"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Машуков Тимур - Страница 1049

«НКТ-сервис» тоже демонстрировал успехи: продажи устремились ввысь, перепуганные перспективой потери премий, сотрудники пахали как рабы на галерах, обзванивая старых и привлекая новых клиентов, ударно собирали новые компьютеры, проводили деловые встречи на предприятиях и в нашем офисе, во всех красках расписывая преимущества нашего программного обеспечения. Себя любимых тоже не забывали: азартно резались в стрелялки и бродилки во время обеденного перерыва, два-три раза в неделю стабильно засиживались на пару часов после работы. Больше им сидеть не давали: Матвеевич, новый вахтер Петрович безжалостно разгоняли любителей игр по домам и закрывали кабинет. Иногда им помогал восстанавливающийся от ранения Семенович, заезжавший к старому товарищу. По моему приказу ему выплатили солидную компенсацию и продолжали начислять зарплату, пока он полностью не поправится и не выйдет на работу.

Я внимательно выслушал доклады. Похвали главбуха, краснеющего как девушка, Вилена, затем отпустил сотрудников работать дальше.

Когда все удалились, ко мне зашел ожидавший в приемной Вова.

— Едем в банк? — заговорщицки подмигнул он. — Уже пора.

— Едем, конечно, — улыбнулся я.

Здание на Тверской произвело на меня впечатление с самого начала, когда с Олегом и Ашотом оценивал будущий офис «ОСМА-банка».

Высокие потолки, широкие коридоры, просторные помещения. Сейчас на первом этаже уже заканчивались отделочные работы. Вова сразу потащил меня в крыло, где расположился кабинет генерального директора. Олег находился на своем рабочем месте, рядом с ним сидел представительный пожилой мужчина с волевым лицом, квадратной челюстью и тяжелым выдвинутым вперед подбородком. Когда мы зашли, он неторопливо встал. В каждом движении чувствовалась уверенность. Выцветшие голубые глаза смотрели твердо и спокойно.

«Знает себе цену», — сделал вывод я.

— Михаил Дмитриевич, познакомьтесь, это наш новый начальник службы безопасности «ОСМА-банка», Белозерцев Виктор Иванович. Я уже с ним переговорил. Первое впечатление — положительное, дальше — видно будет. Виктор Иванович, а это Михаил Дмитриевич Елизаров, мой друг, компаньон, председатель правления нашего банка, — представил нас друг другу десантник.

Рука у полковника ГРУ оказалась уверенная и сухая, рукопожатие — твердым.

— Приятно познакомиться, — вежливо ответил я.

— Мне тоже, — усмехнулся полковник. — Поговорим?

— Не вопрос, — согласился я. — Прямо здесь?

— Почему бы и нет? — пожал плечами Белозерцев. — Но давайте лучше где-нибудь в другом кабинете, не тут.Олег Владимирович мне уже помещения показал, я там комнату приметил, она пустая. Чистая опрятная, ремонт ещё не сделали, но мебель уже убрали. Одни голые стены остались. Самое подходящее место для разговора. Перенесем туда стулья и пообщаемся.

— Ладно, — согласился я. — Олег, ключи у тебя?

Квятковский кивнул.

Через пару минут мы уже сидели в абсолютно пустом кабинете. Принесли стулья, заперли дверь на ключ, и уселись друг напротив друга.

— Маркус сказал, вам можно доверять, — Белозерцев прищурился, пристально рассматривая меня. — Я склонен ему верить. Вольф всегда сдерживает свои обещания и разбирается в людях. Меня заверили, вы обеспечите родным спокойную жизнь, когда здесь начнется хаос.

— Думаете, начнется? — уточнил я, в свою очередь, с интересом глядя на полковника.

— Уверен в этом, — коротко отчеканил Виктор Иванович. — Процессы запущены, а наверху нет никого, кто бы реально мог их остановить. Трусы и лизоблюды. Возможно, они и попытаются, но извините за грубость, обосрутся с вероятностью девяносто восемь процентов. Два я оставляю на разные случайности.

— Хм, — я даже не нашелся, что ответить. Помолчал, разглядывая невозмутимого офицера военной разведки.

— Могу только подтвердить, если будете работать со мной, все ваши родные или близкие будут находиться в безопасности и вести спокойную, обеспеченную жизнь. А вам я дам шанс по-прежнему заниматься делом, которому вы посвятили свою жизнь — проводить операции против Америки. Только на этот раз против глобальной элиты, которая стоит за всеми процессами.

— Звучит хорошо, — сухо улыбнулся Белозерцев. — Посмотрим, как это будет на практике. На этом предлагаю окончить знакомство и перейти непосредственно к вашим делам. Коллеги из «штази» показывали вам досье на генерала Бобкова. Вы собираетесь эти бумаги ему предъявить, чтобы от ваших компаний отстали, верно?

— Верно, — кивнул я. — Но немного подсластить пилюлю. Дать денег и предложить продолжить сотрудничество, открыть небольшую фирму, нашего дистрибьютора или представителя, отдать республику или какой-то край под бизнес. Мы ему товар с минимальной наценкой, сами в регион не суемся, пусть там бабки заколачивает. А наши фирмы останутся за нами.

— Забудьте об этом!– резко заявил полковник.

— Почему? — я удивленно поднял брови.

— Не сработает, — криво усмехнулся Белозерцев. — Вне зависимости от того, какие условия вы ему предложите.

— Объясните, — сухо потребовал я.

— Как только вы ему покажете папочку с компроматом, вы сразу перейдете в разряд потенциальных мертвецов, — устало пояснил полковник ГРУ. — Отчет последних часов вашей жизни начнется сразу же, как только генерал возьмется за трубку телефона. Поверьте, я его очень хорошо знаю.

Глава 15

- Почему вы так считаете? — удивился я. — Можно же позаботиться о методах подстраховки. Например, пояснить, что в случае моей гибели компромат будет опубликован, и получит самую широкую огласку.

— Вы не совсем понимаете ситуацию, — Белозерцев поморщился. — Смотрите, что получается. Есть некая папочка на генерала, способная разрушить его карьеру, привести к большому скандалу и уголовному преследованию. Ключ к этой папочке — вы. Ни один влиятельный человек не будет терпеть существования такого компромата. Он начнет предпринимать все что угодно, чтобы уничтожить папку и ликвидировать всех носителей информации, способной отправить его за решетку.

Из этого вытекает следующее: чтобы найти и уничтожить опасные документы, надо серьезно заняться вами. Как только озвучите, что такие бумаги существуют и продемонстрируете парочку, чтобы придать веса своим словам, вас схватят, будут пытать, колоть препаратами, пока вы не выложите, что знаете, и что не знаете, тоже. Это ставит под удар всех нас: Маркуса, его коллег, ваших товарищей и друзей, меня, не говоря уже о том, что все ваши фирмы будут разгромлены, а проекты убиты ещё на стадии подготовки.

— То есть альтернативы моей ликвидации после предъявления компромата не существует? — хладнокровно уточнил я.

— Почему же? — развел руками разведчик. — Альтернатива имеется. Связи в верхах и большой аппаратный вес. Тогда Филипп Денисович просто побоится предпринимать радикальные шаги и будет вынужден с вами договариваться. К сожалению, Михаил, у вас не наблюдается ни первого, ни второго. У меня некоторые возможности есть, но система уже прогнила, и я не могу дать гарантии, что нас защитят.

— Значит, собранный компромат, по вашему мнению, бесполезен? — я скривился. — И мне придется отдавать генералу долю в своих компаниях?

— Почему? — пожал плечами Белозерцев. — Я этого не говорил. Всё можно использовать, если с умом. Не обязательно подставляться самому и становиться врагом первого зама председателя КГБ.

— Это как, например? — заинтересовался я.

— Опубликовать документы в зарубежной прессе, раскрутить скандал на Западе, — пояснил полковник. — Наш генсек очень болезненно относится к подобным публикациям, изображает из себя демократа и либерала. Поэтому, можно быть уверенным, когда скандал наберет обороты, генерал будет уволен и уничтожен. Только делать это надо очень ювелирно. Дело в том, что эти документы — готовое основание для вербовки очень ценного агента. Поэтому важно опубликовать их, прежде чем спецслужбы об этом узнают и могут помешать. Слитая в прессу информация уже не будет иметь для них ценности. И не сможет использоваться для шантажа первого зама председателя КГБ. Тут очень важно, сработать ювелирно. Маркус умеет проворачивать подобные операции. А вам нужно потянуть время. Скажите, разговор о передаче долей его людям затронул все ваши фирмы, банк тоже?