Искалеченная судьба (ЛП) - Джеймс М. - Страница 24

Я не впервые сожалею о том, что у меня нет с собой оружия. Мне удалось провезти пистолет в багаже, не до конца следуя правилам хранения оружия на курорте, но сегодня я его не взял. Это моя оплошность, результат потери бдительности.

Я слишком легко нахожу причины винить в этом Софию и её влияние на меня.

— Я вызову помощь по рации, — уверяет нас Омари. — Но может потребоваться некоторое время, чтобы сюда приехала другая машина. Часа три, может быть, четыре.

— Четыре... — я стискиваю зубы, снова оглядываясь по сторонам. Я не могу избавиться от ощущения, что это ловушка, хотя, возможно, это просто невезение. Когда я смотрю на Софию, она всё ещё кажется слишком спокойной для такой ситуации, хотя и осматривает пространство вокруг нас с насторожённостью в глазах.

— У нас достаточно воды, — уверяет нас Омари. — И ещё немного еды, если вы проголодаетесь. И... — Он направляется к задней части джипа и вешает винтовку на плечо. — Я вооружён на всякий случай. Но всё равно мы должны быть осторожны.

Я замечаю, как София, сидящая рядом со мной, едва заметно вздрагивает при виде винтовки. Я прищуриваюсь, наблюдая за ней. Она боится хищников или ей тоже интересно, тот ли Омари, за кого себя выдаёт? Она обеспокоена тем, что это может быть ловушкой?

И если так, то почему? Неужели мой отец решил, что я настолько обуза, что он предпочёл бы вообще исключить меня из правления?

— Ты в порядке? — София придвигается ближе ко мне. — Ты выглядишь напряженным.

Я тихо фыркаю.

— Это не совсем идеальная ситуация, в которой стоит находиться, жена.

Её брови взлетают вверх.

— Ты обвиняешь меня? Я никак не могла предположить, что экскурсия, санкционированная курортом, пройдёт так неудачно.

— Нет, конечно, нет, — говорю я, но даже я слышу, что мои слова звучат неискренне.

София осматривается вокруг и делает глубокий вдох.

— Здесь нет другого укрытия, кроме деревьев. Видимость хорошая, но трава высокая, и... — Она внезапно замолкает, и я хмурюсь, с любопытством глядя на неё.

— Ещё одна вещь, которой тебя научил отец? — Спрашиваю я. Как и в её вчерашнем ответе, её оценка кажется слишком профессиональной для той, за кого она себя выдаёт.

София пожимает плечами, на мой взгляд, слишком небрежно.

— Возможно, я посмотрела слишком много боевиков.

Она намеренно уклоняется от ответа, и мы оба это знаем. Но сейчас не время настаивать на своём.

— Держись поближе ко мне, — говорю я, беря её за руку и отводя ближе к джипу. — Если что-нибудь случится, делай в точности, как я говорю.

Она выдёргивает руку и свирепо смотрит на меня.

— Я могу сама о себе позаботиться.

— Я сомневаюсь в этом, — мои пальцы впиваются в ладонь, словно в поисках оружия. Я чувствую себя слишком незащищённым, слишком уязвимым, и мне не нравится полагаться на незнакомого мужчину, чтобы защитить и меня, и мою жену. Возможно, я и не хотел жениться на Софии, и она с каждым днём всё больше сводит меня с ума, но это не значит, что я позволил бы с ней чему-то случиться.

Она выглядит так, будто хочет возразить, но внезапный звук вдалеке заставляет её захлопнуть рот - низкий, рокочущий рёв, от которого волосы у меня на затылке встают дыбом.

Рука Омари тут же тянется к винтовке.

— Лев, — бормочет он. — Не подходи слишком близко, но будьте начеку.

Глаза Софии слегка расширяются, но мои сужаются, когда я наблюдаю за ней. Она должна быть напугана и на взгляд менее опытного человека, так могло бы показаться. Но для меня, человека, который видел настоящий страх и ужас и сам был их причиной, она выглядит как человек, притворяющийся испуганным.

То, что я вижу, – это осознание, отношение человека, который привык к опасности.

Прежде чем я успеваю снова обдумать ситуацию, в высокой траве, примерно в пятидесяти ярдах от меня, происходит внезапное движение. Я замечаю вспышку рыжевато-коричневого меха и взмах хвоста.

София тихо вздыхает рядом со мной, и на этот раз я думаю, что это может быть искренним.

— Омари, — бормочу я как можно спокойнее, стараясь не выдать тревогу. — Слева от нас.

Гид оборачивается, и его тело напрягается, когда он замечает льва - молодого самца, судя по его виду, грива которого ещё не полностью развилась. Он наблюдает за нами с ленивым любопытством, но я могу представить, что это может быстро измениться.

— Стойте очень тихо, — инструктирует Омари, слегка приподнимая винтовку. — Не бегите. Бег пробуждает у них инстинкт преследования.

— Я не планировал, — бормочу я сухо, и чувствую, как София, стоящая рядом со мной, напрягается.

— Если он нападёт, — продолжает Омари, — я произведу предупредительный выстрел. Шум обычно отпугивает их. Но будьте готовы в случае необходимости забраться на дерево.

Я с сомнением смотрю на дерево:

— Это возможно?

— С другой стороны есть низкие ветки, — говорит Омари, не сводя глаз со льва. — Это будет нелегко, но возможно. Пусть миссис Абрамова поднимется первой.

Я сжимаю челюсти. Мне не нужно было, чтобы он говорил мне это, но сейчас не время для споров. Со своего места, где притаился лев, я вижу, как он потягивается, а затем начинает расхаживать, описывая широкий круг вокруг того места, где мы стоим. У меня такое чувство, что он оценивает нас, решая, стоим ли мы его времени или нет. Никогда ещё мне так не хотелось, чтобы меня немедленно отстранили.

— Он не охотится, — шепчет София. — Если бы это было так, он бы сидел на корточках, а не расхаживал взад-вперёд. Он просто хочет убедиться, что мы не опасны.

Минуты тянулись, долгие и напряжённые, и противостояние продолжалось. Лев наблюдал за нами, а мы за ним. Затем, небрежно взмахнув хвостом, лев развернулся и снова скрылся в высокой траве, очевидно решив, что мы не представляем достаточной угрозы, чтобы тратить на нас ещё немного его времени.

Я провёл всю свою жизнь, стремясь стать главным хищником в своём мире, но на этот раз я был рад, что меня игнорируют.

— Раньше меня никогда не считали безобидным, — тихо бормочу я, чтобы только София могла услышать. — И я, конечно, никогда так этому не был рад.

Она смеётся, издавая тихий, нервный звук, но, не задумываясь, это заставляет меня потянуться и схватить её за руку. Я задерживаю её всего на секунду, ободряюще сжимая, прежде чем отпустить, но чувствую, как она напряглась, и этот жест удивляет её так же, как и меня.

Омари, стоящий рядом с нами, с облегчением вздыхает.

— Он может вернуться, — предупреждает он. — Мы должны сохранять бдительность, пока не прибудет помощь. Я связался по рации с курортом, кто-нибудь уже должен быть в пути.

Я киваю. Мы отступаем в тень дерева, где я замечаю, как София слегка дрожащей рукой тянется за бутылкой воды. Она не такая хладнокровная и собранная, как ей хотелось бы, чтобы я думал, но всё же лучше, чем любая женщина, которую я когда-либо знал.

Она - загадка, и с каждым днём она вызывает у меня всё большее любопытство.

8

ВАЛЕНТИНА

Эта миссия не обещала быть лёгкой, но она должна была быть довольно простой. Моя задача заключалась в том, чтобы выйти замуж за Константина Абрамова, убить его, получить информацию, обещанную мне Кейном, и вернуться к своей обычной жизни.

Однако, вопреки ожиданиям, в этой миссии не оказалось ничего простого. Бракосочетание прошло довольно гладко, но с тех пор всё пошло не по плану. Всё началось с добровольного обета безбрачия, который дал мой муж, до тех пор, пока он не решит, что хочет сделать меня беременной. Даже моя попытка остаться с ним наедине, когда единственным человеком, о котором нужно было беспокоиться, был гид, провалилась из-за сломанного радиатора и любопытного льва.

В итоге мы вернулись на курорт без каких-либо проблем. Лев больше не появлялся, и за нами прислали другой джип, чтобы отвезти нас обратно. Наш консьерж принёс нам искренние извинения, которые вылились в дополнительную уборку номеров на ночь и бутылку шампанского. Я отнесла её к себе в номер, не спросив мнения Константина.