Девушки бури и тени - Нган Наташа - Страница 53

– Майна! – вскакиваю я.

Она разворачивается, прижимая руку к лицу, скорее от удивления, чем от боли.

– Как ты смеешь! – рычит Шифу Цаэнь.

Он набрасывается на Меррина, его лицо пылает яростью.

Выражение почти облегчения появляется на лице Меррина, когда тот поворачивается к нему.

– То же самое я собирался сказать и тебе, – отвечает он с жутким спокойствием, а потом наносит второй удар уже Цаэню.

Хиро прыгает на него одновременно со мной и Майной. Мы втроём растаскиваем Цаэня и Меррина в разные стороны.

– Вы могли спасти его! – визжит Меррин, и такого безумия в его голосе я не слышала никогда. Всякое чувство самообладания исчезло, так же быстро и окончательно, как занавес, закрывающий сцену. Слюна летит из его клювообразного рта. Его перья взъерошены от ярости. – Майна и Хиро были рядом! Она пообещала, что Хиро спасёт его! Вместо этого вы оставили его умирать!

– А какой у нас был выбор? – возражает Цаэнь. – Королевский корабль стоял почти вплотную. Если бы мы не воспользовались магией, чтобы сбежать, все мы были бы мертвы!

– Для создания ветра достаточно было одного! Специальность Хиро — исцеление и защита. Почему он этим не занялся? Вы все обещали позаботиться о Бо!

– Бо был уже мёртв, – голос Хиро тих, но его слова разносятся по роще с глубокой, прохладной силой.

Меррин замирает и моргает.

– Он был уже мёртв, – повторяет мальчик-шаман. – Магия не может вернуть жизнь в пустую оболочку. Когда душа отлетает, её уже не вернуть.

– Я… не верю тебе, – заикаясь, говорит Меррин. – Он не был мёртв. Я видел его. Я держал его в руках. Он ещё дышал, – злость возвращается в его голос. – Он был жив, а ты позволил ему умереть.

Слёзы текут по моим щекам, сливаясь с дождем.

– Посмотри, кого ты обвиняешь! – плачу я, впиваясь пальцами в его руку. – Мы все любили Бо. Тебе не кажется, что Майна и Хиро сделали бы все возможное, чтобы спасти его?

Но даже когда я говорю это, у меня закрадывается сомнение. Потому что именно Майна приказала Хиро оставить Бо. Она тогда знала, что его уже не спасти?

Сейчас не до этого. Нельзя забывать о миссии.

Вот что она сказала мне, когда я хотела помочь людям Касты Бумаги в рыбацкой деревне. Этого я и боялась с тех пор, как встретила Кетаи и увидела тот же лихорадочный блеск в его глазах, что и у Короля.

Миссия – превыше всего остального. Ценой всего остального.

Меррин вырывается.

– Я лишь помню, – хрипит он, обвиняюще наставляя на меня коготь, – что после того, как тебя ранили на Лунном Балу, Хиро каждый день занимался твоим исцелением. Даже несмотря на получаемое истощение, он продолжал каждую ночь накладывать защитные дао. Тогда вам удалось применить магию ради тех двоих, кто в ней нуждался. В этот раз вы тоже могли. Но вам просто было всё равно, вы даже не пытались, – он отступает, его грудь тяжело вздымается. – Скажи мне, – говорит он, обращаясь теперь к Майне, – если бы пострадала Леи, ты бы всё сделала для её спасения, верно?

– Это было невозможно, Меррин, – она поднимает на него взгляд.

– Ответь на вопрос! – рычит он.

Она продолжает молчать, и он смеётся. Звук ужасный, ломаный, скрежещущий, полностью лишённый юмора и теплоты – того Меррина, которого я знала и полюбила за последние пару месяцев. Он переводит взгляд с Майны на Шифу Цаэня.

– Она не отвечает, но ведь мы знаем ответ. Мы все – расходный материал. Кетаи Ханно никто не нужен, кроме его драгоценных принцесс и любовника.

Сначала мне показалось, что я ослышалась. У отца Майны есть любовник?

Затем я прослеживаю за взглядом Меррин.

Цаэнь замер. Что-то тёмное залегло у него под глазами. Кажется, он тихо вскипает, его освещённая пламенем тень становится всё больше.

Теперь мы все смотрим на него. Хлещет дождь, и я смаргиваю капли, едва дыша.

– Хватит это скрывать, Цаэнь, – говорит Меррин. – Я уже давно работаю на тебя и Кетаи. Я видел, как вы смотрите друг на друга и прикасаетесь друг к другу, когда думаете, что вас никто не видит.

Рядом со мной Майна застыла, как глыба льда.

Из горла вырывается разочарованный крик:

– Какая разница! Всё это не имеет никакого отношения к смерти Бо. Это был несчастный случай. Ужасный, кошмарный несчастный случай. Лучше бы его не было, но оно случилось. Мы все знали, что идём на возможную смерть. Мы знали, насколько опасной будет эта миссия!

– Для некоторых из нас она опаснее, чем для других! – огрызается в ответ Меррин.

– Хватит, – голос Нитты низкий и прохладный.

Она не отходит от могилы Бо. Свет костра отражается от капель дождя, стекающих по её спутанному меху. Одной рукой она упирается о землю, другую прижимает к груди. В таком положении уложили Бо перед погребением, и сердце снова сжимается. Что-то разрывает мои внутренности со скоростью и силой взмахнувшего меча.

– Хватит, – повторяет она. – Я только что… только что похоронила брата. Пожалуйста, позвольте мне оплакать его с миром.

Плечи Меррина опускаются.

– Я тоже любил его, – хрипло говорит он. Его взгляд возвращается к нам, становясь жёстче. – Вот почему нет вам прощенья за то, что вы позволили ему умереть.

Он разворачивается и, спотыкаясь, уходит в лес.

– Меррин! – кричу я ему вслед, но он не оборачивается.

После паузы Нитта говорит:

– Если остальные из вас тоже любили его, тогда вы знаете, что нам надо делать.

– Надо идти дальше, – отвечает Майна.

– Нельзя больше терять времени, – соглашается Нитта. – Надо добиться лояльности Чо, а затем Кошачьего Клана. Вот зачем Кетаи нанял Бо и меня. По крайней мере, один из нас может закончить работу. Леи права: мы знали, что можем расстаться с жизнью, но приняли этот риск. Надо выполнить желание Бо.

– Нитта, – начинает Цаэнь, – если ты хочешь расстаться с нами, мы поймём.

– Бо бы не оставил вас, – её рука тянется к ложбинке на шее, где кулон брата с благословением новорождённого висит рядом с её собственным. – Знаете, что бы он сказал, если бы увидел нас всех сейчас? – её голос приобретает насмешливый тон Бо. – "Смотрите, как они хандрят над моей могилой под дождём, как в операх, которые так любят грустные старые тётушки. Что за сборище неудачников”.

С моих губ срывается хриплый смех:

– Он бы сказал нам поторапливаться. Его душа никак не сможет попасть в Царствие Небесное, пока мы вот так толпимся вокруг него.

– И он хочет побыстрее попасть туда, потому что его зовут в буфет со всевозможными десертами, – лицо Нитты вытягивается, и она издаёт наполовину вздох, наполовину всхлип.

На этот раз Хиро подходит к ней. Мальчик-шаман держит её за локоть – странно нежный жест, учитывая его обычное отвращение к физическим прикосновениям.

– Позволь мне вылечить тебе плечо, – говорит он. – Чем скорее будет обработана рана, тем лучше она заживёт.

– Х-хорошо, – Нитта, моргая, смотрит на него сверху вниз.

– Вы двое остаётесь здесь, – говорит им Шифу Цаэнь, поправляя меч за спиной. – Я пойду с Майной и Леи осмотреть окрестности, – он указывает туда, где середина острова возвышается чередой остроконечных холмов. — Оттуда мы сможем разглядеть остров Чо...

Бум!

Его перебивает оглушительный грохот.

– Что это было? – ахаю я.

Майна и Цаэнь уже обнажили мечи. Нитта вздрагивает, низко склоняясь над могилой Бо, как будто ему по-прежнему нужна её защита.

Эхо второго взрыва разносится по ночи. Затем третий, четвёртый, пятый. Я вытаскиваю кинжал. Мы смотрим во все стороны, наполовину ожидая, что королевские солдаты или гвардия Чо в любую секунду выбегут из подлеска.

– Это доносится вон оттуда! – кричит Майна и пускается бегом вверх по склону горы.

Я бегу за ней, ноги вязнут в грязи.

Когда Цаэнь идет за нами, Майна поворачивается к нему, протягивая руку:

– Оставайся здесь с Хиро и Ниттой!

Мы вдвоём бежим вверх по крутым джунглям. Майна разрубает похожие на верёвки петли из свисающих корней и спутанной растительности лёгкими взмахами мечей. Грохот становится громче, теперь он пронизан негромкими искрящимися звуками, которые наводят на мысли о стрельбе из лука или магических взрывах. Склон горы, на который мы взбираемся, становится все уже и скалистее, и внезапно мы резко останавливаемся. Деревья и джунгли расступаются, открывая головокружительный вид на архипелаг Мерсинг.