"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 526

— А что ты готов ей предложить? — прищурилась Любовь Федоровна. — Очевидно, что она девушка из высокородной семьи, иначе ее не пригласили бы в загородную резиденцию императора. Ты знаком с ее родителями?

— Оказался им представлен, когда отец был ранен.

— Ранен? — Виноградова вскочила на ноги и замерцала. — Ты не рассказывал! Что случилось?

— Он вступил в бой с врагами империи, — я ловко обошел клятву и не солгал.

— А куда смотрели кустодии? Там ведь была целая толпа этих страшных вояк. Почему...

— Мой отец — начальник охранки. И никогда бы не стал прятаться за спинами других людей.

— Насколько все было страшно? — женщина показалась бледнее обычного.

— Он стал Легендой.

— Искупитель... — женщина прикрыла рот ладонью. — Это было так близко к смерти...

Я удивился тому, что в комнате потеплело. Даже оглянулся, убеждаясь, что обогреватель случайно не включился.

— К счастью, Нечаевы оказались целителями. Они с ним поработали и стянули его рану. Я пришел в дом, когда самое страшное было уже позади.

— То есть, родители Аринушки спасли твоего папеньку?

— Все так и было, — подтвердил я.

Виноградова облегченно выдохнула:

— Это хороший знак!

Моя соседка отвернулась, уставившись на темные воды канала. Она разнервничалась и не понимала, что становится полупрозрачной. Именно поэтому я видел, как она закусила губу, и как мучительно сдерживается, чтобы не сказать что-то лишнее. Как прикрывает глаза, чтобы не дать волю призрачным слезам...

— При жизни вы не встречались с моим отцом, верно? — мягко спросил я.

— Только заочно... Я слышала, что в охранном отделении работает лютый следователь, и обходила его десятой дорогой. Я ведь не сумасшедшая, чтобы попадаться на глаза тому, кого нельзя подкупить.

— Все верно, его невозможно подкупить, — согласился я. — Ни тогда, ни сейчас.

— Вот в кого ты такой принципиальный, — протянула призрачная дама и повернулась ко мне.

Она попыталась придать лицу скучающее выражение, но я уже увидел, все, чего не должен был видеть.

— Ты назвал его отцом, — заметила женщина. — Или мне только показалось, что раньше ты звал его по имени.

— Не обращал внимания, — соврал я.

— Какой же ты все еще мальчишка, — произнесла призрачная дама, качая головой. — Постарайся не взрослеть как можно дольше.

— Прямо как вы? — поддел я Виноградову.

Она улыбнулась.

— Я, между прочим, достаточно взрослая дама! В посмертии год за пять идет. Или за десять.

— Так вы же большую часть этого посмертия проспали, — возразил я, радуясь, что мы ушли от болезненной темы.

— Вот стоит тебя похвалить, как ты начинаешь вредничать! — заявила Любовь Федоровна и уселась на кресло, стоящее рядом с моим. — Я долго думала, как нам избавиться от тел, от которых больше нет никакого прока. Нехорошо будет, если кто-то их и впрямь обнаружит. Взять хотя бы этого приказчика твоей бабушки... Во время визита княгини мне стоило больших усилий не пустить его в подвал. Думаю, он сумел бы понять, что там прячется в стенах...

— Сколько всего тел у вас там хранится?

— Так сразу и не упомнить, — вздохнула Виноградова. — Завтра выдам расчеты.

— Фраза «у каждого свои скелеты в шкафу» заиграла другими красками, — заметил я.

— Ой, все! — фыркнула соседка. — Я не обязана оправдываться. И что с того, что в нашем доме хранится немного косточек?

— То есть, он наконец стал «нашим»... — довольно заключил я.

— Некромант, ты меня раздражаешь!

Я развел в стороны руки:

— И даже не особенно стараюсь. С таким наставником как вы, я быстро учусь.

Виноградова ухватила меня за руку, посмотрела на циферблат часов на запястье и воскликнула:

— Заболтал ты меня совсем! Там ведь началась передача «Давай обвенчаемся».

— Зачем вы смотрите эту чушь? — удивился я, потирая заледеневшую кожу.

— Потому что могу себе это позволить, — заявила Любовь Федоровна и метнулась в свою комнату, откуда донесся звук включенного телевизора.

Я же вздохнул и снова уставился в окно, рассеянно гладя лежавшего на коленях кота.

Из размышлений меня вырвал зазвонивший в кармане телефон. Недовольно поморщившись, я ответил на вызов:

— У аппарата...

— Добрый вечер, Павел Филиппович, — прозвучал в динамике голос Свиридовой. — Простите, что звоню в такой поздний час... Софья Яковлевна совсем недавно сказала, что вы вернулись с болот, где были по какому-то секретному заданию кустодиев...

Голос Елены Анатольевны был на удивление торопливым и сбивчивым, словно девушка боялась, что я в любой момент могу отменить вызов.

— Ничего особенного, — устало ответил я. — Все хорошо.

В трубке на секунду повисло молчание. Затем девушка продолжила:

— Я так и не поблагодарила вас за то, что вы спасли меня от монстра... Там, в Императорской резиденции... Я сама виновата, что нарушила комендантский час. Но когда я увидела, как он выстрелил...

От этих слов я поморщился, и рука невольно потянулась к вспыхнувшему резкой болью месту, куда угодила пуля Цареубийцы. И ответил:

— Просто не мог поступить по-другому.

— Спасибо вам, Павел Филиппович, — ломким голосом произнесла девушка.

— И я вас благодарю за то, что поручились за меня перед комиссией, — ответил я.

— Это меньшее, что я могла бы для вас сделать. И...

Она замялась, а затем неуверенно продолжила:

— Я хотела бы пригласить вас на обед, Павел Филиппович.

Я вздохнул:

— Простите, Елена Анатольевна, но я только вернулся в город, и в ближайшие дни мне нужно решить очень много накопившихся дел. Поэтому ничего обещать вам я не могу.

В трубке послышался тяжелый вздох.

— Я понимаю... Дайте знать, когда у вас появится время — мне очень нужно поговорить с вами лично.

— Хорошо, — с неохотой согласился я.

— Тогда до встречи, Павел Филиппович, — робко произнесла девушка.

— До встречи, — ответил я и завершил вызов. Взглянул на темный экран телефона, не понимая, что происходит.

Елена Анатольевна — обычно дерзкая и весьма уверенная в себе — только что стеснительно бормотала, словно ее подменили на какую-то другую застенчивую и незнакомую мне девушку. Эти изменения пугали. И я точно понимал, что не могу доверять адвокатессе.

Телефон в руке снова зазвонил. Я взглянул на экран и улыбнулся — на этот раз на дисплее высветился номер Нечаевой.

— Добрый вечер, Арина Родионовна!

— Добрый, Павел Филиппович, — отозвалась девушка. — Доставщик принес мне цветы. Я сразу поняла, от кого они, и хотела поблагодарить вас за этот букет. Он просто чудесный.

— Я очень рад, что вам понравилось, — ответил я. — Хотел бы...

— Как ваши дела, Павел Филиппович? — поторопилась меня перебить Арина, словно спасая от ошибки.

— Нормально, — ответил я. — Сейчас пытаюсь разобраться с делом Пахома. Помните реставратора мебели?

— Еще бы... А разве вам можно сейчас заниматься адвокатской помощью? Если комиссия узнает о таком...

— Нет, это дело не связано с защитой, — отмахнулся я. — И обо всем знает мой куратор — я занимаюсь этим вопросом по его просьбе.

— Оу... — только и произнесла девушка. И перевела тему разговора: — Простите, что не звонила и не приезжала к вам. Я не могла...

— Вам не стоит ничего объяснять.

— У меня гостили родители! — выпалила Нечаева. — Маменька решила, что мне необходима компания после того, что произошло за городом. На самом деле, она решил обновить гардероб и воспользовалась удобным поводом, чтобы пройтись со мной по магазинам.

— Выходит, мы вовремя успели вернуться с болот, — с улыбкой ответил я.

— Так и есть, — согласилась девушка. — Если бы они приехали, а меня не оказалось дома...

— Был бы скандал? — предположил я. — И вас переселили бы в городской особняк?

— Переселить меня вряд ли бы решились, — весело ответила девушка. — «Солнечный город» располагается близко от лицея, а из родительского особняка сложно добираться на учебу. Но долгую лекцию на тему «благочестивый образ аристократки» выслушать бы пришлось. Вы же понимаете, насколько это жуткое наказание?