Пожалуйста, не уходи (ЛП) - Сальвадор Э. - Страница 59

Я, задыхаясь, медленно киваю.

— Именно этого и хочу. Отлижи мне.

Он усаживает меня на шезлонг, а сам опускается на корточки и убирает волосы с моего лица.

— Скажи «пожалуйста».

— Дэниел, — предупреждаю я, чувствуя прилив жара. — Не начинай. К тому же, сам попросил тобой воспользоваться. Не обо мне нужно думать. Поэтому будь добр, — я щелкаю пальцами. Это намеренное унижение, но он сам напросился.

Дэниел мрачно усмехается и нависает надо мной. Я не пропускаю темное пятно на его трусах. Больше всего на свете хочу взять его в рот, но прежде, чем успеваю решиться, он раздвигает ноги.

Дэниел нависает надо мной, кладя руки по обе стороны от головы. Цепь болтается над моим лицом, а булавка едва-едва касается носа. Я поднимаю взгляд, но он перехватывает ее и убирает за спину, словно смутившись.

— Не задавай вопросов, — говорит он, напоминая о моих же собственных словах.

Я киваю, хотя желание спросить обжигает. Он замечает мою внутреннюю борьбу и улыбается, застенчивость на его лице очевидна, но она быстро тлеет.

— Ты умопомрачительна, — его голос хриплый, полный желания. Я сжимаю бедра и стону, когда его губы скользят по моему горлу и ключице, и когда Дэниел добирается до груди, дыхание перехватывает. — Черт, Джози, — он жадно вдыхает мой запах, проводит языком по ткани лифчика, а потом зубами цепляет шов чашки и тянет вниз, обнажая грудь.

Дэниел запрокидывает голову, глядя на темно-оранжевое, почти лиловое небо, и беззвучно шепчет: Черт. Его взгляд падает на меня, он медленно качает головой, облизывает губы и произносит:

— Ты настоящий дар чертовых небес.

Я приподнимаюсь на локтях, усмехаясь.

— Лесть не сработает, — о, сработала, я уверена, что стала мокрее прежнего, и все же отчаянно хочу ощутить его на себе.

— Разве? — невинно спрашивает он и захватывает губами напряженный кончик моего соска. Глаза закатываются, голова откидывается назад. — Не нравится, когда тебя называют хорошей девочкой, Джози? Не хочешь слышать, насколько хороша? — он прикусывает сосок и уделяет такое же внимание второму, посасывая и слегка покусывая.

— Нет, — по телу пробегают мурашки, стон застревает на кончике языка, пока он проводит языком вниз по животу, оставляя влажный след до самой резинки трусиков. — Не хочу.

— Ладно, — он равнодушно пожимает плечами, и я почти готова взять слова назад, но замираю, когда Дэниел опускается ниже. Его нос касается шва трусиков сквозь тонкую ткань, а язык нежно движется вдоль промежности. — Пусть тебе и все равно, но мне нравится то, насколько ты мокрая. Нравится, как послушно себя ведешь. Как раздвигаешь передо мной ноги, готовая к тому, чтобы твою киску вылизали. И я знаю, тебе нравится – нет, ты обожаешь это, Джози. Любишь, когда тебя называют хорошей девочкой, разве я не прав?

Я даже не пытаюсь сдержать стон и вторю ему, когда Дэниел опускается передо мной на колени, обхватывает бедра руками, отодвигает ткань в сторону и проводит языком по всей киске.

— Ох, — спина выгибается, грудь вздрагивает от резкого движения.

— Ладно, можешь не отвечать. Все равно я услышу твой крик, — он самодовольно усмехается.

— Верно... — его язык скользит к клитору, кружит вокруг, прежде чем начать быстро играть кончиком. Мои глаза расширяются, дыхание сбивается. — Святой черт, — я задыхаюсь, челюсть отвисает, когда он ускоряется, а затем резко останавливается и засасывает его. — Черт! — я громко стону, благодаря соседей за то, что те живут не в непосредственной близости. — О, Господи... — хнычу я, ноги дрожат, а бедра подрагивают.

Он только начал. Не может быть, чтобы я уже... глаза закатываются, тело замирает, и меня накрывает оргазм. Я содрогаюсь под прикосновениями, пока Дэниел продолжает сосать клитор, несмотря на его бешеную пульсацию.

Я дышу тяжело, находясь едва не на грани слез, поскольку кульминация не прекращается. Господи, черт.

— Дэниел, мне нужно... — он вводит палец внутрь и ослабляет давление на клитор. — Помедленнее. О боже, — я не могу дышать.

— Этого ты хочешь, детка? — он медленно ласкает меня, растягивая удовольствием. — Хочешь, чтобы я замедлился? — дразняще тянет он, и, клянусь, издевается надо мной, но не знаю наверняка; сил взглянуть у меня совсем не осталось.

Подождите, он только что назвал меня деткой? Наверное, ослышалась.

Медленно и нежно Дэниел снова вводит палец, затем добавляет еще один и слегка сгибает их, пока перед глазами не начинают появляться звезды.

— Джоз, детка, ты как? — он ускоряет движения, накрывая ртом мой клитор.

Из горла вырываются бессвязные звуки. Я словно обезумела, святой... о Господи.

Дэниел поднимает голову, его рот блестит, пальцы лениво движутся внутри. Я откидываюсь на шезлонг, голова тяжелеет и кружится, я хнычу.

Не могу поверить, что только что это сделала.

— Перестань на меня смотреть, — смущенно вздыхаю я, едва приоткрыв глаза.

— Я задал тебе вопрос, — снисходительно напоминает он.

Я провожу пальцами по его волосам — Господи, они такие шелковистые — и Дэниел тихо стонет, прежде чем выдохнуть, когда я сжимаю их в кулак.

— Ты и сам знаешь ответ.

— Ответь же на чертов вопрос, Джозефина. Как ты? — его голос хриплый, а пальцы вплоть до костяшек погружаются внутрь меня.

Я зажмуриваюсь, стискивая зубы.

— Я... в порядке.

Дэниел опускает голову туда, где мне отчаянно нужно его присутствие, и горячее дыхание обжигает клитор. Язык скользит по кругу и прямо по нему, снова и снова, то жадно втягивая, то дразня легким касанием кончика.

Пальцы на ногах сводит, все тело сотрясает дрожь, доводя до предела потребность кончить.

— Ты чертовски феноменальна. Мне нравится твоя отзывчивость. Как твое тело откликается на меня.

Внутри все сжимается. Мне не должно нравиться то, как это прозвучало. Так почему понравилось, и почему хочу услышать это снова?

Дэниел с жадностью втягивает мой клитор в рот.

— Еще, о Боже, да, не останавливайся, Дэниел, — срываюсь я, голос сиплый. — Не... не останавливайся! — скрежещу я зубами и выгибаюсь. Клянусь, тело готово взлететь.

Его пальцы проникают глубже, скользя в моей влаге. Они настолько мокрые, что звук должен бы смутить, но только сильнее заводит. А когда он разводит их внутри, попадая в точку, о которой я и не подозревала, сознание тонет в ослепительном взрыве.

Я стискиваю зубы, вцепляюсь пальцами в его затылок, тяну за волосы, пока Дэниел продолжает проникать в меня пальцами, несмотря на то, что киска сжимается вокруг него, втягивает и не отпускает.

Несколько мгновений спустя он целует меня между ног, прежде чем вынуть пальцы и прикрыть промежность ладонью. Сквозь тяжелые, почти сомкнутые веки я замечаю, как Дэниел подносит их ко рту и облизывает, тихо постанывая от удовольствия.

Я рвано выдыхаю, чувствуя себя как выжатый лимон, но он выглядит настолько удовлетворенным, словно кончил сам.

Когда опьянение спадает, я сажусь, ощущая дрожь в ногах и до сих пор не выровненное дыхание. Дэниел мягко улыбается, губы слегка припухшие и блестящие, глядя на меня с такой нежностью, что кожа начинает зудеть.

Для него я всего лишь развлечение. То, в чем он нуждался. Вот, что я для него значу.

И пусть. Мне тоже требовалось отвлечься. Я получила, чего хотела.

Я привстаю, опускаю взгляд ниже его пояса, но Дэниел качает головой.

— Уже поздно, и у нас запланировано свидание. Ты, я и диван, помнишь?

Точно, развлечение. Это не должно задевать. Я ведь сама согласилась.

Он беспокойно хмурится, вглядываясь в выражение моего лица.

— Что-то не так?

— Не могу отойти от произошедшего, — отмахиваюсь я, голос все еще хриплый, но теперь уже по другой причине.

Дэниел не выглядит убежденным, и я знаю, что сейчас он начнет давить, задавать огромное количество вопросов, но я встаю и тянусь за одеждой, ненавидя то, как внутри все сжимается и вянет.

— Напомни, что мы смотрим сегодня?