"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Машуков Тимур - Страница 1084

— Штази собираются ему помочь? — иронично поднял бровь я.

— Нет, конечно, — усмехнулся Белозерцев. — Мало того, что Отто ворюга, он ещё и извращенец. Подробности рассказывать не буду, но когда я ознакомился с материалами, возникло желание утопить это человекообразное существо в выгребной яме. Кроме того, подобные люди очень ненадежны. Они уязвимы и в любой момент могут сдать всех нас с потрохами. Поэтому фон Вальдбек, когда начнется заваруха, просто бесследно исчезнет.

— Если всё так, как вы говорите, туда ему и дорога, — кивнул я. — Не будем больше отвлекаться на него. Продолжайте.

— Журналисты «Финансиал Таймс» после этого интервью провели собственное расследование, — сообщил Белозерцев. — У меня в столе лежит подборка материалов. Показать?

— Пока не нужно, — отказался я. — Расскажите своими словами.

— Они выяснили, что профессор летал в Демократическую Республику Конго, или Заир, как его сейчас называют, примерно, в то же время там пребывал Франсуа, купивший больше года назад, большой участок плато в провинции Шаба. Журналюги даже попробовали до него добраться, не смогли. Плато окружено горами и густыми джунглями. Но кое-что интересное увидели и узнали. По горным тропам туда перегоняется техника, привозятся люди, ведутся строительные работы и разработка карьеров. Вывод, которые они сделали: Франсуа Шеро — тот таинственный коммерсант, получивший в своё владение, предположительно, самое крупное золотое месторождение. После публикации в «Финансиал Таймс» Шеро пришлось летать в Киншасу, задабривать перевозбудившегося царька деньгами и дорогими подарками, обещать процент от прибыли после отбития расходов. Группа местных, как мы подозреваем, бандитов, контролируемых одной из группировок чиновников, попробовала захватить рудники. После короткой перестрелки, удрала, оставив несколько трупов в шлепанцах и дырявой обуви, с кучей стрелянных гильз и несколькими «калашниковыми». Разумеется, мы показали, минимум, своих возможностей, засветили только стрелковое оружие.

— Раненные, убитые с нашей стороны есть? — деловито поинтересовался я.

— Один легко раненный, — сообщил Виктор Иванович. — Нам повезло, атаковали не профессионалы, а банда местных голодранцев.

— Понял, — кивнул я.

— После публикации в «Финансиал таймс» в деловых кругах поднялась настоящая буря, — продолжил полковник. — Известие, что он акционирует свою фирму на фондовой бирже, вызвало настоящую истерику. Шеро начали осаждать журналисты, телевизионщики, акционеры, будущие инвесторы. На него даже вышли представители «Англо-Американской корпорации», предложили заплатить от полумиллиарда за прииск, разумеется, после обследования рудников их специалистами.

— Компания покойного Эрнеста Оппенгеймера? — уточнил я.

Белозерцев кивнул и добавил:

— Помимо золота, «Англо-Американская корпорация» занимается ещё платиной, медью, алмазами и другими полезными ископаемыми. Через основателя связана с «Ле Бирс». У неё многомиллиардные доходы, в конце шестидесятых ворвалась в сталелитейную индустрию, приобретя «Скоу Металс». Имеет рудники в Южной Африке, Латинской Америке, месторождения в Индии, активно осваивает производство целлюлозы, лесоматериалов, бумаги. Настоящие гиганты, у них давно многомиллиардные обороты, несколько десятков тысяч человек персонала. Заплатить за рудник полмиллиарда или миллиард долларов смогут легко.

— Как же хорошо, что мистер Дэниэль Рокволд нас, к сожалению, покинул, — лицемерно вздохнул я. — У этой компании, насколько я помню, банк «Манхэттен Чейз» — один из самых важных и крупных партнеров, сопровождающий и частично кредитующий многие большие сделки. Отсюда следует их связь с Мадлен.

— Так и есть, — усмехнулся Белозерцев. — Только мисс Рокволд они воспринимают не только как партнера, но и как возможного конкурента. Сначала они попробовали договориться с Шеро самостоятельно, не ставя Мадлен в известность. После отказа, обратились к мисс Рокволд, попросили повлиять на француза. Обещали дать процент от прибыли, если сделка при её посредничестве состоится. Безрезультатно.

— А что сама мисс Рокволд? — спросил я. — Неужели не предпринимает никаких движений?

— Ещё как предпринимает, — весело сообщил Белозерцев. — Вот об этом я и хотел поговорить. Как только Мадлен узнала о гигантском золотом месторождении, сразу помчалась в офис к Шеро. Пыталась осторожно получить более подробную информацию. Франсуа разговаривал с ней вежливо, но ничего прямо не сказал, однако намекнул, что это, действительно, его рудники и что скоро, он акционирует фирму-владельца через фондовую биржу. Хочет реализовать часть акций, чтобы получить инвестиции на организацию золотодобычи. Мадлен попросила придержать для неё десять-двенадцать процентов, и купила билеты в Москву. Завтра вылетает, послезавтра будет здесь. Хочет с вами поговорить. Но это ещё далеко не всё.

— И? — я вопросительно поднял бровь.

— Вы должны быть в курсе, что она сняла свой офис, на этаж выше вас, — вопросительно глянул полковник.

— В курсе, — подтвердил я. — Моя компания соучредитель её дома моды, она тесно сотрудничает с Макконелом, Джессикой, моими девочками из «Ники». Так что это не лишено смысла.

— Не лишено, — довольно подтвердил Виктор Иванович. — Тем более, можно установить «жучки», и сидеть этажом выше, слушать, о чем треплются ваши сотрудники.

— Она установила прослушку? — встрепенулся я. — Серьезно?

— Зачем мне шутить? — усмехнулся полковник. — Конечно, серьезно. Миниатюрные такие пуговички на присосках. В приемной, актовом и конференц-зале, бухгалтерии, даже в кабинете директора, когда общалась с Майком Адамяном. Везде, где побывала. К счастью, у вас хороший начальник службы безопасности, настоящий профи с огромным опытом. После ухода сотрудников с работы, ключи от кабинетов под роспись сдаются Баркли или Оливейре. Каждые два дня они проверяют все помещения и почти сразу их обнаружили.

Мы прослушку не трогали, пусть слушают целыми днями треп сотрудников, все равно там никто не в курсе наших дел. А Баркли и Оливейра ничего интересного в офисе не говорят, и ещё дополнительно ежедневно одежду проверяют на всякий случай.

— Замечательно, — криво усмехнулся я. — Мы под колпаком. А они?

— Тоже, — усмехнулся Белозерцев. — Баркли не был бы собой, если бы не организовал прослушку у них. Причем в отличие от вашей американской зазнобы сделал всё очень грамотно. Ежедневно в офис «Мадлен Ли» приходит много народу: журналисты, телевизионщики, кандидатки в модели, фотографы, различные заказчики, директора модных магазинов, чисто технически закинуть «жуки» в ответ, не составило никакого труда. Но он сделал акцент, не на количество, а на качество.

Теперь Баркли и Оливейра периодически сидят в дальней, закрытой комнате, официально считающейся пустой, слушают разговоры Мадлен. В огромных наушниках, чтобы ни звука наружу не вырвалось. Кстати, как раз об этом я и хотел с вами поговорить. Мы узнали много интересного. После прослушивания у штази и меня появилось несколько идей, как использовать информацию и закинуть юной Рокволд крючок с жирным червячком.

— Рассказывайте, — пожал я плечами. — Послушаю.

— Сейчас расскажу, — зловеще пообещал Белозеров. — Сначала о Мадлен. Предупреждаю: возможно, кое-что вас шокирует. Даже не знаю с чего начать.

— Например, о причинах её прилета в Москву, — любезно подсказал я. — О будущих замыслах и намерениях.

Вечером Анне позвонила Джессика. Сказала, что мисс Рокволд скоро вылетает, сообщила рейс, и попросила, чтобы я её встретил в аэропорту.

Встреча в Шереметьево прошла так же, как и прошлый раз. Мадлен отмахнувшись, от уже знакомого Джонса с парочкой охранников, с криком «Майки» бросилась мне на шею, жарко поцеловала, не обращая внимания на удивленные взгляды людей вокруг.

На этот раз она была не одна, с остановившимся чуть позади, улыбающимся Хэлловеем. Вдоволь нависевшись на моей шее, миллиардерша наконец разжала объятья и я смог обменяться рукопожатием с Джоном.