Веди меня - Моран Келли - Страница 10

Внутри у Флинна все упало. Черт. Вчера ее укусила кошка. Он думал, что хорошо обработал рану, к тому же Габби приняла антибиотик для профилактики, но кожа была повреждена. Флинн хотел позвонить ей вечером, спросить, как дела, однако чувствовал себя неловко после того, что произошло около дома миссис Кросби, и не хотел ей навязываться.

Он показал на дверь, давая понять, что собирается уйти.

Перенесешь моих сегодняшних пациентов?

Эйвери кивнула.

– Напиши, когда доедешь. Держи в курсе.

Флинн поехал через весь город в соседний округ до ближайшей больницы. В Редвуд-Ридже было отделение скорой помощи, но в более серьезных случаях приходилось ездить в крупные города. Однако до некоторых пор Флинна это совершенно не тревожило.

Инфекция сама по себе серьезная штука, но, войдя в больницу, он немного успокоился от мысли, что Габби обратилась за помощью при первых признаках проблемы. Флинн надеялся, что госпитализация – всего лишь для профилактики.

Сестра в регистратуре не понимала язык жестов, поэтому он написал на листке бумаги имя Габби и дату ее рождения, чтобы она смогла выяснить, в какой палате та лежит.

– Вы член семьи?

Флинн замер, испугавшись, что Габби положили в отделение интенсивной терапии. Обычно подобный вопрос задавали только в таких случаях. Он хорошо знал принятые в медицине бюрократические требования, поэтому солгал.

Когда сестра сказала Флинну номер палаты, тот с облегчение вздохнул и пошел по коридору. В палате он обнаружил сестру Габби – Рейчел. Та сидела в углу и со скучающим видом листала журнал. Заметив его, она удивленно выпучила глаза.

Габби и Рейчел были настолько непохожи, что даже удивительно, как у этих двух совершенно разных женщин могла быть одна и та же ДНК. Рейчел унаследовала от отца темные волосы и смуглую кожу, Габби была светловолосой, как мать. Рейчел грубая и самолюбивая. Габби отличалась необыкновенной тактичностью и мягкостью.

Рейчел зашлепала губами, но Флинну никогда не удавалось ничего по ним прочитать. Она как будто поняла, как его это раздражает, поскольку улыбнулась и посмотрела на него так, словно считала не столько глухим, сколько тупым.

Флинн сосредоточил все свое внимание на спящей Габби. Ее щеки казались слишком румяными, но в остальном она выглядела как обычно. К правой руке шла капельница. Левая была перевязана… и распухла от кончиков пальцев до локтя. Боже. Похоже, она тяжело перенесла укус. Судя по данным на мониторе, жизненные показатели в норме. Он посмотрел на капельницу. Всего лишь физраствор с сильным антибиотиком.

Веки Габби задрожали и открылись, на губах появилась слабая улыбка.

– Привет.

Его глупое сердце радостно застучало. Флинн бросил взгляд на ее разметавшиеся по подушке волосы цвета карамели, а затем взглянул в голубые глаза, еще немного затуманенные от сна.

Как ты?

Она забылась и дернула рукой, чтобы ответить, но поморщилась. Ее щеки немного побледнели.

Флинн осторожно взял Габби за руку и постучал пальцем по губам, показывая, чтобы она просто говорила.

– Со мной все в порядке. Немного болит рука, и я устала.

Когда тебя привезли сюда?

Почему она не позвонила ему?

Габби немного подвинулась и поерзала бедром по матрасу. Флинн послушно присел на краешек.

– Где-то к полуночи у меня стала распухать рука. И началась лихорадка. Я поехала в отделение скорой помощи.

От тревоги у него сжало горло.

Значит, инфекция попала в кровь?

Если это так, то дела плохи. Очень плохи.

Габби покачала головой.

– Анализы хорошие. Если температура больше не будет подниматься, меня отпустят домой уже сегодня днем. – Она взглянула через его плечо на Рейчел, та нахмурила брови. – Я же говорила, что тебе не нужно здесь оставаться. Моя машина на парковке. Я сама доберусь.

Пусть даже не думает! Флинн повернулся к Рейчел, которая отмахнулась от него и что-то быстро затараторила. Он покачала головой и снова сосредоточил внимание на Габби.

Что такое?

Ее нахмуренный от раздражения лоб разгладился.

– Мама привезла Рейчел утром. Ей пришлось отпроситься с работы, чтобы посидеть со мной. – Она бросила на сестру многозначительный взгляд. – Но тебе совершенно не нужно было этого делать. Возьми мою машину и поезжай на работу. Все в порядке.

Ладонь Габби под его рукой сжалась в кулак, глаза сощурились.

– Ты прекрасно понимаешь почему. Потому что ему приходится читать только по моим губам.

Вероятно, Рейчел спросила у сестры, почему та говорила медленнее, чем обычно. Из-за препирательств с Рейчел пульс Габби участился, это отразилось на мониторе.

Скажи ей – пусть уходит, иначе я сам выгоню ее отсюда. Честное слово! Я посижу с тобой и отвезу домой, когда тебя выпишут.

Она внимательно посмотрела на Флинна и проглотила комок в горле.

– А как же твои пациенты?

Сегодня не особо загруженный день. Их перенесли.

Судя по взгляду Габби, она все еще сомневалась, однако ее грудь поднялась, а затем опустилась, когда она глубоко вздохнула.

Габби перевела взгляд на Рейчел.

– Флинн сегодня отпросился. Возьми мою машину и поезжай на работу. Завтра я ее заберу. – Она закрыла глаза, словно пытаясь не сорваться. – Передай маме, я скоро позвоню. И спасибо, что посидела со мной.

Флинн дождался, пока Рейчел выйдет из палаты, а затем смерил Габби пристальным взглядом.

Когда ты не приехала на работу, я испугался. Эйвери тоже забеспокоилась. Ты должна была позвонить.

Ее хорошенькие розовые губы приоткрылись.

– Прости. Я…

Он вел себя как последний засранец. Флинн быстро покачал головой, словно пытаясь вытряхнуть из нее остатки раздражения.

Все хорошо. Это не так уж и важно.

– Тебе правда не нужно здесь оставаться.

Флинн улыбнулся.

Помолчи.

– Я серьезно. Это же больница. И мне не нужна сиделка…

Габби.

– Да?

Тебе сейчас не стоит разговаривать.

Его улыбка стала еще шире, когда Габби со вздохом потянулась здоровой рукой за пультом от телевизора. Пальцы неуклюже сжали его, и пульт немного запутался в системе капельницы.

Флинн написал Эйвери и рассказал про обстановку.

А затем Габби включила в телевизоре субтитры. Для него. Потому что она всегда занималась этой ерундой. Для него. А Флинн даже не обращал на это внимания, пока Брент однажды не напомнил. Но теперь он все замечал. Как и вчера, когда Габби включала на дисплее тексты песен, звучащих по радио. Он был готов поспорить на все свои деньги, что изначально в их машине такой функции не было.

Внутри все сжалось, как будто его сильно ударили в живот. Он много лет воспринимал ее как нечто само собой разумеющееся. Да что там много лет, почти всю жизнь. У Габби были друзья за пределами их компании. Как и у него. Но они проводили очень много времени вместе, и Флинн все время задавался вопросом, почему Габби до сих пор не нашла себе пары. Возможно, Брент прав.

Он должен придумать, как держаться от нее на расстоянии, но сделать это незаметно. В конце концов какой-нибудь парень поймет, какой чудесный она человек, какая она… незаменимая. А Флинну придется думать, как ему жить дальше без ее поддержки.

Флинн встал, подтащил к кровати стул, на котором раньше сидела Рейчел, и плюхнулся на него.

Габби протянула ему желе в стаканчике и потрясла им, когда он не стал его брать.

Мне кажется, тебе лучше съесть это самой.

– Ненавижу желе. Если съешь ты, они решат, что я сама его съела, и, может быть, отпустят меня пораньше. Аппетита совсем нет.

После всего, что она для него сделала, это был такой пустяк, поэтому он взял у нее желе. Прежде чем приступить, Флинн открыл для нее баночку с яблочным пюре и кивнул ей.

Габби зачерпнула ложку и перевела взгляд на экран телевизора. Съев еще две ложки, она отодвинула пюре и переключила с какой-то слезливой мелодрамы на канал Дискавери. Если чтение или просмотр телевизора могли настроить кого-нибудь на романтический лад, то Габби была как раз таким человеком.