Развод. Ты ее копия (СИ) - Багирова Александра - Страница 11

Глава 19

Анфиса

Возвращаюсь домой после встречи с Акимом. Настроение ниже нуля. В душе такой раздрай, хоть вой.

Я видела по видео, как Макс в своем кабинете мило беседовал к бывшей. Он так ее хотел, что даже лицо переклинило. Хорошо, что Аким не показал продолжение, которое потом последовало.

Он уберег меня от этого мерзкого зрелища.

И снова он засыпал фактами. И убеждал уйти от мужа. Обещает во всем помочь, и с врачами, и с деньгами на новом месте.

А я пока не представляю, как довериться абсолютно незнакомому человеку? И пока во мне нет решительности уйти от мужа.

Знаю, другая бы на моем месте давно психанула и хлопнула дверью. А я не могу. Моя любовь, вопреки всему держит.

И какая-то совсем идиотская надежда, а вдруг все неправда?

Это даже смешно, мне предоставили такие доказательства, что сомнений быть недолжно. Но они есть. Точнее нелепая вера, что все еще окажется иначе.

Аким был очень внимательным, постоянно спрашивал про мое здоровье. Говорит, я ему сестру напоминаю, хочет оградить от этой мерзости.

Но он все равно незнакомец.

А знаю ли я своего мужа?

Прихожу домой, а Макс уже дома. Выходит в коридор, складывает руки на груди и смотрит на меня сурово.

— Где была?

— Гуляла, — разуваюсь.

Обычно он помогает мне, сейчас нет. И пальто мое не помогает снять.

— Где?

— Макс, что за допрос. По городу.

— Ну да… ну… да, — бормочем себе под нос и уходит в гостиную.

Ладно у меня есть причины быть отстраненной, а с ним что случилось?

Выяснять не иду. Он меня не трогает, и хорошо. Мне надо прилечь в постель и еще раз все обдумать.

Утром нет привычного завтрака. Макс задумчиво пьет кофе, здоровается со мной кивком головы.

Что происходит?

Задаю вопрос мысленно. В слух не рискую спрашивать.

Кажется, я знаю на него ответ. Он думает о своей Нате. А со мной ему надоело играть в заботливого мужа. Но уйти не может, ведь я глубоко беременна.

Обуза.

Именно так себя ощущаю.

Не в силах этого вынести, разворачиваюсь и ухожу в спальню.

Через минут пять слышу хлопок двери.

Хотела подтверждения. Так вот они. Я мужу уже опротивела. Естественно, там его ждет Ната, стройная и на все готовая.

Закрываю лицо подушкой и рыдаю в голос.

Я не смогу это долго терпеть. И не нужно терпеть.

Ради чего? Ради ребенка мучиться? И кому от этого лучше будет?

Чем быстрее это все разорву, тем быстрее начну вытравливать его из сердца.

Как-то справлюсь, как-то научусь жить без него.

Но как итог, весь день я провожу в постели. Пытаюсь отвлечься, читать, смотреть фильмы, готовить.

Ничего не получается. Такими темпами я снова доведу себя до больницы. Или того хуже.

Макс домой возвращается только в одиннадцать. Угрюмый, бледный в ореоле собственной ярости.

— Ты почему так поздно? — спрашиваю тихо.

— Работа, — в голосе раздражение. Потом резко вскидывает голову, — А ты типа не знаешь?

— Не знаю чего?

— Что у меня на работе.

Ната твоя, на твоем столе. Что ж еще…

— Откуда мне знать, если я безвылазно дома сижу.

— Так уж и безвылазно? — с издевкой.

— Если у тебя на работе какие-то проблемы, не надо на мне злость срывать, — разворачиваюсь и хлопаю дверью спальни.

Никогда раньше он так не поступал. Всегда говорил, что рабочие вопросы надо там и оставлять. А дома отдыхать с женой.

Но сейчас оно понятно, с ней время проводит, плюс еще работа, а потом надо возвращаться ко мне, вот и бесится, что меня приходится терпеть.

Я ж только копия. Зачем я, когда к нему оригинал вернулся.

Проходит еще три дня нашего существования под одной крышей. Мы перекидываемся всего парой фраз. Между нами все сильнее растет стена отчуждения.

Аким пишет мне постоянно, интересуется как мои дела. О Максе больше ни слова. Спрашивает о малыше, рассказывает смешные случаи на работе. Ничего такого, но после разговоров с ним и легче, и одновременно сложнее. Потому как я понимаю надо что-то решать. А сделать этот шаг не могу.

На четвертый день, когда муж уходит на работу, я решаю прогуляться. Иначе реально зачахну без свежего воздуха.

Иду в парк. Неспешно брожу. Потом захожу в кофейню и пью чай. На улице, среди людей немного легче. Заказываю себе еще чаю. Так хорошо, что домой не хочется. Я знаю, как приду домой, снова тяжесть навалится.

— Анфиса, привет! — за мой столик бесцеремонно усаживается Ната. — Ты только не волнуйся! Я с миром.

Глава 20

— Я уже ухожу, — мгновенно поднимаюсь с места, была бы моя воля, я бы уносила ноги со скоростью света от нее. Но увы, мой огромный живот не позволяет этого сделать.

— Не надо меня бояться, — улыбается, словно я ее лучшая подруга.

— Я тебя не боюсь, ты мне противна, это разные вещи.

— Боишься, — склоняет голову на бок, пристально мне в лицо вглядывается. — Что я появилась, что могу увести у тебя мужа, за которого ты держишься из последних сил.

— Я не хочу слушать твой бред, разворачиваюсь и ухожу из кафе.

Она семенит рядом. Идет легко, непринужденно, вся такая воздушная, стройная красивая. А во мне что Макс видит, увеличенную плохую копию Наты?

Больно… ведь не внешность главное. Душа человека куда важнее. Я Макса именно за поступки полюбила, а он меня за что?

А любил ли вообще?

Как я и предполагала она идет следом за мной. Чтобы вызвать такси и избавиться от нее надо пройти по парку.

— Я не хочу с тобой говорить. Не доходит? — говорю грубо.

— Анфиса, я понимаю, как тебе сейчас. Все к чему ты привыкла рушится. Но, неужели ты и дальше хочешь удерживать его ребенком, зная, что ты всегда была лишь моей копией?

— Я его не держу.

— Держишь. Максик со мной и с тобой. Он разрывается между долгом и чувствами? Почему мы не можем договориться, чтобы всем было хорошо.

— С такими как ты не договариваются.

— Хм, любопытненько, — усмехается, изящно выгибая свои губы. Форма ее губ очень похожа на мою.

Они у меня подколоты… Макс настоял. Сказал надо чуть-чуть, чтобы подчеркнуть мою красоту. Ага, как же, чтобы они стали копией губ, о которых он грезил.

Немедленно хочется стереть себя все, что делает меня похожей на нее.

— Ты меня совсем не знаешь, но уже сделала выводы какая я, — продолжает.

— Мне плевать какая ты, просто избавь меня от разговора с тобой.

— Я за этим и пришла, Анфиса. Помочь тебе.

— Себе ты хотела сказать.

— Себе тоже, Макс мой и всегда им был. А сейчас мы вынуждены прятаться по отелям. Потому как он хочет этого ребенка, и тебя жалеет. Приручил ведь, — в глазах появляется жалостливый блеск. — Знаешь, Максик, столько нежностей мне говорит, как скучал, как обо мне думал. Почему вообще ты появилась, так он хотел хоть немного облегчить боль от нашего расставания. Мы все обсудили, забыли прошлые обиды, готовы идти дальше… но…

— Я же вам так мешаю. Уйди, я не хочу тебя слушать.

— Я же тоже беременна, Анфис. Только мой ребеночек еще совсем крошка, и он тоже хочет, чтобы у него был папочка, — кладет руку на свой плоский живот. — Думаю, у меня будет девочка.

— Мне плевать, кто там у тебя будет. И еще неизвестно, чей это ребенок.

— Макса, можно сделать тест, еще до рождения малыша и все узнать. Можно спросить его же, он расскажет про ту страстную ночь, когда наш ребеночек был зачат. Я могу рассказать, как это было…

Она издевается!

— Заткнись! — обрываю ее. — Мне не интересен твой бред. Сколько раз еще повторять.

— Тогда уходи. Я дам тебе денег. Хочешь квартиру в другом городе? Я куплю. Озвучь свою цену.

— Ты думаешь чувства продаются? А Макс, ты его решила купить?

— Я на все пойду ради своего счастья. Скажу даже больше, я готова усыновить твоего ребенка, — выпаливает так, словно сообщает мне мега крутую новость.