"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 385

Девушка зарделась, но не отняла у меня ладонь. Она положила пальцы на пояс своего платья и вдруг сказала:

— Кажется, я проглотила несколько бабочек, и теперь они летают у меня в животе.

— Это ведь хорошо?

— Наверное, — Арина пожала плечами и сжала мои пальцы. — Не вздумайте передумать и не приглашать меня, как обещали. Или я уволюсь, но буду приходить к вам каждый день, напоминая, какого хорошего секретаря вы потеряли.

— Это было бы слишком жестоко, — с притворным ужасом заявил я. — Другого такого помощника я не найду.

Арина покачала головой и улыбнулась своим мыслям. Мне хотелось думать, что они были обо мне. За ребрами часто заколотилось сердце.

— Идемте, — словно нехотя произнесла Нечаева и потянула меня дальше по дорожке. — Вы обещали мне чай. Нельзя мешать некроманту исполнять обещания.

— Конечно, — согласился я.

— Мне нравится, как вы улыбаетесь, — заявила помощница, не оборачиваясь, и оставалось только догадываться, откуда она знает, что я никак не мог согнать счастливое выражение со своего лица.

Неправильный некромант

Мне было хорошо. Может причина была в благоухающих цветах, пчелах или солнечных лучах, которые проникали сквозь большой витраж, раскинувшийся на стене. Яркие стеклышки были собраны в изображение большой кошки, лежащей у водопада. Глаза зверя казались настоящими и мне подумалось, что они изготовлены из драгоценных камней, в которых искрился свет и отражался от внутренних граней, чтобы становиться ослепительным.

В просторной беседке стоял круглый столик, застеленный белой скатертью с кружевной вышивкой по краям. На ней расположились тончайшие фарфоровые тарелки с позолотой, изящные столовые приборы, овальное блюдо с множеством небольших бутербродов на деревянных шпажках. Фрукты были нарезаны ломтиками и накрыты полупрозрачной сферой, которая исчезала, стоило ее коснуться. Но самым изумительным блюдом оказались пирожные в виде крохотных кексов с вишенками на шапке из крема.

— Какая прелесть, — восхитилась Арина Родионовна и подошла ближе, рассматривая угощения. — Из чайника пахнет просто изумительно.

— Это для нас, — подсказал я.

— Даже если нет, — хитро прищурилась девушка. — Мы украдем все вкусности и скажем, что их тут не было.

— Это преступление, — усмехнулся я, отодвигая стул, чтобы она присела.

— Преступление — это оставлять такой стол без присмотра, — возразила моя спутница. — А если чай остынет? Или эти чудесная зелень поскучнеет?

— Вы правы, мы должны спасти эти блюда, — согласился я и устроился напротив помощницы.

День был долгим, прогулка приятной, и я успел проголодаться. Мы ели неспешно. Я переложил на тарелку несколько бутербродов, собранных из поджаренного хлеба с красной рыбой, хрустящим огурцом и салатом. Арина предпочла другие. Но потом подцепила вилкой кусочек моего угощения и закинула себе в рот.

— Вкусно, — беспечно заметила она и предложила мне ломтик хлеба, на котором блестели крупные янтарные икринки и зеленела веточка укропа. — Вам надо это попробовать.

Я не мог ей отказать. И не хотел этого делать. На ближайший куст села желтая птичка и принялась щебетать, наклоняя голову и косясь на нас блестящими глазами. Нечаева какое-то время завороженно смотрела на птаху и потом тряхнула головой, словно отгоняя морок. И затем перевела взгляд на меня.

— Вы наверняка мне скажете, что организовать все это было несложно, — проговорила она с улыбкой. — Но я вам очень благодарна за эту прогулку.

— Я заметил, когда мы искали место гибели Софьи в лесу, вы выглядели оживленной. Мне показалось, что вам должно понравится побывать в этом Саду.

— Про него много говорят, — отметила девушка. — Тут иногда бывает император со своей супругой. И я вынуждена согласиться с тем, что даже хорошо, что тут не проводят экскурсий.

— Почему? — удивился я.

— Представляете, если бы здесь постоянно ходили люди. Они наверняка бы ломали ветки, рвали цветы и вредили бабочкам.

— Вероятно, Сад бы погиб, — согласился я. — Однако Лопухина поставляет довольно редкие саженцы в другие оранжереи, которые открыты для посещений. Она продает семена. Но вырастить такие же цветы как здесь ни у кого не получается.

— Думаете, у Лопухиных есть какие-то секреты? — оживилась помощница.

— Уверен. И их охраняют. Иначе император не даровал бы семье прощение и не вернул им все имущество и титул.

— И это хорошо, — кивнула девушка. — Такие таланты стоят дорого.

— У каждого есть свои. Ваши, к примеру, не перестают меня удивлять.

— Я не особенно стараюсь, — призналась Арина Родионовна со смущенной улыбкой.

Девушка закусила губу, словно сдерживала себя, а потом все же спросила:

— Мне хотелось у вас кое-что узнать. Но я не уверена, что мой вопрос уместен.

— Мы ведь не на работе. И я сейчас не ваш начальник, — заметил я. — И вы можете спрашивать все, что посчитаете нужным.

— Почему вы наняли меня, не проведя хоть какого-то собеседования? Признаться, меня это здорово удивило. И даже немного насторожило.

Я вспомнил тот день, когда Нечаева пересекла порог теперь уже моего дома.

— Мне показалось, что вы ответственная, — честно признался я. — И я отчего-то решил, что если откажу вам, то потом буду жалеть.

— Неужели? — девушка подняла бровь. — А я, если откровенно, решила, что вы подумали, что я стану украшать вашу приемную и буду отвлекать вредных клиентов.

— Одно другому не мешает, — не стал спорить я. — Вы же знаете, что выглядите мило. Хотя тогда я еще не подозревал, что вы прекрасно находите общий язык даже с преступниками.

— То есть, дело было не в том, что я вам просто понравилась? — ее щеки вспыхнули нежным румянцем.

— Вы прекрасны, Арина Родионовна. И я очень рад, что на работе нам удается сохранять деловые отношения.

— Да? — тут же насторожилась Нечаева.

— Мой отец выбрал своей второй супругой женщину, которая служит вместе с ним. И несмотря на то, что на службе они смогли остаться профессионалами, их личная жизнь превратилась в продолжение работы. Мне всегда казалось, что это неправильно.

— Вы против служебных романов?

— Да. Считаю, что начальник всегда будет довлеть над подчиненным. И эти отношения будут неэтичными.

— Хорошо, что сейчас мы не на работе. И здесь вы не мой начальник, — улыбнулась Арина Родионовна.

Я подумал, что вышел на очень тонкий лед. Но возвращаться на берег не хотел.

Мы закончили трапезу и поднялись из-за стола. Я подал девушке руку, и та с готовностью положила пальцы мне на предплечье.

— Если вы соберетесь сюда еще когда-нибудь по делам, обязательно позовите меня с собой, — попросила помощница.

В этот момент где-то неподалеку раздалась тихая приятная мелодия. Я оглянулся, ища источник звука.

— Что? — спросила девушка насторожившись.

— Скрипка. Разве вы не слышите?

Нечаева слегка нахмурилась, очевидно, не понимая, о чем я говорю. А между деревьями мелькнула чья-то фигура. Вскоре на поляну вышла девушка в длинном старомодном зеленом платье. Она внимательно посмотрела на нас и остановила свой взгляд на мне.

— Некромант, — улыбнулась незнакомка.

— Здравствуйте, — я коротко поклонился.

Арина прильнула ко мне, словно испугалась, и я не возражал, хотя считал, что нам ничего не грозит.

— Вы скрипачка? — спросил я у призрака.

— Когда-то тут давали светские приемы. Тогда растений было куда меньше. И тут стояла небольшая сцена. На ней я музицировала.

— С вами случилось несчастье? — предположил я, заметив синяки под глазами девицы.

— Я родилась ужасно слабой. И маменька всегда меня оберегала, даже не позволяла играть с сестрой, чтобы я не переутомилась. Но в тот далекий день я не хотела оставаться в своей комнате, даже несмотря на то, что мне нездоровилось. Мое сердце остановилось, когда я закончила музицировать.

— Соболезную.

— Напрасно, — улыбнулась девушка. — Я прожила намного дольше, чем обещали лекари. И после смерти осталась в прекрасном месте, где счастлива. Мою музыку порой слышат живые. И если желаете, я вам сыграю.