Чистая любовь - Стайнер Кэнди - Страница 10

Но сегодня был необычный понедельник.

Сегодня Мэллори будет следовать за мной по пятам, а это значит, что я проведу с ней целый день. И хотя я все выходные прикидывался, будто это меня не парит, делал вид, что она очередной новенький гид и все шло своим чередом, беспокойство, которое я ощущал в понедельник утром, подсказывало, что все это полная туфта.

И все же я постарался взять себя в руки, снова открыв план ее стажировки и сделав пометки о важных аспектах, которые хотел осветить. Так уж у меня было заведено – я привык уходить с головой в то, что могу контролировать, и избегать того, что не мог.

Я не мог контролировать тот факт, что должен ненавидеть Мэллори Скутер, но, наоборот, был заинтригован ее личностью.

Не мог контролировать тот факт, что мне пришлось обучать ее, хотя она не желала тут работать.

И не мог контролировать тот факт, что она, скорее всего, устроилась на винокурню, чтобы отобрать у меня должность, ради которой я надрывался много лет… но меня это убивало.

Однако я точно мог хорошо ее обучить, показать наглядно, что это я достоин работы руководителя, которому суждено возглавить команду гидов, а не она. Не так уж это и сложно, но мне нужно приложить все имеющиеся у меня силы.

Если они отдадут должность ей, хочу, чтобы все в этой компании знали, что они приняли неверное решение, – в том числе и те, кто его принимал.

Я продолжал делать пометки на полях, когда в дверь постучали. Я поднял взгляд и увидел Мэллори, которая, скрестив руки и прислонившись к дверному косяку, с довольной ухмылкой смотрела на стопку моих маркеров.

– Утро доброе, – сказала она. – Вижу, ты уже распределяешь день по цветам.

– А я вижу, что ты завела привычку опаздывать, – глянув на часы, парировал я. Она должна была появиться в моем кабинете в восемь, а сейчас уже было двадцать две минуты девятого. – Присаживайся, я как раз заканчиваю, и мы обсудим план на день.

– Не терпится узнать, – буркнула Мэллори, и, только когда она опустила руки и подошла к креслу, стоящему напротив меня, я понял, во что она одета.

У меня глаза полезли на лоб, и я осознал, что нет смысла скрывать свою реакцию. Рубашка-поло, которую носили гиды, обнажала ее подтянутый живот, потому что она обкромсала ткань ножницами, превратив его в кроп-топ. Когда она села, под ярким светом блеснуло колечко у нее в пупке. Мэллори закинула правую ногу на левую и окинула взглядом мой кабинет, словно все было в порядке вещей. Еще она обрезала и рукава, отчего они слегка закатались, оголяя ее подтянутые руки. Левый бицепс покрывали татуировки, а на правом предплечье была сделана надпись черным цветом. Из-под топа выглядывал кончик чего-то, что тянулось вдоль ребер и спускалось к пупку.

Перья, понял я.

И на миг все мои мысли были направлены на то, чтобы приподнять эту футболку и увидеть остальное.

Я моргнул, прочистив горло, и снова опустил взгляд на свои пометки, откинув эти мысли, как ненужный клочок бумаги.

– Как провела выходные? – спросил я.

– О, захватывающе, насколько это возможно в Стратфорде, – пошутила Мэллори, продолжая разглядывать кабинет. – А ты? Угодил в какие-нибудь неприятности?

– Я же Беккер, – ответил я, закончив составлять повестку дня. – Неприятности сами меня находят.

– Слышала, в субботу вечером вы все были в «Черной дыре».

«Черной дырой» называли одно из самых популярных мест для вечеринок – старый амбар с огромным кострищем, где по выходным всегда было полно народу.

– Правда? – задумчиво произнес я. – И что же, по слухам, мы вытворили с братьями на этот раз? Катались на диком кабане? Устроили кулачный бой с двадцатью матерыми мужиками? Въехали на машине в ручей?

– Вообще-то поговаривают, что Майки выбросил свою гитару в костер, а ты ушел домой с Сэди Холленбек… в четвертый раз за три недели. – На последнем предложении Мэллори приподняла бровь. – Для тебя это некий рекорд, не так ли?

Я нахмурился.

– У Майки сейчас трудные времена… да и гитара все равно старая. Может, он просто хотел подбросить дровишек.

– Точно. Потому что дров было мало, – Мэллори поджала губы. – А насчет Сэди тоже правда?

Она так на меня смотрела, что я мог бы поклясться: Мэллори немного ревнует из-за слухов, что в субботу вечером я ушел из «Черной дыры» с девушкой. Я мог бы в этом поклясться, если бы был наивным и не знал, что из себя представляет Мэллори. Она никогда не встречалась с парнями из Стратфорда – во всяком случае, со средней школы. Слышал, что в колледже у нее был парень, но он не приезжал с ней на каникулы и не появился ни на одной городской тусовке.

Сомневаюсь, что найдется мужчина, который по-настоящему заинтересует Мэллори Скутер. И точно знаю, что ей плевать, кто согревает по ночам мою постель, которую никто и не согревал, что бы ни утверждали городские сплетники. Я не приглашал женщин к себе домой, но не отказывал, когда приглашали они.

Сэди – хорошая девушка, она переживала тяжелое расставание со своим школьным возлюбленным, который, как оказалось, изменял ей на протяжении нескольких лет. Он уже нашел себе новую пассию, а вот Сэди находилась в раздрае. Потому в прошлом месяце я услышал, как она плачет в «Черной дыре», и убедил ее, что бывшему нужно отплатить той же монетой.

И предложил ей в качестве этой расплаты себя.

Так что да, я несколько раз уходил домой с Сэди, но мы не занимались ничем таким, чем нельзя было бы заняться в церкви. В основном она проверяла на мне свои рецепты выпечки, а я разыгрывал из себя психолога, пытаясь помочь ей залечить раны и забыть ублюдка бывшего.

Но Мэллори не к чему все это знать.

– Возможно, – пожал я плечами. – Но джентльмены не рассказывают о своих похождениях.

Она фыркнула.

– Ага, конечно. Видимо, это ты про себя?

Я прижал ладонь к груди и, прикинувшись обиженным, откинулся на спинку офисного кресла.

– Поверить не могу, что ты намекаешь на обратное.

Мэллори лишь закатила глаза и кивком показала на список, который я только что закончил.

– Итак, босс, что меня сегодня ждет?

Уголки губ поползли вверх, когда она назвала меня боссом, но я скрыл улыбку, взял лист бумаги и озвучил план:

– Сегодня ты будешь везде ходить со мной, так что мы вместе проведем две экскурсии. Первую проведу я, а ты можешь делать пометки и ходить так, словно являешься частью экскурсионной группы. Во время второй я дам тебе больше полномочий, разрешу разливать виски на дегустации и отвечать на вопросы.

Ее улыбка стала натянутой.

– О, какой веселый день меня ждет.

– Но, пока мы не начали, тебе придется переодеться, – сказал я, многозначительно посмотрев на ее талию, а потом снова встретившись с ней взглядом.

– Почему?

– Потому что твою форму как будто медведь потрепал.

Мэллори опустила взгляд на свою рубашку и приподняла бровь, словно я видел то, чего нет.

– Я ее улучшила. И подогнала по размеру, потому что до этого она висела на мне мешком.

– У нас есть размеры поменьше, – сообщил я. – И сегодня довольно холодно. Пойдем в кладовку и найдем тебе что-нибудь с длинным рукавом, а заодно посмотрим, нет ли там курток.

– Я не хочу переодеваться, – Мэллори опустила ноги на пол и вызывающе скрестила на груди руки. – Я прекрасно выгляжу. Если тебя так оскорбляет вид женского живота, то это не значит, что я должна его прятать.

– Ничего он меня не оскорбляет, – равнодушно сказал я. – Ты экскурсовод, Мэллори. Ты представляешь компанию, бренд и встречаешь туристов со всего мира. И повторюсь: на улице градусов пять. Ты и впрямь хочешь разгуливать в таком виде?

– В каком? – решила она настырничать.

Я всплеснул руками.

– А знаешь? Ладно! Носи что хочешь. Ты же Мэллори Скутер, в конце концов. Видимо, правила не распространяются на принцессу Стратфорда.

На ее лице промелькнула какая-то тень, и она странно посмотрела на меня.

Я встал, подхватил со стола папку и направился к двери, не удостоив Мэллори взглядом.