"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Машуков Тимур - Страница 739

— Вот тебе, гуталин хренов, Максимка недоношенный, — орал Саня, от души охаживая длинной ржавой железкой, испуганно закрывающего голову чернокожего в серой толстовке. Поднимались в воздухе и бессильно опадали клочья и полоски ткани, ещё недавно нового пиджака.

Второй с козлиной бородой и огромной кровавой шишкой на лбу лежал в позе морской звезды, разбросав в стороны руки и ноги. Грязные дреды бородатого, спутанными клубками расплескались по асфальту. Рядом валялся наполовину раскрытый балисонг — индонезийский нож-бабочка. Чуть поодаль на куче с рассыпанными бутылками, бумагами, обертками, картофельными очистками, банановой кожурой и другими отходами продуктов, гордо возвышался помятый черный берет.

Избиваемый негр жалобно повизгивал, прикрывая окровавленную голову руками:

— Ноу, ноу, щит, плиз, сорри.

— Сейчас я тебе такой плиз сорри, выдам, мало не покажется, — бесновался наш приятель, продолжая азартно молотить черного железной палкой. — Будете знать, как пиджак портить, жертвы апартеида.

— Саня, — окликнул я, увлекшегося избиением приятеля.

Бывший гопник замер с поднятой рукой и медленно повернулся к нам.

— Миха, Олег, — растерянно произнес он. — А мне тут пиджак эти уроды порезали.

Избитый негритос попытался воспользоваться шансом и резко стартовал к калитке. Напоролся на короткий хук Олега, и улегся на кучу мусора, рядом со своим бородатым приятелем.

— Мы с тобой об этом потом поговорим, — зловеще пообещал я. — Во всех подробностях. Сейчас отсюда надо делать ноги, пока местные не позвонили в полицию. А где третий? Нам сказали, их трое было.

— Трое, — подтвердил Саня. — Один сбежать успел, когда я их гасить начал.

— Тогда тем более валить надо, — напрягся я. — Он может подмогу привести.

— Поздно, — десантник кивнул на калитку. — Уже привел.

Из арки вышли четверо чернокожих. Возглавлял процессию худой нигга, ростом чуть выше меня. Из-под расстегнутой тонкой ветровки виднелась рукоять «глока», небрежно заткнутая за пояс. За ним двигался двухметровый слоноподобный громила. Кожаную жилетку, надетую на голый торс, распирало от огромных мышц. Лысина весело сверкала на солнце, а обнаженные бицепсы на здоровенных ручищах, перекатывались огромными шарами. Справа от него, крадучись, двигался жилистый паренек, выставив перед собой блестящее лезвие ножа. Замыкал процессию, немного помятый и потасканный мэн, размахивая перед собой бейсбольной битой.

— Встряли, — глубокомысленно заметил Олег, окидывая оценивающим взглядом процессию.

— Так, снежки, быстро отдали нам бумажники и кредитные карточки, — выдал худой. — Тогда мы позволим вам уйти, относительно целыми. Но перед этим как следует проучим вот этого. Он поднял руку на наших братьев.

Черный палец с обломанным ногтем, ткнул в побледневшего Саню.

— Я сейчас его вырублю, — тихо сказал я. — Олеж, бери на себя здорового рядом. Сможешь его уложить?

— Смогу, — кивнул десантник. — Борода у всех одна.

— Саня, страхуешь нас и гасишь придурка с ножом.

— Сделаю, — кивнул бывший гопник.

— Чего вы там треплетесь? — нахмурился худой. Ладонь гангстера легла на рукоять пистолета.

— Ничего, — я достал из внутреннего кармана, несколько стодолларовых купюр. — Сказал своим друзьям, чтобы не пытались сопротивляться. Мы отдадим деньги. Жизнь и здоровье важнее.

Я шагнул вперед, протягивая худому деньги. Черный самодовольно ухмыльнулся, снял ладонь с рукояти пистолета и протянул вперед.

Я скакнул к нему, пробив ребром ладони точно в щетинистый кадык. Нигга булькнул, схватился за шею и пошатнулся. На обратном движении, резко выдернул из-за пояса пистолет, в последнее мгновение, чудом уйдя от метнувшегося в грудь ножа жилистого.

Олег тоже времени зря не терял. Рванулся вперед и всадил в бороду лысого мощный прямой правой. Голова гиганта мотнулась, глаза закатились, и он бесформенным кулем рухнул на асфальт, подняв столб пыли.

Саня подстраховал десантника справа, приняв удар битой на свою железку, и резко оттолкнув плечом противника. Потасканный отлетел назад, так протаранив спиной решетку арки, что сверху посыпалась штукатурка. Саня добавил согнутому и хрипящему главарю с ноги, и отпрыгнул обратно, уходя от ножа жилистого. Но уберечься ему не удалось. Жилистый мягко скользнул вперед, и умудрился на излете достать кончиком лезвия предплечье бывшего гопника.

— Сука, — прошипел директор по общим вопросам, зажимая ладонью небольшой порез.

— Стоять, сукины дети, — я поднял «глок». Палец лег на спусковой крючок и напрягся, готовый в любой момент выстрелить. Ствол уставился на сразу поскучневших негров.

— Биту и нож на землю, быстро и руки вверх. Даю три секунды и стреляю.

Палка и выкидной нож упали на асфальт. Потрепанный и жилистый обреченно подняли руки.

— Звездец, тебе, уголек, — кровожадно оскалившийся Саша, шагнул вперед. Жилистый испуганно съежился.

— Саня, не нужно, — окликнул я, но было поздно.

Носок туфли врезался в пах жилистого. Негр тоненьким голоском взвыл, согнулся, схватился ладонями за поврежденное место, и медленно повалился на землю.

— Нужно, Миша, нужно, — процедил бывший гопник и двинулся к потрепанному. Последний из бандитов получил железкой по поднятым рукам, а потом был с размаху стукнут головой об стенку.

— Эта сука сбежала, и отморозков привела, — пояснил свои действия Саня. — Извини, не мог удержаться.

— Ну и хрен с ними, — отмахнулся я. — Валим.

— Сейчас, — бывший гопник, придерживая ладонью порез, двинулся к лежащим телам. — Надо обшмонать клиентов. Грех их так бросать. Сами напросились.

— Ты что, сдурел?! — разозлившийся Олег схватил дернувшегося вперед Сашу за шкирку, как котенка. — В любой момент менты могут примчаться. Оно нам надо? Валим!

— Уходим подальше отсюда, — деловито сообщил я, когда мы выскользнули из арки. — Затем поймаем такси или попросим в одном из магазинов, чтобы вызвали. Денег дадим, если понадобится. Всё, пошли. Да, Саня, сними свой пиджак порезанный, ты в нем на пугало огородное смахиваешь. Мы тебе новый купим, ещё лучше. А этот по дороге выбросим.

Двое мужчин на крыше дома молча наблюдали, как трое русских скрылись в арке.

— Всё снял? — изящный брюнет лет с брутальной щетиной, лет сорока, глянул на спутника.

— Да, мистер Моррис, — второй мужчина оторвался от окуляра камеры. — Можем уходить.

— Замечательно, — ухмыльнулся брюнет, и протянул руку — Кассету.

— Пожалуйста, мистер Моррис, — оператор опустил камеру, щелкнул кнопкой, потом ещё раз. Крышка плавно отъехала в сторону.

Кассета перекочевала в руку брюнета.

— Только для нее адаптер нужен, — напомнил оператор.

— Я разберусь, Джон, — процедил брюнет, брезгливо оттряхивая запачканные пылью брюки.

— Мое дело предупредить, мистер Моррис, — вежливо ответил спутник.

Нам невероятно повезло. За два квартала от места побоища нашлась аптека. Я купил бинт, вату и бутылочку с перекисью водорода, в одном из двориков обработали рану и перевязали руку Сане. Там же я выбросил пистолет в мусорный бак, тщательно протерев рукоятку. Олег пожертвовал раненному товарищу свой пиджак, чтобы бинт не бросался в глаза. Через три квартала мы поймали пустое такси. Можно было сразу доехать до «Плазы», но я предусмотрительно, на всякий случай, попросил высадить нас у метро «Пятая Авеню», недалеко от отеля.

На этаже нас встретила встревоженная Анна, предупрежденная администратором о нашем приходе.

— Я уже думала в полицию звонить, — сообщила взволнованная девушка. — Места себе не находила, думала с вами что-то случилось.

— Зря, — улыбнулся я и подхватил секретаря за руку. — Говорил же, все будет нормально. Надо верить начальнику.

— Я верю, — тихо ответила Анна. — Просто переживала очень.

— Ладно, идем в мой номер, там поговорим.

В номере я усадил всю компанию на большой диван, достал из бара четыре бокала и початую бутылку «Tenuta di Bibbiano». Мои компаньоны и Анна молча наблюдали, как вино насыщенно рубинового цвета разливалась в длинные узкие стеклянные чаши. Я поочередно вручил всем бокалы и устроился напротив, с удобством расположившись в огромном мягком кресле.