"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Машуков Тимур - Страница 997

— Оу, — седые кустистые брови старика изумленно поднялись. — Вы разбираетесь в вине? Как неожиданно. Вы полны сюрпризов, мистер Елизаров.

— Можно, откровенно, мистер Барух? — уточнил я.

— Конечно, — кивнул Бернард. — Откровенность — основа доверительных отношений, на которых строится партнерство.

— Мир коммерции полон условностей и неписаных правил, — тонко улыбнулся я. — У нас есть такая поговорка: «Встречают по одежке, а провожают по уму». На презентациях, приемах, праздниках заводятся знакомства, заключаются серьезные сделки. Первого впечатления обычно хватает, чтобы составить мнение о человеке, согласиться рассмотреть либо сразу отклонить предложение выгодного контракта или серьезного проекта. Для работы в большом бизнесе надо знать тонкости этикета, разбираться в экономике, политике, спиртных напитках, поддержать разговор на любую тему и не выглядеть профаном.

— Браво, мистер Елизаров, — олигарх усмехнулся и трижды громко хлопнул в ладоши. — Вы не перестаете меня удивлять. Для человека, выросшего в тоталитарной стране с цензурой и отсутствием предпринимательства, демонстрируете удивительную эрудицию и понимание современных реалий.

— В апреле восемьдесят пятого у нас сменился курс, а после январского съезда КПСС, через два года началась Перестройка, — напомнил я. — Коммерческие предприятия растут как грибы, литературы, газетных статей и другой информации по бизнесу много. Кто хочет учиться, получает знания, пытается повысить уровень, кто продает, образно говоря, трусы и не желает расти как предприниматель, в лучшем случае, так и останется торговцем нижнего белья, а в худшем — банально разорится, поскольку будет не способен даже на простейший анализ рынка.

— Согласен, — посерьезнел Барух. — Вы все очень правильно сказали. Амбиции и знания — двигатель прогресса в любой сфере. В бизнесе — тоже.

— Видите, мистер Барух, начало положено, — улыбнулся я. — Согласие, как говорил герой одного советского сатирического романа, есть продукт непротивления сторон. Вы что-то хотели мне предложить?

— Пока только лично глянуть на интересного советского бизнесмена, одного из самых первых миллионеров в вашей стране, познакомиться и пообщаться, — Бернард опять добродушно улыбнулся, но глаза по-прежнему остались холодными и настороженными. — О вас очень хорошо отзывался мой друг — Даниэль Рокволд. Всё к чему вы прикасаетесь, превращается в золото. Это меня заинтересовало.

— Только познакомиться и пообщаться? — удивился я. — И всё?

— Так вы выпьете что-нибудь? — резко сменил тему Барух. — Рекомендую «Шато Лафит». Вы угадали: оно действительно из подвалов Томаса Джефферсона. Я купил несколько бутылок на аукционе и могу сказать, лучшего ничего не пробовал. Потрясающий вкус с нотками черной смородины, восточных пряностей, ягод и табака. Попробуешь глоток, на душе становится тепло и хорошо. В мире осталось меньше двадцати бутылок выпуска этого года.

— Давайте, -охотно согласился я.

Олигарх глянул на одного из громил, указал взглядом на бутылку, тот бесшумно приблизился, протер тряпкой стекло, здоровенной лапищей взломал чёрный сургуч, вытащил штопором начавшую крошиться пробку и разлил бордовую жидкость по бокалам.

Я отпил и невольно зажмурился от наслаждения, ощущая бархатно-пряный вкус вина, теплой волной разлившегося по телу.

— Ну как? — довольно улыбнулся, внимательно наблюдавший Бернард.

— Знаете, очень даже хорошо, — я осторожно поставил бокал на стол. — Вкус необычный, я такого никогда не пробовал.

— Естественно, — царственно кивнул Барух. — Вы вряд ли сможете когда-либо снова выпить «Шато Лафит» урожая тысяча семьсот восемьдесят седьмого года, как и любой другой напиток, стоящий на этом столе. И дело даже не в деньгах, бутылок осталось слишком мало и каждая, как вы правильно заметили, находится в винных коллекциях мультимиллионеров и миллиардеров.

Я вежливо промолчал, ожидая продолжения.

— Я увидел, что хотел и познакомился с вами, — продолжил олигарх. — Наверно, очаровательная Мадлен уже беспокоится. Не будем заставлять девушку долго ждать. У меня тоже намечена очередная встреча.

«И что это было?» — с недоумением подумал я. — «Барух захотел просто посмотреть на меня и пообщаться? В жизни этому не поверю!».

— Мистер Елизаров, — неожиданно окликнул Бернард, когда я уже был возле двери. — Если позволите, ещё пару слов.

— Да, конечно, — я повернулся и глянул в прищуренные насмешливые глаза деда. — Слушаю вас, мистер Барух.

— Можно дать вам один совет?

— Естественно, можно.

Старик преобразился. Вместо добродушного пожилого человека передо мной сидел матерый хищник. Морщины немного разгладились, на скулах набухли желваки, сжатые губы превратились в узенькую полоску. Глаза Бернарда сверкали яростным огнем, тяжелый взгляд сверлил моё лицо.

— Большие деньги и власть — две стороны одной монеты, — сухо процедил он. — Без власти невозможно заработать по-настоящему огромные суммы, и, наоборот, без финансов и нужных связей нельзя взойти на политический Олимп. Если вы думаете спокойно делать бизнес и не лезть в политику — это возможно лишь до определенного момента. Чем больше вы зарабатываете, тем сильнее привлекаете внимание сильных мира сего. Рано или поздно вы станете перед проблемой защиты и преумножения своего капитала. Без участия в политике, прямого или через доверенных лиц, это будет невозможно. Иначе государство залезет в ваш бизнес и полностью разорит. На этой развилке важно сделать верный выбор. Примкнуть к правильной стороне. Я, например, это сделал. Моя страна — лидер индустриального мира. Здесь рождаются самые передовые технологии, которые в будущем изменят жизнь людей. США — первая экономика планеты, достигающая четверти от общемировой, несмотря на аутсорсинг наших производств в другие страны с дешевой рабочей силой. Мы собираем у себя лучшие мозги планеты, и всегда идём на несколько шагов впереди других стран. Нет силы, способной нам противостоять.

— Вы меня вербуете? — подчеркнуто вежливо спросил я.

Смех Баруха был похож на хриплое карканье. Наконец олигарх остановился, вытер салфеткой, выступившие на бескровных серых губах пузырьки слюны и снисходительно улыбнулся:

— Ну что вы, мистер Елизаров, разве я похож на сотрудника ЦРУ? Уверяю, мне не нужны секреты, ни ваши, ни вашей страны. Этим занимаются абсолютно другие люди.

Секунду подождал и продолжил:

— Я даю вам пищу для размышлений. Вы же умный человек, Майк, вот и подумайте над моими словами. Возможно, я прилечу в Москву или вы снова в Штаты, и мы продолжим наш разговор. Или не продолжим, кто знает, как повернутся события. В любом случае, вам есть о чем подумать. Я больше не смею вас задерживать. Всего доброго.

— И вам всего доброго, мистер Барух, приятно было познакомиться, — с бесстрастным лицом вежливо ответил я.

— Мне тоже, мистер Елизаров, мне тоже, — проскрипел старик…

После банкета Мадлен дала короткую пресс-конференцию журналистам и телевизионщиками. Ответила на вопросы, пообещала, что в скором времени дом моды «Мадлен Ли» удивит и порадует публику новыми эксклюзивными нарядами, поблагодарила коллектив, сумевший создать настоящие шедевры. Правда, я перед показом договорился с девчонками, сохранить всё в тайне, чтобы презентовать в Союзе одежду как от американского бренда, а потом, когда она обретет широкую популярность, раскрыть личности создательниц дома моды. Но несколько общих снимков, на память, мы сделали, когда выходили, а охрана оттеснила посторонних. Девчонки и Мадлен были очень уставшими, но счастливыми. Сегодня Алёна и Маша сделали первый шаг к будущим большим заработкам в мире моды и последующей известности в Америке, а мисс Рокволд светилась радостью и положительными впечатлениями от презентации своего нового предприятия. Я же мелькать на светских раутах, показах мод, козырять участием в создании «Мадлен Ли» не собирался, и после одного общего снимка, сделанного нашим новым штатным фотографом, тихонько отошел в сторону. Известность в этой сфере, не привлекала — будущих дивидендов от прибыли, было вполне достаточно.