"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 394

— У вас прекрасный вид из окна, Павел Филиппович. Я бы многое отдал, чтобы провожать тут закаты, — мечтательно начал он.

Мужчина был крепким, с широким лицом, украшенным изящной бородкой и усами. Его глаза смотрели цепко, но судя по морщинкам в уголках век, человек передо мной привык улыбаться. Вот и повернувшись ко мне, он улыбнулся и протянул мне руку.

— Машуков Руслан Константинович.

Я пожал ладонь.

— Чехов Павел Филиппович.

— Очень приятно познакомиться.

— Мы могли бы зайти в дом и выпить чай, — предложил я. — К тому же у меня отличная кухарка, которая приготовила сегодня чудесные булочки.

— Эх, булочки — это прекрасно, — протянул гость, но вздохнул и добавил. — Но увы, мой лекарь принуждает меня есть меньше мучного. Он уверяет, что это вредит моему здоровью. Он же настоятельно рекомендовал мне проходить в день не менее десяти сотен шагов.

— Тысяч, — поправил я его автоматически.

— Вы знакомы с моим лекарем? — с подозрением сощурился мужчина.

Я смутился, а куратор рассмеялся, разрядив обстановку:

— Все в порядке, Павел Филиппович. У меня специфическое чувство юмора, не все его понимают. Но шутить со здоровьем я и впрямь не хочу. А потому хотел бы совместить приятное с полезным и пройтись с вами.

— Вы полагаете, что мое общество будет вам приятно?

Мужчина внимательно посмотрел на меня, словно оценивая, а потом пожал плечами:

— Я могу заблуждаться. Но, обычно, мое чутье меня не подводит. К тому же, меж людьми про вас ходят удивительные истории. И мне очень любопытно узнать, какие из них правдивы.

— Наверное, мне стоило обратиться к вам раньше, — заявил я.

— В этом не было необходимости, — отмахнулся мужчина, вышагивая по мостовой.

Я заметил, что трость ему не нужна. Куратор шел легко, щурясь на солнце и поглядывая на проходящих мимо молодых симпатичных барышень.

— Вы прекрасно справляетесь с работой, Павел Филиппович. И мне казалось, что мои советы будут вам только мешать.

— Однако у меня все же случилась оказия, — с грустью заметил я.

— Бросьте, — совершенно серьезно возразил Руслан Константинович. — Без поражений не познать вкус победы. Скверно, когда человеку постоянно благоволит удача. Счастливчик начинает верить в свою исключительность, пренебрегать осторожностью, презирать тех, кому везет меньше. Поверьте, юноша, я точно знаю, о чем говорю.

— Хорошо, — осторожно ответил я. — Но ведь теперь меня отстранили от работы.

Куратор махнул рукой:

— Это сущие мелочи. Поверьте, каждый адвокат проходил через это. Кто-то раньше, а кто-то позже. И лучше сейчас, чем потом.

— И чем лучше? — уточнил я.

— Сейчас вы поймете, что смертны, — протянул Руслан Константинович. — И я имею в виду, что вы можете ошибаться, спотыкаться и падать. Как и любой из нас. А со временем вы потеряли бы этот ориентир. Потерявшие начинают винить окружающих в возникших неудачах, ненавидят тех, кто греется под солнцем, когда для них самих оно заходит за облако.

— Значит, все что случилось, идет мне на пользу, — кивнул я.

— И мне хотелось сказать вам об этом, Павел Филиппович. Сказать сейчас, когда вы можете засомневаться в себе. Или не сомневаетесь? — он испытующе взглянул на меня. — Когда я читал стенограмму вашего выступления, то подумал, отчего вы не приказали своему свидетелю заранее не говорить о преступлении вашего клиента?

— Я не предвидел этого вопроса, — беспечно сказал я.

— Отчего-то мне хочется верить, что это не совсем так. Но официально я вам такого не говорил, — мужчина погрозил мне пальцем, а потом продолжил, — Антон Нилович Самохвалов на редкость дрянной человек. И нечего таким делать на свободе. Петроград вздохнет свободно, когда его какое-то время не будет в городе.

— И чем он вам не угодил? — полюбопытствовал я.

— Вы видели пуговицы на его рубашке? — возмутился Руслан Константинович. — Я бы даже своей супруге не позволил носить подобные. Это вопиющая расточительность. Даже наш батюшка император и тот носит костяные.

— Из слоновой кости, — поправил его я.

— Костяные, — упрямо повторил куратор. — Им сноса не будет. И не нужно отпарывать каждый раз, как замараешь и отдашь вещи в стирку.

— У вас удивительная осведомленность о том, как ухаживать за пуговицами из жемчуга, — заметил я.

— Супруга у меня женщина умная, а вот тещей Искупитель меня наказал. Она использует проклятый жемчуг и носит страусиные перья в домашних нарядах.

— Живет на вашем обеспечении? — предположил я, и куратор усмехнулся:

— Слухи о вас не врут. Вы весьма проницательны.

— Попробуйте перевести ее на содержание супруги, разделив общий бюджет между двумя женщинами. Быть может, дочь сможет вразумить свою матушку. У нее это наверняка получится лучше.

— Хм, — Руслан Константинович задумался, бросив на меня короткий взгляд. — Я как-то не догадался о таком способе решения проблемы. Моя Аннушка вполне сможет отстоять деньги, если будет считать их своими. Спасибо вам за совет, Павел Филиппович. Я обязательно попробую этот метод.

— Очень надеюсь, что он сработает.

Мы подошли к небольшому причалу, у которого разместились лодки.

Руслан Константинович остановился и оперся на трость, давая правой ноге отдохнуть. Я заметил, что он слегка запыхался. На лбу выступила испарина, которую куратор смахнул платком. А потом обратился ко мне извинительным тоном:

Пожалуй, я слегка себя переоценил. Прогулка вышла для меня немного утомительной.

— Быть может, вам стоит присесть? — озаботился я.

Руслан Константинович вздохнул:

— Мне стоит перестать таскать пресловутые пирожные, которые супруга готовит для посиделок со своими подругами, — произнес он. — Гадкий лекарь прав. И я очень боюсь, что в следующий раз он запретит мне пить вино перед обедом.

— А вы не говорите ему, что предпочитаете в качестве аперитива, — подсказал я.

— Врать лекарю, — протянул мужчина одобрительно. — Вы мне нравитесь, Павел Филиппович.

— Спасибо, — коротко поклонился.

— Так что, уважаемый мастер Чехов, вам незачем принимать близко к сердцу отлучение от работы. Отдохните, развейтесь. Слишком много громких дел с вашей легкой руки потрясли Петроград. Это может привлечь к вам внимание. Будь вы актером, то это сыграло бы вам на руку. Но некромант, который спасает людей от неприятностей — звучит очень провокационно.

— Я не искал славы.

— Никто в этом не сомневается. К слову, моя супруга заявила, что я обязан пригласить вас на чай. Скажу ей, что вы отказались, потому что я вас смутил.

— Я мог бы прийти, если это для вас важно.

— Ни в коем случае, — горячо возразил мужчина. — Она целую неделю будет нудеть до вашего визита о том, что мне надо влезть в парадный костюм, который мне мал. А потом еще неделю вздыхать, что когда-то я был таким же стройным как вы. Хотя такого никогда не было.

— А попробуйте заказать свой парадный костюм у того же мастера, но на пару размеров больше, — предложил я.

— Вы опасный человек, Чехов! — ахнул куратор. — Я ведь воспользуюсь вашим советом. Каждым. И как я сам не догадался?

— И заметьте, я не возьму с вас за это ни рубля, — ответил я.

— Хитрец. И что же вы попросите?

— Загляните как-нибудь ко мне на чай. Я на самом деле буду рад вам.

— Обязательно воспользуюсь вашим приглашением. Тем более, вы сказали о булочках. Вы же не выдадите меня лекарю, если он спросит вас об этом?

— Это будет наш с вами секрет, — уверил я.

Мы тепло попрощались, и мужчина поднял руку. К поребрику подкатила бежевая «Победа» и Руслан Константинович заворчал, когда водитель выскочил, чтобы распахнуть перед ним дверь.

— Бестолковый. Много раз объяснял, что могу открыть дверь сам. Еще и остановился так далеко. Я же говорил, через два квартала жди меня. А ты все четыре отмахал. Балбес.

Водитель виновато улыбнулся, но не выглядел расстроенным. Видимо, его хозяин частенько отчитывал в подобном тоне.