"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Машуков Тимур - Страница 628

Седой неожиданно с силой толкает замахнувшегося для нового удара армянина. Ашот летит под ноги Саньку. Образуется куча мала.

Десантник перепрыгивает через барахтающихся парней и засаживает обухом топора по корпусу отморозка. Седой мастерски уходит от удара, мягко опрокидываясь спиной на землю, пинает ногой Олега, отбрасывая его назад, переворачивается на бок, отталкивается рукой от земли и пробует дать деру. Хорошая, но неудачная попытка. Я врезаюсь в него с разбега, вышибая дыхание и вбивая бандита в широкий ствол дуба. Чуть отстраняюсь от хватающего ртом воздух седого и от души засаживаю ему рукоятью пистолета в голову. По лбу оглушённого отморозка ручейком стекают капли крови, а дуло жёстко упирается в горло.

Краем глаза контролирую окружающую обстановку, не забывая о своём противнике.

Ашот и десантник мощными ударами ног добивают стонущих сявок. Опытный Санёк, оценив бесчувственные тушки вырубленных отморозков, останавливает парней.

Убедившись, что у товарищей всё в порядке, возвращаюсь к разговору с седым.

Бандит находится в состоянии грогги и смотрит на меня затуманенными глазами.

— Ну что, завалить тебя, козла? — криво ухмыляюсь я, усиливая давление ствола на горло.

Седой выплывает из «нирваны». Туман в зрачках сменяется осмысленным выражением.

— Не надо, — бормочет бандит. Он держится за разбитую голову и с ужасом смотрит на меня.

— Не буду, — обещаю я и тут же добавляю, чтобы ему жизнь малиной не казалась. — Пока.

— Чего ты хочешь? — Седой стирает ладонью кровавые дорожки со лба.

— От тебя? — ухмыльнулся я. — Уже ничего. Только на пару вопросов ответь. Хотя можешь и промолчать. Но тогда не обижайся.

— Спрашивай, — обречённо выдохнул бандит.

— Вы по гоп-стопу постоянно промышляете или барыжничаете потихоньку, увидели жирненького карася и решили его распотрошить?

— Первое. — Седой держится за разбитую голову и настороженно наблюдает за мной. — Нам Алёшка Комар скидывает таких лохов. Бывает, к нему подходят фраера с баблом, желающие хорошо прикупиться. Так он их на нас переводит, особенно если лохи приезжие. А там вся схема отработана. Предлагаем пройтись недалеко, чтобы показать товар, и раздеваем лоха.

— Вас же предупреждали, что парень не один?

— Да мало ли кто о чём базарит, — кривится парень. Он пошатывается и, чтобы устоять, опирается рукой о ствол дерева. — Видно же было, что лох, да ещё и не местный.

— Плохое у тебя зрение, — усмехнулся я.

— Да я уже понял, — бурчит седой, стараясь не встречаться со мной взглядом.

— Ты понял, что мы люди непростые? — уточняю у отморозка.

— Понял, — согласился бандит, стреляя взглядом в мои пальцы, «украшенные» татуировками перстней.

— Сейчас мы с тобой разойдёмся краями. Без взаимных предъяв. Хотя вы, пацаны, конкретно накосячили.

— Слушай, вы вроде бродяги правильные, — оживился седой, поняв, что добивать его не будут. — Так чего за барыгу мазу тянете?

— Того, что барыга, как ты выразился, из одной серьёзной семьи. Правильной. Многим жуликам она помогла. А джинсы покупает он по нашей просьбе. Поэтому мы его и страхуем, чтобы проблем не было.

— Так подкатили бы к нам напрямую, проблем бы не было, — бубнит седой. — На хера такой цирк устраивать?

— Цирк вы устроили, когда нашего человека жомкнуть попытались, — обрываю бандита. — А что касается подкатить. На вашем рынке много ушей и глаз ментовских и гэбэшных, а мы светиться не хотим. Кстати, ты что, мне аккуратно предъяву кинул? Так мы в своём праве. Можем вопрос решить через старших. Разберём ситуацию, есть люди серьёзные, которые за нас слово скажут. И вообще, чего я перед тобой распинаюсь? Может, загрузить тебя за косяк? Или добавить ещё по-братски, чтобы не борзел и глупые вопросы не задавал?

— Не надо, — бурчит парень, отводя глаза, — замяли. Мы без претензий. Ошибочка вышла.

— Ладно, — великодушно машу рукой. — Проехали. Иди своих откачивай.

— Уходим, парни, — поворачиваюсь к ребятам. — Нам здесь больше делать нечего.

Парни подбирают кастет и выкидушку и трусцой бегут за мной к машине, оставив седого разбираться с вырубленными товарищами.

Когда выехали с Молдаванки, Санёк начал задавать вопросы.

— Миха, а зачем ты с ним вообще базарил? Дали по голове, ушли — и всё. На фига эти порожняки?

— Мы в Одессе будем ещё некоторое время, пока не решим проблему, — терпеливо объясняю товарищу. — Возможно, нас никто искать не будет. А может, наоборот. Эти пацаны хай поднимут, начнут нас вылавливать. Подключат местную шпану. Как думаешь, реальный вариант?

— Реальный, — признаёт Саша.

— Вот и смотри. Сейчас мы с седым поговорили. Разъяснили, в чём их косяк. Он, что очень важно, его признал и заявил, что к нам претензий никаких. При свидетелях. Правильно?

— Правильно, — нахмуренное лицо гопника разглаживается. — И после этого предъявить нам уже ничего не сможет.

— Точно, — улыбнулся я. — Мы ещё обозначились как сидявые пацаны. Ашот же предупреждал, что он не один, людей знает, а они, наркоманы хреновы, подумали, что им по ушам ездят, и не обратили на это внимания. Теперь виноваты во всём. А мы их великодушно простили и не стали, в свою очередь, предъявлять. Конфликт исчерпан. А если попробуют поднять тему, так мы кругом правы.

— А зачем ты старшими прикрывался? — не может успокоиться Санек. — За это спросить могут.

— Могут, — согласился я. — Но вот что, по сути, я сказал, помнишь? То, что за нас, если что, слово скажут серьёзные люди. Я дважды сидел, на хатах и в зоне со многими авторитетами пересекался. С тем же Японцем, Авоськой, Толей Чёрным, корешем Васи Брильянта приходилось общаться. Многих знаю, и люди за меня слово скажут. Я же не обещал, что они всем вокруг на фашистский крест задницы порвут. А подтвердить, что знают, и я нормальный пацан, смогут. И мы прикрыты со всех сторон, если конфликт продолжится и в будущем какие-то непонятки возникнут.

— Чётко, — помолчав, признал Саша. — Если так, согласен. Я тоже авторитетных людей знаю. Если что, могу обратиться к ним.

— Пока ни к кому обращаться не нужно, — отметил я. — Чем позже о нас узнают среди блатных, тем лучше. Это просто резервный вариант. Подстраховка на всякий случай.

— А почему ты с этим седым не захотел поговорить о цеховиках? — поинтересовался десантник. — Вдруг бы он вывел на них?

— Олег, не делай мне нервы, — с характерным одесским прононсом прогнусавил я. — Я тебя умоляю, какие гешефты можно делать с этими шлемазлами, ой вей.

— А если серьёзно, — не отстает боксёр. — Может быть, они помогли бы решить эту проблему?

— Эти наркоманы никакие проблемы решать не могут, — наставительно поднимаю палец вверх. — Они их только создают. Смотри, какая картина получается. Южный парень, явно не местный, ищет выходы для закупки крупной партии джинсов. Готов заплатить нехилые деньги. Эта банда ведёт его в укромное место, чтобы забрать бабло. И тут появляется вооруженная холодняком и огнестрелом команда, которая за несколько секунд их отбивает. А потом пытается найти цеховиков. Вот как бы ты на это отреагировал, будучи владельцем подпольного цеха? Явно не побежал бы к непонятным вооружённым отморозкам демонстрировать образцы джинсов. Либо затихарился, что более вероятно, либо отправил своих бойцов или прикормленных ментов разобраться с непонятными людьми, которые тебя ищут. Правильно?

Десантник на несколько секунд задумывается, а потом кивает.

— И ещё один момент добавлю. Ты не знаешь, что и как эти наркоты о нас расскажут. Вот, к примеру, мы с ними договорились, и они пообещали вывести на цеховиков. Но зло гарантированно затаили после того, как мы их отпинали. Можно любую подлянку в дальнейшем ожидать. Например, заманят на пустырь какой-то, нагонят побольше шпаны и попробуют нас там загасить. А если мозгов хватит, хотя я в этом очень сомневаюсь, даже разборку устраивать не нужно. Просто аккуратно кинуть пару намёков, мол, стукачи, ментовские подстилки или бригада от конкурентов, и цеховики с блатными сами с нами выяснять отношения бросятся. Поэтому никаких дел и последующего общения с этой шушерой. Дали им по голове, не позволили ограбить Ашота, работаем дальше.