Между строк (ЛП) - Хейл Оливия - Страница 56

Только пройдя сквозь толпу, я понимаю, что она с кем-то болтает. С мужчиной. Я отчетливо вижу его лицо, и, черт возьми, это Логан Эдвардс. Как и на прошлой неделе. Тогда он тоже был слишком заинтересован ею. Я допиваю вторую половину мартини. Между мной и Шарлоттой нет никаких официальных связей. Эти два ее чертовых правила регулируют все между нами.

Это хорошие правила. Разумные правила. Очень прагматичные, очень полезные.

Отношения требуют времени. Они легко могут выйти мне боком. Нет ничего хуже предательства. Мне ли не знать. Так что это очень хорошие правила. Как здорово, что Шарлотта их установила.

Даже если мне хочется нарушать их каждый раз, когда я ее вижу.

Я подхожу к ней. Логан первым ловит мой взгляд и широко улыбается.

— Привет, чувак. Так и думал, что ты здесь.

Я стою к Шарлотте ближе, чем просто друг, и протягиваю ему руку для пожатия.

— Привет. Рад, что ты пришел. Я знаю, это много значит для Мэнди.

Он слегка пожимает плечами.

— Классная вечеринка. Я получил подарочный пакет.

Он держит в руках фиолетовую шелковую сумку, и его лицо напоминает мне ребенка в кондитерской. Это тот самый обаятельный мальчишеский взгляд, благодаря которому он так многого добился в кино. С его щек не сходит румянец – то ли от алкоголя, то ли от восторга от вечеринки «без телефонов».

Несколько лет назад все было иначе. Теперь же комната преображается, когда он туда входит. Прохожие оборачиваются. Я знаю, каково это, пусть и в меньшем масштабе, и сочувствовал бы ему в обычный вечер. Если бы он не болтал с Шарлоттой.

Снова.

Я смотрю на Хаос и почти теряю сознание.

Верх на ней почти прозрачный. Соски твердые и торчат сквозь тонкую, полупрозрачную ткань этого так называемого платья.

Она улыбается мне. Веснушки усеивают нос, а верхняя часть плеч немного покраснела. Она загорела.

— Привет, Эйден, — говорит она.

В руках у нее свой пакет с подарками и недопитый бокал шампанского.

В висках начинает биться тупая пульсация. Желание притянуть ее к себе настолько непреодолимо, что мне приходится сжать руку в кулак.

Ревность – незнакомое мне чувство.

Не помню, когда в последний раз испытывал ее рядом с кем-то, кроме Шарлотты. Это иррационально. Как и большинство эмоций, она бесполезна.

Но от нее чертовски сложно избавиться.

— Логан мне рассказывал...

Шарлотту прерывает группа людей, присоединяющихся к нам. Среди них деловая партнерша Мэнди, и она тут же кладет ладонь Логану на руку.

Это шанс сбежать.

Я обнимаю Шарлотту за талию.

— Мы скоро вернемся. Надо раздобыть ей еще выпивки, — говорю я всем и увожу Шарлотту от бассейна.

— Мой стакан наполовину полон, — говорит она мне. — Или ты предпочитаешь думать, что он наполовину пуст?

— Очень забавно.

Я оглядываюсь, но никто не смотрит на ее грудь.

— Что ты надела, Хаос?

— Видимо, это что-то из новой коллекции, — говорит она. — Твоя сестра подарила мне платье.

— Оно прозрачное.

— Знаю. Разве это не безумие? — смеется она. — Но на мне есть нижнее белье.

Впереди есть тихий закуток подальше от суеты вечеринки. Я веду ее туда.

— Ты выставила на показ сиськи.

— Какие сиськи? — спрашивает она и снова хихикает. — У меня их почти нет. Все в порядке, Эйден.

Она отстраняется и кружится передо мной. Юбка разлетается, высоко задираясь. Я вижу ее пышные ягодицы и стринги под ними.

— Тебе нравится?

Внутри меня словно бушует лесной пожар, и я не могу отвести от нее взгляд.

— Да, — говорю я, — но мне не нравится, что все здесь видят так много ... тебя.

Она снова смеется. В ней есть что-то такое необычное: словно она немного пьяна или очень счастлива. Ее радость прогоняет ревность, которая сжала меня, словно тиски.

— Меня это не волнует. Здесь нет телефонов. Мне нравится это правило.

— Кто-нибудь может его нарушить.

— Не будь таким.

Она прекращает кружиться, и ее волосы снова падают мягкими волнами на обнаженные плечи. На ее губах играет улыбка.

— Такое чувство, будто я играю роль кого-то другого. Ночная Шарлотта ходит на секс-вечеринки, получает подарочные пакеты и общается с кинозвездами.

Она смотрит на небо над нами. Темно, звезд почти не видно. Но она улыбается, словно весь Млечный Путь ярко светит только для нее.

Меня бы это не удивило.

— Сегодня вечером я чувствую себя живой, Эйден.

— Ты выглядишь великолепно. Ты прекрасна.

Она смотрит на меня через плечо. Игривость все еще таится в уголке ее улыбки.

— Без комплиментов, мой дорогой сэр.

— Сколько вы выпили?

— Немного. Только шампанское.

Я сажусь на низкую кушетку напротив нее, покачивающуюся под музыку диджея. Каждая песня звучит, словно эротический ремикс оригинала. Глубокие басы, замедленные ритмы.

— Я много говорила с твоей сестрой. И с ее подругами.

Она стоит, двигая бедрами из стороны в сторону.

— Я не знала, что она руководит компанией по производству секс-игрушек.

— Технически это организация, занимающаяся вопросами женского сексуального здоровья и расширения возможностей для удовольствия.

— Точно. Извини.

Она лезет в пакет с подарками и немного там роется. Затем достает силиконовый круг и несколько раз вращает его вокруг пальца.

— Что тут у нас? Кажется, это... кольцо для члена?

— Убери это.

Она снова хихикает. Я не привык слышать от Шарлотты этот звук, и, черт возьми, он пронзает меня, как стрела.

— Ладно, ладно. Думаю, ты не заинтересован в таком...

— Давай не здесь.

Я провожу рукой по волосам.

— Это новое начинание Мэнди. Ей всегда было любопытно попробовать, но в прошлом году она... ну... решила рискнуть.

Есть что-то освобождающее в крахе доброго имени нашей семьи, сказала мне сестра. Ей больше нечего доказывать. Она могла бы просто быть Мэнди Хартман и работать в компании, занимающейся дизайном секс-игрушек.

— Это вдохновляет. Она такая смелая.

— Да, она такая.

Я откидываюсь на спинку дивана и просто смотрю на Шарлотту. Возбуждение закипает во мне от одного вида ее такой раскрепощенной и счастливой. Мы достаточно далеко от остальных, чтобы я мог вообразить, что ее прозрачное платье надето только для меня. Но ревность не ушла полностью. Она притаилась и грозится вырваться наружу. Я сбрасываю пиджак и держу его наготове, чтобы отдать Хаос, если кто-то попадется на нашем пути.

Она садится рядом со мной на диван. Верхняя часть ее плеч розовая.

— Ты загорела, — говорю я ей.

— Я сегодня бегала, — говорит она. — Мне нравится местное солнце.

Я провожу большим пальцем по покраснению.

— А ему твоя спина не очень.

— Эйден, — говорит она. — Здесь все загорели. Ты чертовски загорелый, даже если у тебя оливковый цвет лица. Это несправедливо.

— Оливковый цвет лица, — медленно повторяю я. — Что это значит?

Она закатывает глаза.

— Неважно. Завтра я нанесу больше солнцезащитного крема. Тебя это устроит?

Я наклоняюсь, чтобы поцеловать ее в плечо.

— Твоя бледная кожа прекрасна. Не дай ей изменить цвет.

От этого короткого прикосновения у нее перехватывает дыхание.

— Так... твоя сестра, — произносит она. — Она говорила, что здесь есть одинокие женщины, с которыми она хочет тебя познакомить.

Я стону.

— Не обращай внимания.

— Она часто занимается сватовством?

— Нет, она все равно никогда не преуспеет в этом.

— Потому что у важного генерального директора «Титан Медиа» нет времени на свидания.

Ее рука ложится мне на плечо, пальцы скользят по мышце. Кажется, она не осознает, что касается меня. Она пьяна и счастлива. Моя грудь расширяется, и по ней разливается тепло.

Черт, эта женщина. Она меня прикончит.

— Не всегда. Как и у тебя.

— Как у меня, — соглашается она. — Но когда ты это делаешь... Я тут подумала. В подарочном пакете есть карточка для бинго. Я пока не разглядывала ее внимательно. Но это список позиций.