Между строк (ЛП) - Хейл Оливия - Страница 84

— Да. Мне так жаль, мне было больно, и я на самом деле не хотела этого говорить.

—Я читал книгу, — мягко отвечает он. — Я знаю, что ты не хотела.

Я снова наклоняюсь вперед, наши лбы соприкасаются.

— Что ты о ней думаешь?

Он улыбается. Из-за нашей близости я почти физически ощущаю это движение.

— Я думаю, — говорит он, — что ты самый талантливый писатель, которого я знаю. Ты заставила меня казаться бесконечно лучше, чем я есть на самом деле. Ты сделала наблюдения, которые... Мне придется еще над ними подумать.

Он проводит большим пальцем по моей щеке.

— Никто не знает меня так хорошо, как ты, Хаос.

— Я чувствую то же самое, — шепчу я. — Ты так быстро меня понял.

— Я бы сказал, что ты читаешь меня как открытую книгу, если бы это не было ужасно банально, — говорит он. — И неправильно. Потому что ты пишешь книгу.

— Ммм. Мне просто нужно было научиться читать между строк.

Он снова целует меня в висок, и я закрываю глаза, чувствуя, как его ровное сердцебиение прижимается к моей груди.

— Эйден, — говорю я.

— Ммм?

— Хочу попробовать немного пожить в Лос-Анджелесе.

Он долго молчит.

— Правда?

— Да. Если ты не против.

— Не против? Да это просто идеально!

Он обхватывает руками мое лицо.

— Но ты уверена? Ты не должна ничем жертвовать ради меня. Я хочу давать тебе все необходимое, а не отнимать.

Это заставляет меня рассмеяться.

— Эйден, в каком мире я, живя с тобой, могла бы что-то потерять? Я хочу попробовать пожить в одном городе какое-то время. Хочу написать новую книгу. И, может быть... хочу попробовать быть твоей девушкой.

На его лице медленно расплывается широкая улыбка.

— Моя девушка.

— Да. Твоя девушка.

Он снова целует меня, а затем крепко прижимает к себе. Я чувствую, как бьется его сердце.

— Я сейчас очень счастлив, — говорит он.

Я закрываю глаза, чтобы сдержать подступившие слезы.

— Я тоже.

Мы сидим так несколько долгих минут. Слышен только шум ручья позади и пение птиц, устраивающихся на ночь. Где-то заводится автомобиль.

— Твои родители любят вино?

Я смеюсь.

— Что?

Он откидывается назад, чтобы встретиться со мной взглядом.

— Я привез им ящик вина с маминой винодельни. Знаю, мне придется постараться, чтобы завоевать их расположение.

Я снова смеюсь. Он смотрит на меня с еще более широкой улыбкой.

— Неправильный выбор?

— Неправильный, — говорю я и сцепляю руки за его шеей. — Но я люблю тебя. И они тоже полюбят, когда узнают тебя настоящего. Никакого вина, никаких дорогих машин. Только ты.

Глава 66

Шарлотта

Две недели спустя

— Эйден, — хриплю я.

Вижу его темные волосы между моих бедер и чувствую, как его язык скользит по моему клитору. Игрушка внутри меня пульсирует в равномерном дразнящем ритме, от которого мои нервы натягиваются, словно струны.

Он не останавливается. Я поворачиваю бедра, и он следует за мои движением. Мои руки привязаны к кровати двумя стяжками.

Это была моя идея, моя старая фантазия, о которой я рассказала ему прошлой ночью. Ему не потребовалось много времени, чтобы воплотить ее в жизнь.

— Пожалуйста, — шепчу я.

Удовольствие неумолимо овладевает мной, и я не знаю, смогу ли кончить еще раз. Я кончала уже дважды, и мои нервы на пределе.

Он толкает вибратор внутри меня, поворачивая его так, чтобы вибрация достигла той особенной точки внутри меня.

Жидкое тепло разливается по телу так быстро, что у меня перехватывает дыхание. Он несколько раз проводит языком по моему клитору, и я с криком срываюсь с места.

Мой оргазм короткий и интенсивный, распространяющийся, как лесной пожар. В конце он становится почти болезненным, и я пытаюсь коленями поднять голову Эйдена.

Он смотрит на меня, его глаза горят, губы улыбаются.

— Это было хорошо, милая.

Я тяжело дышу, прижавшись к кровати, руки все еще сцеплены над головой.

— Я больше не могу.

— Уверена?

Он нежно дует мне на клитор, и по мне пробегает дрожь. Не глядя, он снижает интенсивность вибрации игрушки, все еще находящейся во мне.

— Да, — выдыхаю я. — Уверена. Если ты заставишь меня кончить еще раз, я начну плакать и не смогу остановиться весь остаток дня. А мне еще ехать на встречу.

Эйден прокладывает дорожку поцелуев по внутренней стороне моего бедра до места его соединения с промежностью. Он делает глубокий вдох, прежде чем нежно прижаться сомкнутыми губами к клитору.

Из меня вырывается тихий стон.

— Я отпущу тебя, милая.

Он с тихим звуком вытаскивает игрушку, и я внезапно чувствую себя опустошенной. Неудовлетворенной. Возможно, на сегодня мои оргазмы уже позади, нервы слишком измотаны, но он еще не был внутри меня.

Он откладывает игрушку в сторону и гладит меня своими большими руками. На нем только боксеры, волосы еще немного влажные после утреннего душа. Они падают на лоб, и его укладка кажется гораздо более небрежной, чем обычно.

Он выглядит так хорошо. Темные волосы на груди, полоска, исчезающая в нижнем белье. Он твердый. Я различаю его очертания под тканью.

Эйден смотрит на меня тем особенным взглядом, который заставляет меня чувствовать себя самой сексуальной женщиной на свете. Я слегка выгибаю спину, приподнимая грудь, и его глаза останавливаются на моих сосках.

— У меня есть еще немного времени, — говорю я, — прежде чем мне нужно будет принять душ.

Его руки опускаются на мои колени.

— О?

— Да.

Его губы изгибаются.

— А чего ты хочешь, если не кончить?

— Я хочу, чтобы ты кончил, — говорю я и широко раздвигаю колени в явном приглашении. — Внутри меня.

Он спускает с себя нижнее белье, и я пытаюсь сползти еще ниже по кровати. Мои руки все еще связаны. Если я потяну их, то смогу выпутаться, он позаботился об этом. Но фиксация запястий все еще дико меня возбуждает.

— Это был последний кусочек пазла, да? — бормочет Эйден.

Он садится на колени между моих ног и подтягивает их так, чтобы задняя поверхность моих бедер оказывается у него на груди.

Привяжи меня к изголовью, ноги по обе стороны от твоей головы... согни меня пополам и приступай.

— Да, — выдыхаю я.

Улыбка Эйдена вспыхивает, и он выпрямляется. Первое же прикосновение его головки к моему входу заставляет вздрогнуть.

— Боже, ты вся мокрая, милая, — бормочет он. — Я тебя хорошенько разогрел.

Я улыбаюсь ему.

— Поторопись, Хартман. Мне еще нужно кое-куда успеть.

— Проказница, — говорит он и целует мою лодыжку с внутренней стороны.

Затем он входит в меня, сильно толкаясь бедрами. Я вся мокрая. Он легко скользит внутрь, и мы оба с облегчением вздыхаем от этого ощущения.

Он не сдается. Используя свой вес, он надавливает мне на ноги, складывает меня пополам и снова входит. Он рычит, его хриплые стоны прожигают меня огнем.

— Боже, как я люблю тебя трахать, — бормочет он. — Лучшая часть моей недели – это время, когда я тебя трахаю.

Я поворачиваю руки, чтобы ухватиться за изголовье кровати. Я не думала, что смогу кончить снова, но то, как его таз вбивается в меня, вызывает дрожь удовольствия в моем и без того слишком набухшем клиторе. Это словно афтершок после оргазма. Восхитительно...

Мне нравится, как он ругается во время секса. Обожаю, когда он теряет контроль. Я научилась расслабляться, когда он сосредоточен на мне, жаждать его рта между моих ног, но, признаюсь, эта часть нашего секса моя любимая.

Эйден с почти черными глазами и пылающим телом гонится за собственной разрядкой.

— Кончи в меня, — говорю я ему.

Он стонет, его бедра дергаются.

— Черт, Хаос. Повтори это еще раз.

Он глубоко толкается, и у меня вырывается новый стон.