"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Машуков Тимур - Страница 735

— Принеси, пожалуйста, — попросил я. — Всё понимаю, фигура у нашего Самурая что надо, девушки будут охать и ахать. Но боюсь, ментам чужд древнегреческий культ атлетического мужского тела. У них другие ассоциации возникают: прежде всего с дебоширами, хулиганами и алкоголиками.

— Чего это? — нахмурился Денис. — Я на алкаша не похож.

— Насчет дебоширов и хулиганов, не возражаешь, — улыбнулся я. — Это правильно.

— Да ну тебя, Миха, — отмахнулся Самурай. — Тебе лишь бы позубоскалить. Лучше скажи, что Олегу говорить будем? Машина то пострадала. А он из неё пылинки сдувает. Теперь ворчать будет.

— Ничего страшного, — отмахнулся я. — Герман же сказал, все сделает в наилучшем виде. Как новенькая будет. Отрихтует, покрасит, даже старые номера обратно повесит. А вообще, привыкайте. Машина — это не понты, а прежде всего средство передвижения для быстрого решения рабочих вопросов. А что-нибудь действительно хорошее, чтобы перед телками покрасоваться, позже купим. Что-что, а денег на это у каждого из нас хватит. И вообще я уже отдыхать хочу, а не с вами дискуссии вести. Двигай, Воха.

— На хату к Герману? — деловито уточнил водитель, когда Денис облачился в белую футболку. Она была великоватой на него, но в целом подошла.

— Туда, — кивнул я.

Машина тронулась. Через минуту мы уже неслись по пустынной подмосковной трассе, обгоняя редкие грузовики и легковые машины. Я задремал, убаюканный плавным ходом машины и незаметно для себя вырубился.

Проснулся, только когда меня начали трясти за плечо.

— Миха, просыпайся, приехали.

Я открыл глаза, и недовольно буркнул.

— Серега, хватит меня дергать. Понял.

— Ладно, — бывший опер убрал руку и отодвинулся от меня.

Я огляделся. Мы остановились прямо у подъезда Германа. Лучи восходящего солнца окрасили нежным багрянцем силуэты многоэтажек. Бодрящая прохлада ночи таяла вместе с уходящим сумраком. Наступало солнечное ленинградское утро.

— Ну что, ребята, вылазьте, — пробасил Воха. — Мне ещё обратно ехать.

— Спасибо, что подвез, — поблагодарил я, протягивая руку. — Выручил.

— Не за что, — буркнул водитель, но ладонь пожал. — Моё дело маленькое. Командир приказал — я сделал.

— Все равно спасибо, — улыбнулся я.

Самурай одним движением снял с себя футболку.

— Зачем? — скривился Воха. — Оставь себе. И вообще…

— Нам чужого не нужно, — оборвал его афганец. — Выручил, спасибо. Но футболки у меня и свои есть.

Первым из машины выбрались Денис и Сергей. За ними выскользнул я. Первым в темную бездну подъезда нырнул бывший опер, за ним я, третьим — Денис. Не знаю как ребята, но я дико хотел спать и мечтал лишь об одном — добраться до дивана, который любезно уступил мне хозяин, и нырнуть в объятия Морфея часов на восемь…

Утром меня опять разбудили.

— Вставай, лежебока, — раздался голос Германа. — Хватит спать. Уже двенадцать дня.

— А? Чего? — я с трудом разлепил глаза и проморгался, приходя в себя.

— Тут ваш парень Ашот звонит, — сухо сообщил немец. — Просит тебя к телефону.

— Аааа, — я сладко зевнул, потянулся, хрустнув суставами и рывком сел. — Чего ему надо?

— Не знаю, — пожал плечами питерский «Лундгрен». — Я предлагал ему с ребятами поговорить. Не хочет. Требует тебя.

Ладно, — я откинул простыню, пружинисто вскочил и двинулся в коридор, где на тумбочке стоял телефон.

Серьезный Сергей, с сосредоточенным видом слушающий бубнеж Ашота, передал мне трубку.

— Привет, Ашот, — буркнул я.

— Здорово, Миша, — мой армянский друг как всегда был бодр и полон жизни. — Чего полдня спишь? Ты у нас так не дрых. Никогда не поверю, что в Ленинграде встречают друзей лучше, чем у нас в Ереване, да.

— Встречают, — проскрипел я. — Так встречают, что полночи носишься как угорелый.

— Какие-то, проблемы? — переполошился Ашот, даже голос повысил. — Ты скажи, мы сразу с Олегом к тебе вылетим, да. Он уже Санька домой привез, как ты просил, да.

— Никаких проблем, — успокоил его я. — Во всяком случае, тех, которые мы не смогли бы решить. Никому никуда вылетать не нужно. Сейчас всё нормально. Подробности при встрече. Лучше расскажи как там Саня?

— Нормально Саня, — хихикнул товарищ. — Щеки как у хомяка себе наел. Хочет тебя поскорее увидеть.

— Увидит, — отмахнулся я. — Ты лучше скажи, от наших армянских друзей новости есть?

— Есть, да, — весело подтвердил Ашот — Каринэ просит, чтобы ты прибыл в Ереван. Хочет лично долг вернуть. Ну ты меня понял, да?

— Понял, — подтвердил я. — А что без меня никак?

— Никак, дорогой, — хихикнул товарищ. — Такой горячей девушке отказать нельзя. Сказала, что только тебя хочет видеть и все. Не приедешь — обидится.

— Главное, чтобы Вартан Оганесович не обиделся, — глубокомысленно заявил я. — Мы с ним только подружились.

— Не волнуйся, я думаю, Каринэ знает что делает, да, — жизнерадостно ответил друг. — Так что, ты вылететь в Ереван можешь?

— Могу, — вздохнул я. — Постараюсь купить билеты на завтра….

Деликатный стук заставил меня отвлечься от воспоминаний. За дверью обнаружилась смущенная Анна. Девушка сменила брючный костюм на элегантное платье цвета морской волны. Ткань плотно облегала фигуру, подчеркивая узкую талию, высокую грудь и наискосок подрезала бедра, показывая аппетитные стройные ножки и синие туфельки на каблуках. Каштановые локоны мягкой волной спадали на хрупкие коричневые от загара плечи, а на шее моего секретаря сверкала изящная цепочка из белого золота с маленьким, переливающимся радужными искорками на многочисленных гранях, круглым брильянтом.

— Эээ, — я потрясенно замер. Все слова вылетели из головы.

— Михаил Дмитриевич, что-то не так? — невинно спросила девушка и улыбнулась, довольная произведенным эффектом.

— Всё так, Анна, — ко мне наконец вернулся дар речи. — Ты потрясающе выглядишь.

— Спасибо, Михаил Дмитриевич, я старалась, — улыбка у секретарши стала ещё шире. — Рада, что вы оценили. Я могу пройти?

— Конечно, — кивнул я, посторонился, впуская девушку в номер, закрыл за ней дверь и язвительно поинтересовался:

— Испытываешь на мне свою неотразимость и ставишь эксперименты? Смотри, доиграешься. Нет, я не буду использовать своё положение, и домогаться тебя. Просто тоже начну с тобой играть и ставить эксперименты. Свои. Но они тебе могут не понравиться. Запомни, солнышко моё ясное: ты, конечно, великолепна и совершенна как богиня Афродита, вышедшая из морской пены, но я тебя ценю не за это.

— А вот сейчас обидно было, — надула губки секретарша. — Я, конечно, знаю, что само совершенство. Но неужели, я вам хоть чуть-чуть не нравлюсь как женщина?

— Очень нравишься, — искренне ответил я. — Но, видишь ли, солнышко, вся проблема в том, что нельзя смешивать служебные романы и личную жизнь. Особенно между начальником и секретаршей. В девяноста девяти случаях из ста, первый полностью теряет вторую как специалиста. Секретарша постарается по максимуму использовать интимную близость с шефом, как минимум, для построения карьеры, как максимум, получения более близкого статуса — супруги или больших материальных благ. А я слишком ценю тебя как участника нашей маленькой, дружной команды, и ни в коем случае не хочу терять такого умного и компетентного сотрудника.

— Только вот, — начала отвечать девушка и опомнившись, прикусила губку. — Извините.

— Что, только? — я смотрел на секретаря добрыми усталыми и проницательными глазами группенфюрера СС Мюллера. — Раз начала, говори, что хотела.

— Нет, ничего, — девушка тряхнула каштановыми локонами. — Простите, Михаил Дмитриевич, слишком расслабилась, была не права.

— Давай я тебе подскажу, — вкрадчиво предложил я. — Ты наверно намекала на некие неслужебные отношения с Каринэ Давидовной?

— Михаил Дмитриевич, давайте не будем развивать эту тему, — Анна покраснела. — Я же уже извинилась.

— Нет уж, Анна, давай этот вопрос проясним до конца, — твердо настоял на своем я. — Скажи мне, только честно. Ты Каринэ имела ввиду?