Отголоски тебя (ЛП) - Коулс Кэтрин - Страница 53

Он крепче прижал меня к себе.

— Смотри на меня.

Я подняла глаза, затуманенные слезами.

— Видишь меня? Видишь, как я люблю тебя с детского сада? Как никто никогда не понимал меня так, как ты? Как ты даешь мне свободу, принятие и целостность? Видишь, что я не хочу прожить и дня без тебя?

Слезы полились сильнее.

— Нэш…

— Я люблю тебя всем, что у меня есть. И для меня нет никого совершеннее тебя. Не потому, что ты все делаешь правильно, а потому что ты принимаешь меня таким, какой я есть. Ты мой дом. И я не хочу, чтобы это когда-либо изменилось.

Я уткнулась лицом ему в шею, пропитывая его футболку слезами.

— Я любила тебя во всех твоих обличьях. И не хочу пропустить ни одно следующее.

— Отлично. Потому что, ненавижу тебя разочаровывать, но теперь ты застряла со мной.

Смех вырвался сквозь слезы. Я вскинула голову.

— Нет никого, с кем бы я предпочла быть «застрявшей».

Нэш наклонился и накрыл мои губы медленным поцелуем. Его язык раздвигал мои губы дразнящими штрихами. И только когда его тепло проникло в меня, я поняла, насколько была холодна.

Я потерялась в танце наших ртов, наслаждаясь каждым касанием. Его рука скользнула под мой топ, лаская кожу. Эти пальцы были словно небесное прикосновение, но я заставила себя отстраниться.

— Мы не можем. Тебе нужно отдыхать.

Он посмотрел на меня, его зеленые глаза пылали.

— Мне нужен ты.

Я боролась сама с собой. Я хотела близости с Нэшем, хотела почувствовать его всего. Но еще больше я хотела, чтобы он был здоров и цел.

— Ты можешь разойтись по швам.

Уголки его губ дрогнули в усмешке.

— Нет, если вся работа будет на тебе.

Я улыбнулась, качнув головой.

— Будешь слишком много двигаться — привяжу тебя к кровати.

— Ого. Мне нравится, — протянул он, но уже вел меня к спальне.

Стоило нам переступить порог, как он стянул футболку и бросил ее на пол.

Я погрозила пальцем.

— Я же сказала, тебе нельзя много двигаться.

Он приподнял бровь.

Я опустилась на колени, расшнуровывая его ботинок.

— Подними.

Он подчинился, и я сняла один, потом другой. Выпрямившись, расстегнула пуговицу на его джинсах, потянула за молнию и спустила ткань вниз.

— Выйди из них.

Даже мой голос прозвучал хрипло.

Взгляд Нэша пылал, но он подчинился.

Я зацепила пальцами резинку его боксеров, наши глаза встретились, пока я медленно стягивала их вниз, проводя ладонями по его сильным бедрам и ногам. Его тело напряглось, член тянулся ко мне, требовательный и полный желания.

Эта потребность, исходившая от Нэша, делала меня сильной. Я склонилась вперед и взяла его в рот. Нэш застонал:

— Мэдс…

Я скользила языком от основания к самому кончику, щеки втянулись, когда я взяла его глубже. Его пальцы вплелись в мои волосы.

— Прекрати… — выдохнул он сквозь ругательство. — Я не выдержу. Мне слишком сильно нужна ты.

Я отстранилась, посмотрела на него снизу вверх.

Большой палец Нэша провел по моей щеке.

— Ты слишком прекрасна для слов. — Он потянулся к моему топу, но я отодвинулась.

— А-а-а. — Я поднялась и сама стащила ткань через голову, бросив на пол. Руки отстегнули лифчик, и тот тоже упал рядом.

Огонь в глазах Нэша заставил меня улыбнуться. Я расстегнула джинсы, сбросила их вместе с трусиками и кроссовками.

— На кровать.

Нэш медленно отступал, пока не упал спиной на матрас, не отрывая от меня взгляда.

— Ложись.

Он подчинился, улегся на подушки, все так же следя за каждым изгибом моего тела, будто запечатлевал их в памяти.

Я поднялась на кровать, оседлав его, осторожно обходя место со швами. Замерла, дразня, и посмотрела сверху вниз.

— Я люблю тебя, Нэш. Всегда буду.

Это было обещание. Клятва. И я скрепила ее своим телом.

Я опустилась на него, закрыв глаза от сладкой полноты.

Нэш издал хриплый стон.

— Ничего нет лучше тебя. Ты — мой рай и мой дом одновременно.

Его руки легли на мои бедра, и я начала двигаться, находя наш ритм. Каждое движение отзывалось вспышкой удовольствия.

— Смотри на меня, Мэдс.

Я тонула в ощущениях, но заставила себя открыть глаза. И то, что я увидела — желание, любовь, потребность, — пронзило меня огнем.

Мои движения ускорились, его руки сильнее сжали мои бедра. Рот раскрылся в беззвучной мольбе, тело стягивалось все туже.

— Люблю тебя, Мэдди. Навсегда.

Эти слова сорвали последний узел. Я взорвалась, падала в пучину чувств, зная, что Нэш всегда будет рядом, чтобы поймать меня.

46

Нэш

Я обнял Мэдди за талию со спины и уткнулся подбородком в ее плечо.

— Пахнет потрясающе.

— Нужно, чтобы ты набирался сил, — сказала она, перекладывая кусок запеканки на тарелку, где уже лежали бисквит и фрукты.

— Осторожнее, я могу привыкнуть к такому.

Мэдди повернулась в моих руках.

— Я хочу, чтобы ты привык.

Я ухмыльнулся, глядя на нее сверху вниз.

— Мне нравится это звучание.

В дверь постучали.

— Кто бы это ни был, лучше ему не мешать моему завтраку.

Мэдди засмеялась, и, Господи, этот звук был всем, что мне нужно было услышать. Она выглядела легче после прошлой ночи. Я чувствовал это. Нам потребуется время, чтобы залечить все раны, но мы справимся.

Я отпустил ее и пошел открывать. На пороге стоял Лоусон.

— Что бы ты ни собирался сказать, пусть это не испортит мне аппетит.

Он усмехнулся, проходя внутрь.

— Похоже, Нэш идет на поправку.

— У меня есть запеканка с колбасой и яйцами. Хочешь тарелку? — предложила Мэдди.

— Конечно, — согласился Лоусон.

Я нахмурился.

— Теперь ты еще и еду прямо изо рта у меня забираешь?

Мэдди раздраженно вздохнула.

— Нас всего двое, а я приготовила целую гору. Даже ты все это не съешь.

— Может, я захочу оставить на потом.

— Я сделаю тебе еще.

— Не привыкай так говорить, — заметил Лоусон. — Нэш тогда никогда не выпустит тебя из кухни.

— Да ну тебя, — пробормотал я, наливая третий стакан сока.

Мы расселись за столом.

Лоусон откусил и удивленно округлил глаза.

— Это потрясающе. Спасибо.

— Приходи к нам хоть каждый день, — улыбнулась Мэдди.

— Нет, не приходи, — отрезал я.

Мэдди швырнула в меня кусочком бисквита.

— Перестань быть грубияном.

— Привычное дело, — отмахнулся Лоусон.

Мэдди повернулась к нему:

— Адам что-нибудь сказал?

— Не закрывал рта. Даже после того, как ему зачитали права, продолжал говорить всю дорогу до участка и пока оформляли. Замолчал только, когда позвонил адвокату.

— Значит, хоть капля самосохранения в нем есть, — пробормотал я.

Лоусон откинулся на спинку стула.

— До звонка адвокату он сказал, где оставил твоего отца.

Мэдди сглотнула.

— Адам правда убил его?

Я сжал ее руку, напоминая, что она не одна и никогда не будет одна.

— Боюсь, да. Коронер подтвердил личность сегодня утром.

Мэдди кивнула.

— Ты сказал маме?

— Заехал к ней перед тем, как прийти сюда. Восприняла тяжело.

— Она любила его. Даже после всего, что он с нами сделал.

Я провел большим пальцем по ее руке.

— Это не любовь.

— Нет, — тихо ответила она. — Это не любовь. — Она подняла на меня взгляд. — Я чувствую облегчение и не собираюсь испытывать за это вину.

— И не должна, — твердо сказал Лоусон. — Этот человек превратил твою жизнь в ад. Мы получили фотографии от детектива. Они подтверждают, что именно Джимми напал на тебя у озера. Я бы сказал, это карма, вернувшаяся за ним.

Я хмыкнул:

— Скажи, что ту контору накажут за их участие.

— Мы уже сообщили, — кивнул Лоусон. — Пару лицензий они точно потеряют.

Мало, но хоть что-то.

— Есть и хорошие новости, — добавил он.

Мэдди крепко сжала мою руку, потом отпустила.