бен Маккензи?

– Это была не постель, это был диван. И даже не напоминай… – лениво прошу я. – Это было…

Я не могу подобрать слово, обозначающее что-то среднее между «разочарованием» и «отвращением». Самое мерзкое, что можно представить на окончание школы. Еще тогда стоило бы понять, что наши пути после поступления в колледж разойдутся, и неважно, спала я с ним или нет. Я до сих пор не призналась Бо, что вскоре после Бена был другой. Случайный перепихон, о котором я до сих пор жалею, хотя секс оказался совсем неплох. Но это тоже случилось не на моей территории, поэтому моя постель до сих пор девственна.