"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 725

— Чего еще надо? — не стал тянуть я и спросил первым.

— Мне бы соглашение составить, Павел Филиппович.

— Какое?

— Я же на развод так и не подал. Думал, что супружница моя уже отнесла бумаги, куда надобно. А оказалось, что мы все еще в браке.

— Вот оно как, — протянул я. — Неужто эта женщина сюда приходила?

— Я очень удивлен, что она сюда не приперлась, ваше благородие. Она у меня баба шумная и склочная. И если бы пришла, то опозорила бы меня почем зря.

— Она уже тут бывала, когда ты был в лекарне. Она же и котов принесла. О каком соглашении ты говоришь?

— Хочу, чтобы она отказалась от котов. Потому как жена прислала мне бумагу, что хочет забрать себе одного кота. Причем ей все равно Литра забрать или Пряника. Вы представляете? Она так и написала: «Любого блохастого мне отдай»…

— Думаю, ей просто надо, чтобы ты отказался от своей доли в квартире, потому она и прислала такое требование. А коты, впрочем, на самом деле являются имуществом. И она могла бы их требовать. Однако, она сама принесла их на мой двор и оставила тут.

— Бросьте, мастер, я откажусь от доли в этой проклятой квартире. Потому как я уж точно не вернусь в то жилище. Как и к той жизни тоже. Пусть бывшая супружница там обитает сама, как ей вздумается. А я… пока служу вам, буду откладывать на жилье. И когда уже не смогу быть полезен, то перееду в какую-нибудь комнатенку…

— Ты ведь знаешь, что будешь получать пенсию от нашей семьи? — напомнил я. — Никто из тех, кто служил Чеховым, не доживает свой век в нищете. Об этом можешь не беспокоиться.

— Благодарствую, Павел Филиппович! Значит, я правильно мыслю, что надо отказаться от своей доли?

— Решать тебе, — вздохнул я. — Но я могу на раз доказать, что твоя супруга отказалась от имущества в виде котов и оставила их в мое распоряжение добровольно.

— Да не хочется мне с этим всем разбираться, Павел Филиппович, — признался мужчина. — Я тут новую жизнь начал. И, оглядываясь назад, даже недоумеваю, как я раньше жил и что творил со своей судьбой.

— Соглашение составить будет несложно. Конверт можно взять у Нечаевой и отправить со всей корреспонденцией почтовой службой.

— И оплату провести через Арину Родионовну? — уточнил Евсеев.

— Оплату оформим в пятьдесят копеек, чтобы все было официально, — подтвердил я, пряча улыбку.

Евсеев довольно закивал.

— Спасибо, мастер Чехов. Век за вас молиться буду. И потом, если на другую сторону не уйду.

С этими словами он развернулся и зашагал в сторону пристройки, в которой квартировался.

***

Призраки куда-то подевались. Во всяком случае, на первом этаже я не встретил ни Козырева, ни Ярослава. Я поднялся по ступеням, остановился на пороге кухни, где за столом уже собрались близкие. И судя по обрывкам фраз, темой беседы все еще была предстоящая свадьба Фомы.

Заметив меня, собравшиеся сразу прекратили разговор.

— Где пропадали, Павел Филиппович? — уточнила Яблокова.

— Закрыл одно из дел по назначению, — ответил я, сев в свободное кресло. — А потом решил помочь нашей жандармерии с острожным бунтом.

При этих словах Софья Яковлевна на миг побледнела. А затем недовольно поджала губы и покачала головой:

— Решил поработать с недавно обращенными призраками? — сухо уточнила она.

Я пожал плечами:

— Они безобразничали. Пугали следственную группу, пытались воздействовать на живых. Мне пришлось вмешаться, пока в остроге не произошло что-то нехорошее. К тому же со мной был Фома Ведович.

— И как все прошло? — спросила Людмила Федоровна.

— Поначалу было тяжело, — признался я. — Но в целом все получилось.

Бабушка покачала головой:

— Все равно это был отчаянный поступок. Свежие призраки бывают очень своевольны и сильны. А ты только что пришел в себя.

— Я успел отдохнуть, пока спал, — возразил я с улыбкой. — Поверь, я не стал бы рисковать понапрасну. У меня слишком много планов на жизнь. И даже несмотря на то, что я некромант, умирать мне совсем не хочется.

Я пристально взглянул на смотрящую на меня в упор Арину Родионовну. Она не отвела глаз, и на мгновенье мне показалось, что ее зрачки стали узкими, как у кошки, которая смотрит на свет. Затем иллюзия спала, и я понял, что все это время не дышал.

— Я заварю чай, — предложила девушка. И направилась к плите.

— В коробочке со слоном лежат листья мяты, — подсказала Яблокова. — Павлу Филипповичу сейчас полезно выпить чаю с мятой.

— И перекусить! — всплеснула руками бабушка, заметив, как на кухню зашел Фома. — Вы ведь наверняка голодные.

Иришка тотчас подскочила на ноги и принялась вынимать из духового шкафа глиняные горшочки, прикрытые крышками.

Я заметил, что Софья Яковлевна направилась в гостиную, и пошел за ней. Женщина посмотрела мне за плечо, убеждаясь, что нас никто не слышит, и спросила:

— Отец тебе звонил?

Я покачал головой, и бабушка нахмурилась:

— Он заезжал сюда, чтобы тебя проведать, но я сказала, что ты уехал по делам. Филипп обещал позвонить тебе или же приехать вечером.

— Фома упомянул, что он приезжал, когда я был без сознания.

— Конечно! Ты ведь ему не чужой человек. К тому же я заметила, что после нашего семейного отпуска за городом, вы стали ближе. Или мне показалось?

— Не показалось, — я усмехнулся, оценив деликатность бабушки. — Я решил, что пришло время повзрослеть. Хватит мне уже обижаться на прошлое. Что было — то прошло.

— Правильно, — с облегчением выдохнула некромантка. — Для таких, как мы, очень важно уметь не оглядываться. К тому же у тебя тоже когда-нибудь будет семья. Важно, чтобы ты не повторил ошибок отца, а у Филиппа была возможность общаться с внуками.

— Ты торопишь события, — хмыкнул я.

— Думаешь, я была готова стать бабушкой? — княгиня покачала головой. — Мне казалось, что я слишком молода для этого. Да мне и сейчас так кажется. Смотрю на тебя и думаю, что ты слишком взрослый, чтобы быть моим внуком. И когда только успел так вымахать? Кажется, еще вчера ты был мальчишкой, который взорвал свою первую крысу.

— Она была всего одна, — проворчал я и на мгновенье нахмурился.

Но Софья Яковлевна это заметила и напряженно уточнила:

— Что случилось?

— Расскажи мне про Щукина. Ты ведь знаешь этого человека? — спросил я прямо.

— Щукин… — женщина скривилась, словно откусила лимон. — Не самый приятный тип! Он был вхож в нашу семью.

— Даже так? — удивился я.

— Он учился вместе с Филиппом. Они приятельствовали. Хотя мне этот паренек всегда казался каким-то мутным. Было в нем что-то странное, что-то настораживающее. И все наши домашние призраки в его присутствии осторожничали. Иногда мне казалось, что он их замечает. Но он совершенно точно не был некромантом.

— Он может быть шаманом? — уточнил я.

— Твой помощник родился шаманом. Он другой по своей сути, и я ощущаю его силу издали.

— Я такого не чую, — признался я растерянно.

— Рано тебе еще все знать, — бабушка растрепала волосы у меня на макушке. — Придет время, и ты будешь предсказывать погоду по тому, как ноют колени. А пока пусть у тебя будет много неясностей в жизни. Так даже интереснее.

— Так что с Щукиным? — напомнил я.

Княгиня нахмурилась, словно пытаясь подобрать слова.

— Я не уверена, что поняла, что с ним не так. Знаешь, ведь нечасто встретишь авантюристов, которые обратились к шаманизму осознанно. Этот путь не для всех. Не каждый способен принять такой дар. Или скорее проклятье — тут уж как посмотреть… — Софья Яковлевна подошла к окну и отдернула штору в сторону. — Простым людям не положено видеть духов. Тем, кто решается открыть особое зрение, приходиться платить за эту способность.

— И какова же плата? — я встал с ней рядом.

— Это всегда что-то по-настоящему ценное, чего сам человек в себе не замечает или не считает важным. Кто-то теряет талант к танцам и отказывается ходить на вечеринки, которые кажутся ему глупыми. И теряет девушку… Другой перестает получать удовольствие от хорошей компании и начинает сторониться людей. Он иногда будет тосковать по прежним временам, но повторить их не захочет. И от него отворачиваются друзья. Другие забывают о прежних привязанностях и уходят от любимых уже осознанно.