Созданная для меня - Мэдисон Наташа - Страница 8

Харлоу закрывает глаза и, прежде чем я успеваю отстраниться, прижимается ко мне и обвивает руками мою шею.

– Не торопись, – выдыхает она и сама целует меня – уже не столь нежно, как в первый раз.

Зарываюсь руками ей в волосы. Наши языки встречаются, и я ощущаю вкус выпитого ею виски. Харлоу обхватывает руками мой затылок. Постепенно поцелуй становится все глубже. Всего лишь поцелуй, а я уже теряю рассудок!

Напоследок мягко касаюсь губами ее губ. Харлоу открывает глаза.

– Мне пора, – выдыхаю я и, подавшись вперед, целую ее еще раз.

– Или ты можешь остаться, и мы… – Она кладет ладонь мне на живот. Безумно хочется вновь ощутить ее вкус.

– Я лучше пойду, и мы поговорим завтра. – Не хочу, чтобы во время нашего первого секса она была навеселе. Беру ее за руку. – А потом, может, и…

– Почему не сейчас? – Харлоу встает на цыпочки и целует меня в подбородок. – Давай поднимемся по ступенькам и… – Она прикусывает кожу на шее.

– Иди наверх. – Притягиваю ее к себе, не готовый уйти без очередного поцелуя.

Затем Харлоу все же поднимается по лестнице.

– Если захочешь вернуться, – замечает она через плечо, – я живу на втором этаже. Первая комната. На двери написано мое имя.

– Имя на двери?

– Ну да. Лидия как-то привела домой друга, а он перепутал комнаты и вошел ко мне, пытаясь вращать членом на манер лопастей вертолета, – поясняет она, и я не могу сдержать смех. – Я запустила в него ботинком. Больше он не рискнет такое повторить. Но я не возражаю, если ты попробуешь.

– Спокойной ночи, Харлоу. – Засовываю руки в задние карманы, чтобы сдержаться и не потянуться к ней.

– Спокойной ночи, Трэвис. – Она входит в дом.

Жду с минуту, и в окнах загорается свет. Однако я не двигаюсь с места. Лишь когда свет снова гаснет, разворачиваюсь и иду домой, по пути отчаянно надеясь, что с утра она вспомнит наш поцелуй.

Семь

Харлоу

«Спокойной ночи, Харлоу», – звучит в ушах его голос.

Открываю глаза и моргаю, чтобы стряхнуть с себя сон, потом тянусь к телефону на прикроватном столике.

– Восемь сорок семь, – стону я, поворачиваюсь на бок лицом к стене и открываю «Инстаграм»[4]. Такое ощущение, что к языку прилипли маленькие ватные шарики.

Первым появляется снимок, который мы сделали вчера вечером в баре. Нахожу глазами Трэвиса, стоящего рядом со мной, и в памяти всплывает наш поцелуй. Как же я о нем мечтала! Ждала несколько месяцев. При одной мысли о возможном поцелуе с Трэвисом в животе порхали бабочки. Я надеялась, он будет таким, о котором не стыдно рассказать кузинам. Но реальность превзошла ожидания.

Никогда не думала, что поцелуй станет настолько окончательным и бесповоротным. Я прочувствовала его всем существом. Кружилась голова, и пока язык Трэвиса ласкал мой, я настойчиво пыталась искать объяснения столь невероятным ощущениям. Наверное, во всем виноват алкоголь. К тому же я давно не целовалась, а Трэвис делал это мастерски. Он мне нравился. Да и на улице было холодно. Лишь войдя в квартиру и закрыв за собой дверь, я признала, что поцелуй получился божественным и на его фоне поцелуи всех прочих мужчин показались бы незначительными.

Вдруг накатывает сожаление, что Трэвис не поднялся вчера вместе со мной. Отложив телефон, иду в ванную, умываюсь и чищу зубы, после отправляюсь на кухню, чтобы приготовить кофе. Пока он варится, подхожу к окну и бросаю взгляд на улицу. Плывущие по небу серые облака навевают мысли, что в такой день неплохо нежиться в постели.

Кофемашина выключается, но прежде, чем я возвращаюсь к ней, открывается дверь одной из спален. Выглянув в коридор, вижу Джейка с ботинками в руке. Вслед за ним из комнаты с опущенной головой выходит Лидия.

Заметив меня, Джейк застывает.

– Привет, – кивает он.

– Доброе утро. – Удивленно смотрю на Лидию. Она лишь молча ловит мой взгляд.

– Ну, я пойду. – Джейк поворачивается к Лидии и, похоже, собирается ее поцеловать, но она отпихивает его.

– Иди уж.

Ухмыльнувшись, Джейк выходит из квартиры. Когда дверь за ним закрывается, пронзаю Лидию взглядом.

– Ты ведь сама говорила: «Не ешь там, где гадишь!» – Именно так она ответила на мое замечание, что Трэвис привлекательный. – Вспомни свои слова. «Не связывайся с ним, это не лучшая идея, он ведь входит в твой круг общения. Если переспишь с ним, на следующий день будет неловко», – повторяю ее наставления.

– Во-первых, не гадь там, где ешь, – поправляет Лидия и идет к холодильнику за бутылкой воды. – А во-вторых, я и сама все знаю. Но он вел себя мило, а я была пьяна… Кстати, он отлично работает ртом. – Она залпом выпивает половину бутылки.

Ага, даже оставил ей след на шее. Хотя лучше промолчать. Лидия ненавидит засосы.

– Не сомневаюсь. – Пытаясь скрыть улыбку, направляюсь к кофемашине, беру кружку и наливаю в кофе немного молока.

– О чем бы ты ни думала, перестань, – указывает на меня Лидия.

– Я думала лишь о том, что неделю или даже полторы тебе лучше не искать новых партнеров для секса, – усмехаюсь я и в ответ на ее недоуменный взгляд поясняю: – Как ты объяснишь им засос у себя на шее?

Лидия поспешно бросается к большому зеркалу, висящему на стене рядом с телевизором.

– Вот ублюдок! – Она ощупывает засос. Я фыркаю. Лидия оборачивается и пронзает меня свирепым взглядом. – Просила же его не сосать слишком сильно.

– Разве не ему положено произносить такие фразы?

Хихикая над собственной шуткой, возвращаюсь в свою спальню. Лидия, стоя у зеркала, пытается стереть красную отметину.

Вновь забираюсь в постель и беру телефон. Раздается стук во входную дверь. Я лишь усмехаюсь. Наверняка вернулся жаждущий продолжения Джейк. Как раз собираюсь позвонить родителям, когда кто-то стучит в дверь моей комнаты.

– Да? – тихо отзываюсь я и широко распахиваю глаза при виде Трэвиса. – О боже. – Поспешно встаю с кровати.

– Привет. – Он входит в комнату. Судя по виду, проснулся Трэвис совсем недавно. На нем белая толстовка с задранными до локтей длинными рукавами и свободные серые спортивные штаны, сужающиеся к лодыжкам. Волосы взлохмачены, будто он уже не раз запускал в них руки.

– Привет. – При виде него на лице сама собой расплывается улыбка. Сердце ускоряет бег, а в голове мелькает мысль подойти к нему ближе и поцеловать. Или лучше подождать, что сделает он? Нерешительно застываю на месте.

– Мне нужно кое-что сказать, – начинает Трэвис, и комнату ощутимо наполняет напряжение.

– Ладно, давай. – Судя по тону его голоса, этот разговор мне вряд ли понравится.

– Спасибо. – Он разглядывает собственные ноги, потом поднимает голову. – Насчет вчерашнего вечера… Я всю ночь раз за разом прокручивал его в голове.

– Я тоже, – признаюсь, вспоминая его фееричное окончание.

– Прости за тот поцелуй, – выдыхает он.

Слова обрушиваются на меня как ведро холодной воды и вовсе не освежают. Трэвис снова проводит руками по волосам и потирает шею. Нервно стискиваю руки перед собой. Сердце на миг перестает биться.

– Мне понравилось тебя целовать, – дрожащим голосом продолжает он, – но я не хочу разрушить нашу дружбу.

– А если дружба не пострадает? – тихо спрашиваю я. – И мы приложим все силы, чтобы ее сохранить?

– Ты много для меня значишь, – поясняет Трэвис.

– Звучит даже хуже, чем «дело не в тебе, а во мне», – пытаюсь пошутить, изо всех сил сдерживая слезы.

– Все не так. Ты в буквальном смысле – воплощение мечты. Я просто не хочу на тебя давить. – Трэвис опускает голову. – Ты вчера выпила и могла подумать, что я воспользовался ситуацией. Но нет, я никогда…

– А если я хочу, чтобы ты поцеловал меня еще раз? – спрашиваю я, и Трэвис опускает руку с шеи. – Прямо сейчас, когда я отдохнула, алкоголь уже выветрился из организма и вообще наступил новый день. Что скажешь? – Делаю шаг к нему. – По правде говоря, я долго ждала твоего поцелуя. – Подхожу совсем близко и, решившись, кладу руки ему на грудь, которая вздымается и опускается от дыхания. – И если уж совсем честно… я вовсе не была пьяна. – Борясь с нервозностью, опускаю голову. – Но прежде, чем решить окончательно, стоит освежить в памяти вчерашний поцелуй. – Делаю последний шаг и прижимаюсь к нему грудью. – Ну, если между нами больше ничего не будет, хотелось бы убедиться, что я все запомнила правильно.