Отголоски тебя (ЛП) - Коулс Кэтрин - Страница 18

Я ослабила хватку на стойке, руки дрожали.

Аспен бросила на меня обеспокоенный взгляд.

— Ты в порядке?

Я кивнула, но знала, что натянутая улыбка выглядела неубедительно.

— Он всегда был тем еще экземпляром.

Она посмотрела в окна кафе.

— Он мне никогда не нравился. Надеюсь, не вернется.

— Прости, что спугнула клиента в первый же день. — Пальцы сжались, ногти впились в ладони. Не лучший дебют.

Аспен отмахнулась.

— Если это стоило его потерять — я только спасибо скажу. Ничего не выношу больше, чем жестокость.

В зеленых глазах Аспен что-то блеснуло, тень пробежала, но тут же исчезла.

— Я тоже. — Слишком много времени я провела рядом с этим, больше не хочу.

— Тогда давай введем правило «никаких придурков в The Brew».

Я усмехнулась.

— Полностью поддерживаю.

Телефон завибрировал в кармане. Я достала его, чтобы быстро глянуть экран. На днях я звонила в комитет по правам жертв, чтобы узнать дату слушания по УДО моего отца, ведь мама ничего не говорила.

Мне не нравилась мысль о том, что он снова будет дышать на свободе и вернется сюда, в место, которое должно было быть моим убежищем. Но я не собиралась отдавать Сидар-Ридж даже ему. Не отказалась бы от ужинов с Хартли и времени с Нэшем. А еще я знала: мой отец не из тех, кто надолго остается чистым. Его свобода не продлится.

Я посмотрела на экран, и мышцы напряглись.

Неизвестный номер: Ты думаешь, можешь меня заблокировать?

Я не успела даже подумать, как пришло второе сообщение.

Неизвестный номер: Помни, что я могу добраться до тебя где угодно…

— Мэдди?

Я резко подняла голову.

В лице Аспен читалось беспокойство.

— Что случилось? Ты побелела.

Пальцы дрожали, когда я нажимала боковые кнопки, чтобы выключить телефон.

— Просто мой тупой бывший. — Я попыталась рассмеяться, но получилось хрипло. — Сюда его точно не пустят. Он стопроцентный придурок.

Челюсть Аспен напряглась.

— Думаешь, он может появиться здесь?

Холодок страха скрутил живот. Господи, только бы нет.

— Не думаю. Работа у него вся жизнь. — Но он бы возненавидел, что мой уход портит его имидж.

— Может, покажешь его фото? Чтобы я знала, кого остерегаться.

Я поморщилась.

— Я все удалила с телефона. Ни одного снимка не осталось.

Улыбка озарила лицо Аспен.

— Лечебное очищение. Нравится. А соцсети?

Пальцы слегка дрожали, пока я открывала приложение и набирала имя Адама. Я с облегчением увидела, что первая фотография была с геотегом «Атланта». Похоже, он был на благотворительном вечере. Вторая — старая, мы вдвоем. День, когда я переехала в Атланту: он заламывал меня в преувеличенном танцевальном па, а я смеялась от души. Как все это превратилось в то, что есть сейчас?

Аспен мягко сжала мою руку.

— Я его запомнила. Можешь закрывать.

— Спасибо, — прошептала я.

Она улыбнулась.

— А ты пробовала сжечь его вещи на костре? Говорят, помогает.

— У тебя тоже был придурок-бывший?

Тень снова мелькнула в ее глазах.

— Нет. Но типаж знаю.

Я чуть сильнее прижалась к ее плечу, задумавшись, говорит ли она правду. Представить, каково это — рвать с прошлым и еще заботиться о ребенке, — было трудно. И мне стало неловко за собственное саможаление последние недели.

— Жаль, что тебе пришлось что-то пережить.

Она встряхнулась, отгоняя воспоминания.

— Спасибо. — Ее взгляд стал серьезным. — Никогда не позволяй никому относиться к тебе даже с намеком на жестокость. Это всегда сигнал беды.

Я посмотрела на женщину рядом. Она была права. И я лучше останусь одна до конца дней, чем переживу это снова. В этом была свобода. Так долго я мечтала о своей семье. О том, чтобы принадлежать кому-то. Но правда была в том, что она у меня уже была. В Хартли, в Рен, в Нэше. И я буду только укреплять это теперь, когда вернулась. Может, это не было похоже на семьи с открыток или телешоу. Но оно было даже лучше, потому что было настоящим.

Я улыбнулась.

— Думаю, мы с тобой подружимся.

Аспен улыбнулась в ответ.

— Я тоже так думаю.

Я прогнулась, переворачивая табличку на двери на «Закрыто». Аспен ушла пару часов назад за Кэйди, а я с трудом сдерживала желание рухнуть на пол и уснуть прямо там. Ноги ныли, спина болела, ребра напоминали о себе с каждым движением.

— Чем быстрее вытрешь столы, тем быстрее отсюда выберешься.

И вот уже я разговаривала сама с собой. Ну, что угодно, лишь бы дотянуть до конца дня.

Я достала телефон из заднего кармана и включила его, заранее напрягаясь. Как только он ожил, раздалась целая череда сигналов. Сердце упало. Шестьдесят три новых сообщения.

Слова Нэша о том, что Адам хочет реакции, зазвучали в голове. Пальцы дрожали, когда я заблокировала номер. Потом нажала «редактировать» и удалила все, не читая.

Стояла и смотрела на телефон. На устройство, которое вдруг поняла — оно держало меня в заложниках. Орудие игр Адама.

Больше он не победит. Никогда. Я открыла приложение с музыкой и включила станцию с соулом шестидесятых. Из маленького динамика зазвучала «My Girl», и я выдохнула.

Я не позволю никому и ничему украсть радость от того, что вернулась домой. Ни Адаму. Ни отцу, если его вдруг выпустят. Ни грубым клиентам. У меня есть дом. Работа с отличными коллегами и вкусной бесплатной едой. Друзья, которые прикроют спину. Я строю свою жизнь, и она будет чудесной.

Я позволила Temptations, Арете Франклин и Джеймсу Брауну провести меня через уборку. Это заняло совсем немного времени. Я выключила музыку, сунула телефон в сумку, перекинула ремень через плечо и направилась к двери.

Дневное солнце согревало, отгоняя обычную прохладу. Если бы не усталость, я бы пошла домой пешком. Но сейчас хотелось только горячей ванны и, может быть, фильма. Может, уговорю Нэша посмотреть что-нибудь про зомби.

Поворачивая за угол, я направилась к своему внедорожнику. Шаги замедлились. Что-то было не так. Но только подойдя ближе, я поняла, в чем дело. Кто-то порезал все четыре мои шины.

14

Нэш

— Малышка Уильямс, — рявкнул я, шагая к столу Рен в диспетчерской.

— Ты правда будешь продолжать меня так звать? Мы уже обсуждали это. Я не такая уж и маленькая. И никакой старшей Уильямс нет.

— Прости, но если прозвище приклеилось, оторвать уже нельзя.

Она закатила глаза.

— Зачем ты вообще сюда пришел? У тебя работы что ли нет?

Я расправил плечи.

— Если хочешь знать, я веду расследование.

Рен приподняла бровь.

— И что за преступление?

— Кто-то украл мой последний пончик из комнаты отдыха. — Я сузил взгляд, изучая каждую реакцию. — Ты случайно ничего об этом не знаешь?

Глаза Рен скользнули в сторону, и у меня челюсть отвисла.

— Это была ты!

Она прижала губы, сдерживая смех.

— Ты что, не видела надпись на коробке, что это мой?

Рен постучала пальцами по столу.

— Хммм, я видела «Не есть, наказание смерть»? Или «Пончики Нэша, съешь и я подсыплю слабительное в кофе»? Или мой любимый вариант: «Пончики отравлены, тебя предупредили»?

— В следующий раз я точно отравлю их, чтобы проучить вас, предателей. Сегодня у меня было всего четыре пончика. Четыре! Это катастрофически мало для растущего организма.

Рен не выдержала и расхохоталась.

— Я буду воровать твои пончики всегда, просто чтобы смотреть на твою реакцию.

Я двинулся к ней.

— Я сейчас…

Лоусон ухватил меня за воротник.

— Даже не думай заканчивать фразу. Не заставляй меня писать рапорт.

— Рапорт? А как насчет вора в наших рядах? Можно я подам заявление?

Лоусон покачал головой.

— Ты должен был уже понять: хочешь, чтобы еда была в безопасности — держи ее в ящике под замком.

Я сузил глаза.

— Холт научил ее вскрывать замки. На прошлой неделе она стащила печенье, которое мама испекла для меня.