"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 567

— Лучше подстраховаться. На всякий случай. И не надеяться на удачу.

— Я слышал, что ты начал какое-то новое расследование? — произнёс отец, словно пытаясь поддержать разговор.

Я просто кивнул:

— Сперва хотел помочь знакомому, но все вышло куда сложнее. Однако, думаю, что я смогу справиться.

Отец нахмурился, но промолчал. Мы спустились по лестнице и подошли к Виноградовой, которая ожидала нас у входа в подвал.

Когда мы оказались рядом, Любовь Фёдоровна прошла сквозь дверь. Я похлопал было себя по карманам, понимая, что ключей у меня нет. Но через секунду дверь открылась. Из подвала потянуло прохладой и ароматом строганных досок.

— Прошу, мастера, — с нервной улыбкой произнесла стоявшая на пороге Любовь Федоровна. А затем, она развернулась и направилась вниз по лестнице. Мы последовали за ней.

Тут все было, как и всегда. Если не считать верстака, которым заведовал Фома. Запаха плесени и сырости я не заметил и предположил, что призрачная дама нарочно говорила о протекших трубах, чтобы не пускать сюда посторонних.

У стены справа от входа я заметил уже знакомую небольшую дверь.

— Полагаю, нужное нам место там? — уточнил я, указав в сторону створки.

— Угадали, Павел Филиппович, — ответила призрак, и я не уловил в ее голосе привычного сарказма.

Женщина казалась задумчивой и напряженной. Машинальным движением она поправила волосы на лбу, отчего-то старательно отводила глаза от моего отца.

И я направился к двери. Призрак обогнала меня и прошла сквозь стену. Поначалу оттуда раздался звук, будто что-то там двигали.

— Прямо за дверью кладка из камней, — послышался глухой голос из-за перегородки.

Спустя пару минут раздался лязг металла и щелчок, который обычно обозначал звук прокручиваемого в замочной скважине ключа. И через секунду, дверь со скрежетом начала двигаться.

— Давно я ее не открывала, — послышался из секретной комнаты встревоженный голос Виноградовой.

Я потянул створку на себя, пробуя помочь призрачной даме открыть дверь. Это оказалось непросто. Поэтому я щелчком призвал тотемы, притянул из межмирья помощников. Позади послышался сдавленный голос:

— Добрый вечер.

Я понял, что моих миньонов увидел старший родич. И они его смутили. Хотя, уверен, что он часто встречал помощников Софьи Яковлевны.

— Доброго вечерочка, господин, — Леший коротко поклонился князю. — Не думал, что мы с вами свидимся, Филипп Петрович. А вот как оно оказывается, жизнь со смертью все сворачивают.

Зная бывшего начальника охранки, я не удивился, когда в глазах Чехова увидел узнавание. И он воскликнул:

— А я ведь думал, что ты с подельником давно укатил в Британию и тратишь там награбленное, притворяясь политическим беглым

— Все куда проще. Остались мы на своей земле. Точнее, прямо в ней.

— Помоги открыть дверь, — прервал я откровения бывшего бандита.

Он хмыкнул и прошел сквозь преграду. Чтобы почти сразу выпрыгнуть оттуда с выпученными глазами.

— Что случилось? — спросил я.

— Лучше я отсюда вам подсоблю, — пробормотал он и принялся тащить на себя заржавевшую створку.

И только совместными усилиями нам, наконец, удалось открыть эту дверь. Изнутри не пахнуло спертым воздухом. Я подивился тому, что услышал тихий звук работающей вытяжки.

— Повезло, что не пришлось ломать стену, — произнёс Филипп Петрович.

— Ломать дом? — Любовь Фёдоровна бросила на Чехова полный укора взгляд.

Но я был согласен с отцом. Прибывшие жандармы скорее всего пробили бы стену, чтобы осмотреть скрытое помещение.

— Ну, посмотрим, — нарушил молчание Филипп и шагнул в помещение первым. Щелкнул выключатель, и в тайной комнате вспыхнул свет. А затем послышалось удивленное:

— Ох, ничего же…

Я поспешно последовал за отцом. Перешагнул порог, обвел взглядом помещение.

— Красиво, — только и смог произнести я.

Комната была довольно просторной. И в стенах я заметил небольшие ниши, в которых, скрестив на груди руки, стояли покойники. Их и правда было около двадцати. И тела были иссохшие до состояния мумий. Будто они провели здесь не одно десятилетие. В центре комнаты же расположился стеклянный ящик, подозрительно напоминающий гроб. В нем лежала женщина, очень уж похожая на Виноградову. И я не смог сдержать удивленного вздоха.

Женщина выглядела так, словно умерла только что. Она лежала на спине, сложив на животе руки. Волосы рассыпались вокруг головы нимбом. Однако рана на лбу словно стянулась, оставив небольшой рубец. Виноградова была в знакомом мне платье, на котором я заметил бурые пятна. Лицо Любовь Федоровны было бледным. Ресницы отбрасывали на щеки кружевные тени. И на среднем пальце ее правой ладони я увидел перстень с крупным красным камнем. В котором, как мне показалось, пульсировал едва заметный огонек.

Я обернулся к Виноградовой, ожидая пояснения. И призрак с неохотой ответила:

— Такой я себя нашла, когда уже осознала себя призраком. В этом самом ящике, в этой самой комнате. А в нишах находилось несколько мертвых человек. Остальных сюда доставляла уже я сама.

Филипп Петрович смахнул со лба испарину и посмотрел на меня в ожидании ответа. Но только я не понимал, что происходит.

— Такое ощущение, словно вы не постарели ни на один день, Любовь Федоровна, — заметил я. — И я впервые такое вижу.

На полу были видны нарисованные мелом знаки, но ни один из символов не был мне знаком.

Любовь Фёдоровна немного помолчала. А затем произнесла:

— Я же говорила, что есть особые практики, чтобы замереть между жизнью и смертью. На меня много раз покушались. И однажды я всерьез заинтересовалась этим вопросом. Во время смуты ко мне в ломбарды несли множество книг и артефактов. Чего только у меня не было. Сокровищница императора позавидовала бы некоторым вещицам, которыми я владела.

Я замотал головой. От новых неясностей начали пульсировать виски:

— То есть, вы…

— Мне помог один человек, — ответила Любовь Федоровна. — Незадолго до того, как меня попытались убить. Ему понадобилось кое-что, чем я владела. Отказать ему я не решилась. Точнее, я попросила в ответ что-то равнозначное. Я сказала, что не хочу умирать. И он подарил мне это самое кольцо, и очень просил его не снимать. Думаю, все дело в нем.

— Кажется, я и правда слишком мало знаю об этом мире и жизни и смерти, — пробормотал я, рассматривая тело. — И кто же был этот человек?

Виноградова пожала плечами:

— Он приходил с Морозовым.

— С Александром Васильевичем? — уточнил князь Чехов, старательно отводя взгляд от гроба.

— Он называл парня своим родственником. Но мне показалось, незнакомец был каким-то культистом Смерти. Потому что таскал с собой косу.

— Вот оно что, — протянул я, вспомнив про зеркало. — Интересно было бы пообщаться с этим человеком.

— Сначала нужно избавиться от тел, — напомнил Филипп Петрович.

— Да, точно, — пробормотал я. На всякий случай зажег «Фонарь Харона», чтобы убедиться, что призраков в комнате нет. Но здесь была только Виноградова.

— Я же говорила, что переправила их на ту сторону, — послышался из тумана ее голос.

— Вы? — уточнил я и кивнул в сторону тела, на пальце которого было кольцо. — Или оно?

Призрак не ответила. Но по ее выражению лица я все понял. Кольцо помогало мертвым уйти на другую сторону.

— Вашество, вы где? — послышался на первом этаже едва различимый бас Фомы.

— Надеюсь, он пошел искать нас без Арины Родионовны, — обеспокоенно произнёс отец.

Любовь Федоровна взлетела к потолку, просочилась сквозь перекрытие. И через секунду послышался голос Питерского:

— Любовь Федоровна, вы Павла Филипповича не видали?

— В подвале он, — ответила Виноградова.

— Спасибо. А то я ищу его, ищу. Звонил даже, но у него телефон недоступен.

Я достал из кармана аппарат и убедился, что связь в небольшой комнатке отсутствовала.

Виноградова просочилась сквозь потолок и возникла перед нами. Затем развела руки в стороны: