Между строк (ЛП) - Хейл Оливия - Страница 25

Она глубоко вздыхает, как будто это ее взволновало. Но затем она кивает, и в ее глазах появляется твердая решимость.

— Я знаю.

Меня охватывает любопытство. Что же такого может быть в ее жизни, о чем она не хочет говорить в ответ?

— Как насчет такого, — говорю я. — Ты можешь обойти это требование, сделав для меня кое-что другое.

Ее глаза сужаются.

— И что же это?

— Позволь мне прочитать новые главы твоей книги. Той, которую ты хочешь издать после моих мемуаров.

— О.

Ее рот остается открытым, а затем она смеется.

— Правда?

— Да. Ты же не можешь каждый день все свое время посвящать только моей книге?

— Для этого меня и наняли, — осторожно отвечает она.

Я хочу, чтобы она работала и над своей историей. Несправедливо, что она должна все эти недели посвящать только мне, хотя эти мемуары не смогут показать, насколько она хороший писатель. Я читал ее другие работы.

— Но ты можешь сделать больше, чем это, — говорю я. — Пришли мне несколько глав твоей новой книги, и я дам тебе право не отвечать на один сложный вопрос.

— Ты прочитаешь эти главы?

Я поднимаю бровь.

— Конечно.

Она тоже откидывается на спинку стула, и мне это нравится. Мы сидим лицом к лицу, как будто ведем переговоры.

— Хорошо, — медленно говорит она. — Но ты должен помнить, что это всего лишь черновики.

— Я не буду судить строго.

— Хммм.

Похоже, она не уверена в моих словах.

Это заставляет меня улыбнуться.

— Не веришь мне? За последние несколько недель я прочитал большинство книг, которые ты написала. Ты хороший писатель.

Ее глаза расширяются.

— Большинство? Я написала почти дюжину.

— Думаю, я прочитал семь или около того.

— Ты шутишь.

— Нет.

— Какая тебе понравилась больше всего?

Я улыбаюсь, видя ее попытку заманить меня в ловушку.

— Про гонщицу на собачьих упряжках, Алису Коупленд. Но мне также очень понравилась и про олимпийскую пловчиху, как я уже упоминал.

— Как ты находишь время для чтения?

— Аудиокниги – великое изобретение, Хаос.

Она выдыхает.

— Ты всегда окружен людьми. Например, я обычно нахожусь рядом с тобой.

— Не всегда, — говорю я. — Я не очень хорошо сплю, по крайней мере, когда сосредоточен на делах. Или отвлечен другими вещами или... людьми.

Ее аудиокниги составляли мне компанию в темные ночи. Даже если это были истории о других людях, рассказанные чужими голосами, слова все равно принадлежат ей.

Она качает головой и смотрит на свой ноутбук.

— Хорошо. Итак... ты согласен с таким повествованием? Со структурой глав, которую я разработала?

Это имеет смысл. Мне не должно это нравиться, чтобы понимать коммерческую ценность того, что она предлагает. Это хорошая история. Я просто не знаю, хочу ли я, чтобы она была рассказана.

Но я проглатываю свое беспокойство.

— Да. Но тщательно все проверь, Хаос.

— Обязательно, — соглашается она.

Затем она начинает собирать свои вещи и берет пустую коробку из-под еды на вынос. Я смотрю, как она выбрасывает ее в мусор.

Уже поздно. До сих пор она проводила большую часть времени в своей комнате, не мешая мне, за исключением тех моментов, когда мы планировали работать над книгой вместе.

Я встаю со стула и подхожу к аккуратно сложенной стопке ее вещей. Наверху лежит тот проклятый блокнот, в который она все время что-то записывает.

Я беру его, сажусь на стул и открываю.

— Какие записи ты вообще делаешь в этой штуке?

— Просто наблюдения. Анекдоты. Вещи, которые я могу использовать в своих книгах.

Она пишет черными чернилами. Ее почерк с небольшим наклоном. Записи за последние несколько дней сопровождаются датами, аккуратно написанными сверху.

Встреча с его командой по поводу покупки «БинБокс». Э. уверенный, твердый и предъявляет жесткие требования, улыбаясь. Легко понять, как он добивается своего.

— Э.? — спрашиваю я. — Мое имя слишком длинное?

— Это код, — говорит она саркастическим тоном.

— Его, должно быть, трудно разгадать. Я получаюсь каким-то слишком эгоцентричным.

Я переворачиваю еще несколько страниц и нахожу день, когда она пришла в спортзал. Тогда у нее тоже был с собой блокнот.

— Тренируюсь с Э., — читаю я вслух. — Он встает нелепо рано. Вероятно, принимает холодный душ и слушает аудиокнигу на скорости 6x. Невыносим в спортзале. У него белые кроссовки с черными шнурками. Кажется, любит качать бицепсы. Мышцы и тщеславие явно важны для него. Какая сенсация! Боже, он такой придурок.

Я смотрю на нее.

— Я придурок?

— В тот момент ты был придурком, — говорит она и выхватывает у меня блокнот.

Она закрывает его с тихим щелчком.

— Тогда я была раздражена твоей уклончивостью. С тех пор я получила гораздо более точную информацию.

— Это меня и беспокоит.

Она качает головой, но улыбается.

— Верно.

— И, — добавляю я, наклоняясь к ней, — может, тебе стоит поработать над ведением записей? Мы встретились в спортзале девятнадцатого, а не четырнадцатого.

— Мои записи всегда безупречны, — говорит она и кладет руку мне на грудь.

Через тонкую ткань моей рубашки я чувствую теплое давление ее ладони.

— Я знаю, как делать свою работу. Может, тебе стоит лечь спать, чтобы завтра ты мог нормально выполнять свою?

— Еще не так поздно.

— Достаточно поздно, — говорит она и сползает с кухонного стула.

Я смотрю, как она идет к лестнице, прижимая к груди блокнот и ноутбук.

— Спокойной ночи, Эйден, — бросает она через плечо.

— Спокойной ночи, Хаос.

Только закрыв дверь своей спальни, я осознаю значение ее слов в отношении ведения записей в блокноте.

Я достаю из заднего кармана кошелек. Вынимаю маленький листок из «Ред Рок Резорт» с номером телефона, написанным наклонным почерком. Если ее четверки похожи на девятки... Есть вероятность, что она с самого начала дала мне свой настоящий номер.

Глава 20

Шарлотта

Я, усталая, лежу в постели, когда вижу уведомление на своем телефоне.

Неизвестный номер: Привет. Это Эйден из «Ред Рок Резорт». Отлично провел время в ту ночь. Извини, что так долго не писал, твои четверки похожи на девятки. Надеюсь, тот корпоративный тип в Лос-Анджелесе, на которого ты устроилась работать, не слишком большой козел.

Я перечитала сообщение, и шок сменился тупой паникой.

Он пытался позвонить. Но, должно быть, попал на кого-то другого или на номер, который не обслуживается.

Он пытался позвонить!

Он подумал, что я его отшила? Дала ему фальшивый номер?

Я вспоминаю наше общение за обедом с тако.

— Ты просишь мой номер? — спросил он тихим голосом, полным сарказма.

Я подумала, что он ведет себя как придурок. Напомнил мне о нашем предыдущем общении и о том, как он спросил мой номер, но так и не позвонил и не написал.

До сих пор.

Твои четверки похожи на девятки.

Нет, не похожи.

Ну, может, немного. Особенно если я пишу быстро и соединяю цифры. Я поворачиваюсь на бок и снова просматриваю сообщение.

Это меняет все и не меняет абсолютно ничего. Я чувствую себя как на иголках. Энергия пронизывает меня и заставляет желудок сжиматься.

Та ночь, которую мы провели вместе... Это не может повториться. Мы оба это знаем, и я знаю это больше, чем он. Он руководит «Титан Медиа», и, сознательно или нет, его семейная компания разрушила мою жизнь. Я никогда больше не буду спать с Эйденом.

Даже если притяжение все еще есть. Я пытаюсь похоронить его под профессионализмом. Конечно, помогает то, что он мастер в том, чтобы раздражать. Но оно все еще есть. В моменты, когда его глаза искрятся или мы спорим, я как будто снова оказываюсь в том ресторане на курорте.