Градус любви - Стайнер Кэнди - Страница 2

Группа тихонько рассмеялась, но все вытаращили глаза, когда зашли внутрь, чтобы получше нас рассмотреть. Марти ненавидел экскурсии, и я уже слышал, как он недовольно ворчит, будто эту группу специально прислали сюда, чтобы испортить ему день. Что до меня? Я любил экскурсии не только потому, что «Скутер Виски» по-прежнему был узнаваемым брендом, а это в свою очередь гарантировало работу, но и потому, что у меня появлялась возможность побесить младшего брата.

У меня было три брата: Логан, Майкл и Джордан.

Джордан – самый старший, между нами разница в четыре года. Мама с папой усыновили его до моего рождения, и, хотя внешне он не походил на остальных членов семейства Беккеров, брат был одним из нас от и до.

Майклу, самому младшему, было всего семнадцать, и после этого лета он перейдет в выпускной класс.

И Логан, который только что провел в цех экскурсионную группу. Он был на два года младше меня, а это означало, что задирать его я любил сильнее остальных.

В конце концов, он был моим первым младшим братом.

Как только все зашли в цех, Логан, широко улыбаясь, показал на нас.

– Эти прекрасные джентльмены – наши сборщики бочек. Возможно, вы узнаете их по видео, которое вам уже показали. Как в нем упоминалось, каждая бочка изготовлена вручную четырьмя уважаемыми джентльменами: Марти, Илаем, Ноа и Пи Джеем.

Когда Логан представил нас, мы все помахали, а я ухмыльнулся наудачу самой сексуальной девушке в группе. Она была старше, наверное, чуть за тридцать и походила на чью-то мамочку. Но сиськи у нее были упругими, будто ей всего двадцать один, а еще она смотрела на меня, как на кусок горячего хлеба после месяца безуглеводной диеты.

Она улыбнулась в ответ, накрутив на палец прядь светлых волос, и что-то прошептала компании девушек, с которой пришла, на что они все захихикали.

Логан продолжал рассказывать о том, как каждый день мы вчетвером собираем более пятисот бочек, а потом отправляем их на конвейер для обжига. Он пояснил, что виски «Скутер» попадает в бочки абсолютно прозрачным, а янтарный цвет и известный сладковатый привкус ему придают процессы дубления и обугливания.

И хотя руки у меня двигались на автопилоте, я наблюдал за братом, раздувшись от гордости. Волосы у него были песочно-орехового оттенка, как у меня, хотя я стригся коротко, а у брата из-под бейсболки завивались кончики. Он был выше на несколько дюймов, что в детстве всегда выводило меня из себя, и худощавым, поскольку много лет играл в бейсбол, в то время как я, благодаря многолетней футбольной практике и профессии сборщика бочек, был довольно крепким.

В Стратфорде в детстве все занимаются по меньшей мере одним видом спорта. Так уж у нас было заведено.

И хотя внешне мы были разными, любой заметил бы, что мы братья. Логан был мне лучшим другом, а еще отчасти сыном. Во всяком случае, так мне стало казаться после смерти отца.

Как и сборщиков бочек, экскурсоводов у нас тоже было немного. Они были лицом винокурни, им хорошо платили за знания и обаяние, но помимо этого гиды получали весьма приличные чаевые от проезжающих через наш город туристов. Их работа была одной из самых востребованных, и Логан получил ее в восемнадцать лет – после смерти папы, а это означало, что никто не помогал брату поступить на эту должность.

Он стал гидом, потому что был лучшим в деле, и я очень им гордился, как гордился бы и наш отец.

Когда Логан получил работу, никого из нашей семьи это не удивило, учитывая его пристальное внимание к деталям. Брат с самого детства был таким – в его комнате царил идеальный порядок, он ел в определенной последовательности, по возвращении из школы сразу же садился за домашку, а позже занимался делами по дому. И только потом шел играть на улицу.

Логану было спокойнее, когда все шло своим чередом.

Бедолага почти закончил трепаться, когда я пнул бочку, над которой работал, и уронил на пол металлическое кольцо, издав громкий шум.

– Ай, мой палец!

Скорчившись от боли, я схватился за средний палец правой руки, и ко мне подлетели остальные члены команды. Туристы в ужасе заохали, озабоченно смотря, как я кряхчу и чертыхаюсь, сдавив палец.

– Что случилось?

– С ним все в порядке?

– Господи, если там кровь, я свалюсь в обморок.

На последнее заявление я с трудом не засмеялся, будучи почти уверенным, что это сказала та сексапильная мамочка с классной грудью.

Побелевший Логан подлетел ко мне и отпихнул с дороги Пи Джея.

– Черт, Ноа, что ты натворил? Ты в норме? – Он стукнул Пи Джея по плечу. – Позови Гаса!

– Подожди! – скривившись, окликнул я и поднял руку. Она была стиснута в кулак, и когда все перевели взгляд на нее, я медленно пошевелил пальцами свободной руки, будто уговаривая выпустить черта из табакерки, и с самодовольной улыбкой показал младшему брату средний палец.

Парни засмеялись, а брат расстроенно вздохнул, закатив глаза, а потом крепко обхватил меня за шею. Я отпихнул его, стащил кепку и, нахлобучив ее себе на голову задом наперед, быстро направился к группе туристов.

– Народ, простите за суматоху, – сказал я, пустив в ход обаятельный протяжный говор, с которым родился и вырос в Стратфорде. – Не мог упустить возможность поиздеваться над младшим братом.

На лицах некоторых появилось замешательство, но вскоре, догадавшись в чем дело, все заулыбались.

– Значит, у вас все хорошо? – услышал я тихий голос. – Вы не ранены?

Вопрос задала та мамочка, и я, опершись рукой на одну из машин, стрельнул в сторону девушки улыбкой.

– Только тем фактом, что провел целую жизнь, не зная тебя, милая.

Ее подружки захихикали, а на одной из них я заметил приколотый значок «Невеста». Мамочка стояла вся красная, а Логан тем временем сорвал с меня кепку и отпихнул обратно к брошенной бочке.

– Хватит, Казанова. Оставь в покое мою группу.

– Просто помогаю сделать их экскурсию по винокурне «Скутер Виски» незабываемой, братишка, – пожурил я и, подмигнув напоследок мамочке, вернулся к работе.

Логан продолжил экскурсию, провожая группу к выходу, а я не сводил взгляда с девушки, пока она не вышла за дверь.

Предполагаю, вечером столкнусь с ней в единственном баре города.

Марти отчитал меня за глупое поведение, а Пи Джей и Илай исподтишка дали пять. Ребята привыкли к моим розыгрышам, особенно в сторону братьев. Когда растешь в небольшом городе с одними и теми же людьми, и вы все работаете на одном месте и делаете одну и ту же чертову работу, то учишься извлекать немного удовольствия из ежедневной рутины.

– Ноа.

Голос Гаса привел меня в чувство, и я выпрямился, стерев с лица самодовольную ухмылку.

– Живо в мой кабинет.

Он даже не встал со стула, но я знал, что Гас слышал шум-гам от моей выходки. Когда я снял рабочие перчатки и направился в кабинет, уверенность в том, что я неприкосновенный сотрудник винокурни, немного пошатнулась.

– Закрой за собой дверь, – не поднимая взгляда, сказал он.

От внезапно наступившей тишины в ушах зазвенело, и я закрыл дверь до щелчка, а потом сел в одно из стоящих напротив него кресел.

Приподняв бровь, Гас поглядел на меня поверх бумаг, которые перебирал в руках, а потом вздохнул и положил документы на стол.

– Для начала: я ценю, что ты вносишь сюда немного веселья, но не валяй дурака, когда речь идет об охране труда, ладно?

– Да, сэр.

– Я знаю, что Логан – твой брат, и не возражаю против эпизодичных выходок. Но если ты отрежешь себе палец, это не повод для шуток. И наш основатель тому доказательство.

Мы всегда рассказывали туристам историю о том, как создатель нашей винокурни скончался от незначительной травмы пальца. Жил-был здоровый мужчина, пожилой, но не страдающий от болезней, и вдруг гордыня его одолела. Он порезал средний палец в ладонном суставе, но решил никому не говорить, просто перебинтовал его и вернулся к работе. Таким образом, Роберт Джей Скутер лишился жизни из-за инфекции задолго до того, как пришло его время.