"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 700

— Не годится. Мне нужно, чтобы дело против Свиридова попало к конкретному человеку. Если же информация про судью всплывет случайно, дело быстро присвоит кто-то из начальства.

— Значит, проси Шуйского, чтобы он включил нужного тебе человека в следственную группу, — подсказал отец.

Этот вариант мне определённо нравился. Поэтому я ответил:

— Спасибо. Ты очень мне помог.

— До встречи, — попрощался Филипп Петрович и завершил вызов. Я же повертел телефон в руке, а затем принялся искать в телефонной книге нужный номер.

Шуйский взял трубку быстро.

— Слушаю, Павел Филиппович, — послышался в динамике голос начальника охранного отделения.

— Добрый день, Дмитрий Васильевич, — ответил я. — Не подскажете ли вы, кто состоит в следственной группе по расследованию острожных убийств?

Шуйский вздохнул, а затем начал перечислять незнакомые мне фамилии. Беловой в списке не было.

— И как продвигается дело? — осторожно полюбопытствовал я.

— Как обычно в таких случаях, — ответил жандарм. — Показаний ни от кого не добиться. Вернее…

Он замялся, а затем продолжил:

— Черносотенцы активно сдают своих оппонентов, но стукачи в застенках долго не живут. Так что насилие набирает обороты.

— Вот оно что, — протянул я. — А почему же вы не привлечете человека из нового отделения.

— Сегодня привлекли, — ответил Шуйский. — Вернее, кустодии назначили нам его добровольно-принудительно. В качестве консультанта. Только толку от него немного. В остроге оказалось хватает неучтенных призраков, среди которых сложно найти нужных нам. Только люди Щукина роются в прозекторской.

Услышав знакомую фамилию, я насторожился. И осторожно уточнил:

— Вот как? И что же ему надобно?

— Ищут какой-то очень нужный им труп, — ответил жандарм. — Ищут давно, но не могут найти.

— Почему же?

— Как оказалось, Павел Филиппович, в отделении надзорной острожной жандармерии еще больший бардак, чем у нас. Удивляюсь, как при таком подходе не разбежались все подозреваемые.

— Дела, — протянул я.

— И не говорите. Вот так простой бунт вскрыл проблемы, творящиеся в столице. Началась проверка, и скорее всего многие потеряют звания. А вместе с ними и головы.

Я с трудом удержался от облегчённого вздоха. Потому что был почти уверен: Щукин ищет того же мертвеца, что и я. И тело может пропасть в любой момент.

— Дмитрий Васильевич, я хотел бы предложить вам помощь, — поспешно произнёс я. — У меня выдалось несколько свободных дней, так что, я вполне могу стать консультантом по работе с призраками. Все бумаги от кустодиев я получу сам. Но от вас мне нужно кое-что взамен.

— Внимательно слушаю.

Голос жандарма мигом стал настороженным. И я добавил:

— Было бы отлично, если бы Белова попала в следственную группу.

В динамике воцарилось молчание. А затем Дмитрий с неохотой произнес:

— Павел Филиппович, по отделу и без того ходят дурные слухи про нашу с Алисой связь. Подобное изменение группы только добавит подозрениям уверенности.

— Добавило бы, — согласился я. — До моей просьбы. Теперь вы можете списать все на вредного некроманта, который выставил обязательным условием нахождение в группе его хорошей подруги. Тем более, так оно и есть. Вы можете дать понять, что именно она уговорила меня помочь с делами. И даже сделайте вид, что не особенно довольны этой инициативой, если так будет лучше.

— Ну… Хорошо, — растерянно согласился Шуйский.

К чести жандарма, он не стал уточнять, зачем мне это нужно. Просто по традиции завершил вызов не попрощавшись. Мне же это показалось добрым знаком. Я быстро набрал номер Александра Морозова.

В этот раз, трубку не брали долго. И когда я уже хотел было завершить вызов, в динамике послышался голос:

— Слушаю, Павел Филиппович.

На заднем плане раздавался приглушенный голос Софьи Яковлевны. Очевидно, своим звонком я помешал совместному семейному времяпрепровождению. Но сейчас мне было не до правил этикета. И я поспешно произнес:

— Доброе утро, Александр Васильевич. Я хотел бы попросить вас об одном одолжении. Жандармы ведут расследование по поводу убийств в остроге. И мне очень хотелось бы попасть в следственную группу консультантом по работе с призраками.

— Им уже назначен консультант из отделения Щукина… — начал было Морозов, но я его перебил:

— Щукин хочет замести следы в одном очень важном для меня деле. Которое может стать самым громким за последние годы.

— Вот как? — уточнил бывший глава кустодиев. — Заинтриговали, Павел Филиппович. Хорошо, я попытаюсь сделать все, что в моих силах.

Я улыбнулся, оценив деликатность новоявленного родича. Силы Морозовы были поистине впечатляющими.

— Молодой человек, выждите самое большее полчаса и выдвигайтесь в сторону острога. Бумаги будут доставлены туда же, — заявил Александр Васильевич и оборвал звонок.

Я же вернул телефон на стол, только сейчас начиная понимать, почему на Анатолия Викторовича не подействовали угрозы «призрачной» расправы, которые я ему обещал. Скорее всего, Щукин, который исполнял обязанности начальника нового отдела охранки, был шаманом. Неспроста отец заявил, что этот мерзавец способен ощутить влияние Нечаевой. И он наверняка уже очистил особняк Свиридовых от призраков. Теперь же он хочет избавиться от тела, которое очень мне нужно.

А еще, присланный из Московии начальник сильно влиял на расстановку сил в городе. Новый отдел получит слишком большую власть. И если им руководит карманный человек Гагарина-Свиридова, пусть и временно…

Такой расклад мне не нравился. Это вполне могло усилить позиции черносотенцев. И дела Анатолия Викторовича.

— О чем задумались, вашество?

Голос Фомы вырвал меня из раздумий. Слуга стоял в дверях кабинета и с интересом за мной наблюдал.

— Скажи-ка мне, друг Фома, — начал я. — Умеют ли шаманы говорить с мертвыми?

— С духами могут, — тотчас ответил парень.

— А с трупами? Как я в прозекторской?

Помощник задумчиво почесал в затылке:

— Не слышал про такое, — ответил он. — Сдается мне, что на подобное способны лишь некроманты.

Я облегченно вздохнул:

— Это отлично.

— К слову о трупах, вашество, — помощник прикрыл дверь в кабинет, удостоверившись, что никто не вошел в приемную. — Зря вы отпустили этого Геннадия живым. Надо было его того…

— Чего того? — опешил я.

— Ножичком по горлу и в колодец, — фыркнул парень и продолжил, — Нехороший этот человек, который к вам приходил. Я таких за версту чую.

— Да, воняет от него знатно, — согласился я.

— Я не про то, — Питерский прошелся по комнате, словно ему не хотелось оставаться на месте. — Гадкий он человечишка. От таких всегда жди неприятностей. Я тут краем уха услышал, что он собрался стать мужем для вашей подруги, той, что князю Шуйскому по сердцу пришлась. И не понял, а чего это она жениха искать вознамерилась? Разве у нее не ладится с Дмитрием Васильевичем?

— Все сложно, — вздохнул я и потер переносицу.

— Неужели? — нахмурился парень. — А как по мне так все просто. Неужто ей так хочется этот титул заполучить?

— Титул ее батюшка как раз и собирается оплатить. Но с условием. Что у дочери Белова не будет выбора в том, с кем вступить в союз.

Питерский нахмурился и сразу же сообразил, о чем я говорю.

— Это что же получается, еежный отец из шкуры вон лез, чтобы титул купить и стать вровень с этими аристократами. А его вынуждают отдать дочку за прощелыгу, который в ней видит только кошелек?

— Выходит, что так, — хмуро кивнул я.

— А еежный папаша согласится ради отчества на такое? — возмутился помощник.

— Думаю, что он и сам не рад тому, как все повернулось. Но ты сам посуди — он ради дочери старался. Дал ей достойное воспитание и лучшее образование. Он мечтал, что его дочь станет ровней тем, с кем она училась. И теперь его вынуждают отдать Алису замуж за того, на кого указали пальцем.

— А кто указал? — хитро уточнил Фома. — Может стоит найти этого указателя и пальчики ему укоротить? Чтобы не тыкал куда не стоит.