Девушки бури и тени - Нган Наташа - Страница 9

Она – мой воздух. Моё убежище.

Кулон, благословляющий рождение, покоящийся между моими ключицами, кажется, излучает тепло. Я думаю о слове, которое заключено в нём: "полёт".

Майна – мои крылья.

– Мы были рядом, когда нуждались друг в друге больше всего, – осторожно говорю я Кетаи. – И мы будем дальше друг друга поддерживать.

– Верно, – его глаза сверкают, и он указывает на кинжал. – Как ты, возможно, почувствовала, на лезвие нанесён слой дао. Магия реагирует только на твоё прикосновение и гарантирует, что каждый удар будет точным и сильным. Хиро и Майна приказано поддерживать чары активными, – он лезет в карман пальто и вытаскивает переплетённый рулон бумаги. – Последний подарок. Возможно, самый ценный из всех.

Я хмуро смотрю на свиток. Затем сердце подпрыгивает, я почти вздрагиваю, когда всё понимаю.

Я со вздохом выхватываю свиток у Кетаи. Он раскатисто смеётся и встаёт:

– Дам вам двоим возможность заново познакомиться наедине.

После нескольких месяцев ожидания у меня не хватает терпения медлить. Я вскрываю письмо в такой спешке, что чуть не рву его.

У костра раздаётся смех, но я ощущаю себя в другом мире. Я снова перечитываю письмо, но вскоре глаза становятся слишком влажными, бумага дрожит в трясущихся пальцах, слова расплываются, поэтому вместо этого я прижимаю его к сердцу. По щекам текут слёзы. Я дышу медленно и глубоко, чувствуя, как слова отца наполняют меня силой, всепоглощающим приливом надежды и печали, счастья и любви.

– Сейчас и всегда, – хрипло шепчу я, эти слова звучат как обещание.

В последний раз я видела отца на Лунном Балу. Тянь, отец и я прижались друг к другу и плакали, прежде чем стражники оторвали нас друг от друга. Самое короткое воссоединение после того, как мечтаешь об этом месяцами.

Новые взрывы смеха возвращают меня к реальности. Я аккуратно складываю письмо, кладу маленький квадратик в нагрудный карман рубашки. Затем, шмыгнув носом, я протираю глаза, пытаясь успокоиться. Нитта с доброй улыбкой протягивает мне бутылку сливового вина. Жидкость обжигает. Она сливается с теплом, которым наполнили меня слова отца, и внутри начинает шевелиться что-то горячее и яростное.

Гори ярко, моя храбрая дочь.

Я взглядом окидываю собравшихся. Бо прав, мы странная смесь. Но Кетаи Ханно, кажется, так уверен, что мы как раз те, кто нужен делу. Уже два раза в жизни я создавала семьи не с теми, кого, возможно, другие никогда бы не выбрали — один раз с отцом и Тянь, а затем в королевском Сокрытом Дворце с другими Бумажными Девушками. Я знаю, что иногда с самыми неожиданными личностями можно создать самые прочные узы.

Как раз в этот момент Майна и Хиро возвращаются с улицы. Майна направляется прямо ко мне, сбрасывает пальто и встряхивает длинными волосами, в которых застряли хлопья снега.

– Пожалуйста, скажи, что ещё осталось еды, – устало вздыхает она, потирая руки перед огнём. – Всё время, пока мы творили дао, я беспокоилась, что Нитта и Бо уже всё съели.

– Бо пытался, – отвечаю я. – Но Нитта была настолько добра, что оставила немного для тебя и Хиро. Вот.

Я протягиваю ей банановый лист с жареной козлятиной, ещё восхитительно ароматной. Майна с благодарностью берёт его и бросает взгляд туда, где её отец увлечён беседой с Цаэнем. Они вдвоём сидят боком к огню, склонив головы друг к другу. Она быстро наклоняется, чтобы запечатлеть на моих губах ледяной поцелуй.

– Я люблю тебя, Леи, – шепчет она, её карие глаза сверкают и прекрасны, несмотря на глубокие круги под ними. – Я знаю, каким может быть отец… Я знаю, каким он может казаться. Но ему хочется свергнуть королевский двор так же, как и нам. Поэтому я верю ему, когда он говорит, что его план сработает, – ещё раз оглянувшись через плечо, она хватает мои пальцы и сильно сжимает. – Скажи, что ты со мной согласна.

Письмо отца, кажется, пылает теплом там, где я его спрятала. И снова у меня в душе жар, горящие угли – не только от алкоголя, но и от воспоминаний о Короле. О том, что он сделал с нами, и что мы сделали с ним — и что мы собираемся сделать с остальным его наследием, со остатками его правления.

– Я полностью на твоей стороне, – говорю я Майне, и это правда.

Возможно, мы с Майной больше не Бумажные Девушки, но мы по-прежнему способны высекать огонь.

И теперь нам нужно поджечь весь мир.

5. Наджа

Белая лиса спала в Сокрытом Дворце.

Она беспокойно ворочалась и морщила своим покрытым шерстью лицом, пока метель бушевала снаружи её личных покоев во Внутренних Дворах, за вышитыми коврами и тщательно занесённой в каталог коллекцией бабочек на стенах, обшитых деревянными панелями, на которых также висели изящные картины из батика работы известного художника, приехавшего из далёкой провинции, которая ей снилась.

Сяньцзо.

Она никогда не говорила об ней — даже не позволяла себе думать об ней — днём. Но стоило ей закрыть глаза, как прошлое настигало её, будто всё это время пряталось, ожидая её еженощного возвращения.