"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Машуков Тимур - Страница 1063

Накатившее чувство опасности, вбросило в кровь адреналин. Я крепко, до побелевших костяшек, на мгновение стиснул кулаки, чтобы себя не выдать. Сразу постарался расслабиться, нормализовать дыхание и сбросить мышечное напряжение. К счастью, Оливер шел спереди, а охранники сразу скрылись в помещении и моё секундное замешательство не видели.

— Почему я так срочно понадобился мистеру Рокволду? — спросил я.

— Не могу знать, сэр, — отозвался Оливер.

Тон его остался таким же, как и всегда, но я обострившимся до предела чутьем, уловил еле слышные прохладные нотки в голосе.

Рокволд ждал меня в своем кабинете. Когда я зашел, не вставая, хозяйским жестом, протянул сухую морщинистую лапку для рукопожатия и взглядом указал на стул напротив.

— Присаживайся.

— Я тоже рад вас видеть, мистер Рокволд, — с сарказмом ответил я, поудобнее устраиваясь на сиденье.

— Как там дела с базой данных по нефтяным заводам? — пронзительный взгляд олигарха сверлил моё лицо.

— Так, как и были, — пожал плечами я. — Информация собрана, на некоторых заводах налажены первые контакты. Ждем момента, когда их можно будет скупать, и начинаем действовать, как договаривались.

— Мне нужно увидеть твою базу, немедленно, — заявил банкир.

— Зачем? — удивился я. — Мы же с вами обо всем договорились. Сначала я приобретаю заводы, потом продаю вам, заодно и передаю базу. Не раньше. Или вы хотите переиграть наши договоренности?

— Мне поступили сведения, что ты меня обманываешь, — Рокволд, откинулся на спинку кресла. Немигающие холодные глаза олигарха напоминали рептилию, следящую за своей жертвой, перед смертоносной атакой.

— Интересно, от кого же они поступили? — криво усмехнулся я. — Кто этот неизвестный обвинитель, скажете?

— Тебе это знать незачем, — отрезал банкир. — Когда сможешь передать информацию?

— Передать информацию, вы проведете сделку без меня, а я останусь ни с чем? — поморщился я. — Мы так не договаривались.

— Никто тебя убирать из сделки не будет, — пообещал Рокволд. — Разумеется, если докажешь, что проделал всю работу, о которой говорил. Пока я слышал от тебя только одни слова, и больше никаких подтверждений. Тематику, признаю, ты изучил, некоторую поверхностную информацию по заводам собрал. Но мне нужны более весомые доказательства. И вообще учись деловому этикету: в наших кругах принято доверять слову партнеров.

— Сказала голодная акула маленькой рыбке и плотоядно ухмыльнулась, — хмыкнул я.

— Хорошая шутка, жизненная, — банкир улыбнулся одними губами, глаза остались холодными и колючими. — Ты уже далеко не маленькая рыбка, Елизаров. Как минимум, до средних размеров дорос. И потом, чего тебе бояться? Я не буду портить отношения с внучкой, чтобы тебя обмануть. Наоборот, хочу удостовериться, что ты играешь честно. Когда передашь мне информацию по нефтезаводам и досье на руководство?

— Для этого мне нужно вернуться в Москву, — сообщил я. — Все собранные сведения стекаются ко мне, и хранятся втайне от других партнеров. Сделка заключалась между нами, больше в неё никого не посвящал. Служба безопасности «Ники» и доверенные люди выполняли мой приказ, без подробностей и пояснения будущей сделки. Сейчас все материалы находятся у меня в надежном месте, забрать их могу только сам. После приезда в Москву понадобится ещё дня три-четыре, чтобы все систематизировать и разложить по полочкам.

— Хорошо, у тебя будет это время, но не больше, — кивнул Рокволд. — Как только рассортируешь свои бумаги, передашь их Дэвиду Джонсу, ты его должен помнить, он встречал Мадлен в аэропорту, и сопровождал по городу. Для этого достаточно позвонить в банк, договориться о встрече, подъехать и передать документы ему лично в руки.

— Ладно, — кивнул я. — Договорились. Я могу встретиться с Мадлен? Просто она куда-то пропала. Спрашивал в офисе, они ничего не знают.

— Встретиться можешь, конечно, — банкир усмехнулся и развел руками. — Кто я такой, чтобы запрещать молодым людям видеться? Но её в Нью-Йорке, и вообще в Америке нет. Она вылетела в Гонконг представлять свой бренд одежды, попутно выполнить несколько моих поручений и провести деловые встречи с партнерами. Прилетит через неделю-полторы, примерно.

— Меня уже здесь, скорее всего, не будет, — вздохнул я.

— Значит, увидитесь в следующий раз, — в глазах Рокволда промелькнула довольная искорка. — Вы — молодые, времени у вас много в отличие от нас, стариков…

Оливер проводил меня до ворот. Держался вежливо, но я ещё раз отчетливо ощутил пробежавший между нами холодок.

Уселся на мягкий диван «континенталя», бросил находившемуся за рулем Тэду.

— Обратно в офис.

Устало прикрыл глаза. Накатила мигрень, невыносимо заломило виски. Я потер их подушечками пальцев и замер, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Возникло впечатление, что начался обратный отчет — от жизни к смерти. «Тик-так», с мрачной обреченностью стучало в голове, уходили секунды, растворяясь, как вода в песке, с каждым мгновением незаметно уменьшая отведенное мне время.

«Врешь, гнида» — ярость неожиданно обожгла горячей волной. — «Ни черта у вас уродов, не выйдет. Я ещё побарахтаюсь».

* * *

В оставшиеся четыре дня моего пребывания в Нью-Йорке произошло множество событий. На следующий день, мне подвезли карты и фотографии с расположением африканской базы. Место мне понравилось, плато, почти полностью окруженное горами, узкий участок закрыт непроходимыми джунглями, чтобы продраться через густую растительность и связки лиан, нужно было использовать, минимум, экскаватор или танк, оснащенный огнеметом.

Пауль и Гельмут выбрали несколько замаскированных точек, на которых планировали посадить наблюдателей, с оружием, позволяющим похоронить любую попытку прорыва к нашему «месторождению». К нашей встрече Пауль вместе с Оливейрой, улучшили план Гельмута по созданию лагеря с большими складскими помещениями, где будут храниться переплавленные из руды «золотые кирпичики», бараками рабочих и другого персонала, ангарами для спецтехники и другими сооружениями. Решили создать показушные казармы охраны, а на самом деле, на ночь перемещать их в выкопанные под землей и залитые бетоном убежища. Естественно, посторонних в этом городке быть не должно. Большинство людей набирали штази и Оливейра, через своих многочисленных знакомых, участвовавших в войнах против латиноамериканских хунт и наркокартелей, и находившихся на полулегальном положении. Каждому предлагалось подписать контракт на год без возможности выезда и с пунктом о нераспространении информации, получить кругленькую авансовую сумму с полным расчетом по окончании операции. Оливейра и Пауль меня заверили: на прииске, после решения вопроса с местными коррумпированными чиновниками и подписания договора, будут работать только проверенные люди, отлично владеющие оружием.

Все предполагаемые подходы к африканской базе будут перекрыты замаскированными снайперскими парами в горах и на деревьях, бойцами с гранатометами, «стингерами» и «иглами». В уязвимых местах, где могут проникнуть одиночки, поставлены растяжки. Любое вторжение, воздушное или наземное, за исключением, высоко летящих истребителей, будет легко отбито, а нападающие — уничтожены. Если понадобится больше оружия и людей, Маркус готов задействовать свои кубинские связи среди руководства ДИ и военных, выделив на это определенный бюджет и небольшую долю, после завершения операции. Благо, кубинцы находятся рядом — в Анголе. Но использовать эту возможность, решили только в самом крайнем случае. План я одобрил, ещё раз мысленно восхитившись быстротой и основательностью работы штази. Даже предложил использовать ещё дополнительных два-три миллиона из резервного фонда, если в этом возникнет нужда.

«У дядюшки Отто», встретился с прилетевшим из Парижа Франсуа Шеро. Француза во избежание лишней засветки провели через служебный вход. Шеро произвел на меня отличное впечатление. Будущий директор хедж-фонда был стильно, дорого и со вкусом одет, обладал безупречными манерами. Внешне, несмотря на возраст, шагнувший за пятый десяток, он выглядел потрясающе: идеальная белоснежная улыбка плейбоя или довольного жизнью миллионера, длинная седая шевелюра, курчавящаяся на кончиках, аккуратно собрана в хвост, породистое аристократичное лицо — будто сошел со страниц гламурного журнала о богатых плейбоях. Начитанность и потрясающая эрудиция гармонично завершали образ. Шеро сыпал цитатами Платона, Сократа, выдающихся мыслителей и философов средневековья и современности, умел пошутить, остроумно отвечал. Общаясь с ним, я не заметил, как пролетел запланированный час. Разрешение на назначение француза директором будущего хэдж-фонда со звучным названием «Глобал капитал инвестмент», я дал сразу, впечатленный результатом беседы.