Аромат теней - Петтерсон Вики - Страница 34

– Правда? Он кивнул.

– И как раз вовремя. Вскоре Тульпа учуял бы ее беременность. Но она нашла Уайатта Нельсона и сразу сама его убила. Сумела уйти и исчезла, как дым.

Проблема в том, что всякий раз, убивая кого-то, ты уничтожаешь его опознавательный запах, а на его месте оставляешь свой. Это прекрасно, если тебе нужно признание, но очень плохо для конфиденциальности. Когда Тульпа узнал, что его предала твоя мать, он обезумел от ярости.

– Но стал ли он слабей? Майках покачал головой. – Он стал сильней. Словно перерезав нити марионетки ты обнаруживаешь, что только освободила ее. Вера других Теней была достаточно сильна, чтобы он продолжал существовать, и поэтому он получил свободу. Он мог уничтожать все, что хотел, разрушать и править организацией Тени по своему усмотрению. А он больше всего хотел найти Зою и убить ее. И тут Зоя проявила свою гениальность. В то время как он повсюду искал ее, она замаскировала свой запах, приняла на себя новую личность и стала жить с Ксавье. Она скрывалась прямо у трона Тульпы. Вскоре после этого родилась ты – ребенок Ксавье для всего мира.

А, потом у нее родился и настоящий ребенок Ксавье. Я задумалась, а любила ли она когда-нибудь мужчину.

– Она просто не желала сдаваться, – продолжал Майках, качая головой. – Никогда не видел более целеустремленной и смелой женщины. Она провела годы с Тульпон, потом годы с Ксавье, отказавшись от любых радостей, от любой возможности нормальной жизни.

– И все же она потерпела неудачу, – заметила я.

– Да, но была очень близка к победе, – ответил он, заправляя локон мне за ухо. – Еще несколько недель – и он был бы у нее в руках.

– Но что? – подтолкнула я его. Мне нужно было узнать, почему она так неожиданно исчезла – в тот момент, когда и я, и эти люди больше всего в ней нуждались.

– Но ты. – Майках смотрел на меня с горькой улыбкой на лице. – Ты унаследовала не только скулы своей матери, Джоанна. Ты обладаешь ее генетической картой, и хотя свой запах она смогла скрыть, ты оставалась незащищенной. Ты достигла половой зрелости, вступила в период, который мы называем вторым жизненным циклом, и твои гормоны начали буйствовать. Агенты Тени прочесывали город в поисках Зои, и один из них…

– … нашел меня.

Я закрыла глаза: последние детали паззла легли на место. Неудивительно, что ее горе было так пронизано чувством вины.

– Он пытался убить тебя, убить все, что хорошо и чисто… и убить Зою в тебе. Ты должна знать: любой из нас погиб бы в ту ночь.

Но я не умерла. Почему? Я посмотрела на себя в зеркало и заметила, что глаза по-прежнему мои. При упоминании о нападении на меня они потемнели, стали черней ночи.

– Его гены, – произнесла я. – Они меня защитили. Майках наклонил голову.

– Думаю, можно сказать, что Тульпа стал теперь твоим творцом. Ты нечто совершенно новое, Джоанна, нечто невиданное раньше, хотя твое существование было предсказано. Ты единственная, кто соединяет и то и другое… Единственная, способная уцелеть после такого нападения. Единственная.

И он начал рассказывать о ком-то по имени Кайрос. Это столп, от которой зависят все их судьбы. Это часть их мифологии – и Света, и Тени, – и Уоррен, очевидно, считал, что м и есть эта Кайрос. Я долго молчала, пытаясь усвоить это вместе со всем остальным, но все эти слова как будто оставались на поверхности моего сознания.

– Он знает обо мне? – спросила я наконец. Майках покачал головой.

– Не знает, что ты его дочь и что мы подозреваем в тебе Кайрос. Знает только, что ты дочь Зои. Теперь, когда ты иступила в свой третий цикл, мы все чувствуем это в тебе. И теперь, когда он знает о твоем существовании, он постарается тебе отомстить.

Итак, глава сверхъестественного подпольного мира – ну, по крайней мере мира долины Лас-Вегаса – жаждет моей крови. Великолепно. Я прикусила губу и посмотрела на Майкаха в зеркало.

– Он это сделал?

– Кто? Что?

– Тот человек. В ту ночь. Он убил… – Я поискала подходящие слова, но их не было. Была только правда. – Он убил то, что было во мне хорошего?

– Да, – негромко ответил Майках и улыбнулся. – Но то, что ты задаешь этот вопрос, должно внушить уверенность.

– Не понимаю.

– Это очень просто, Джоанна. Он высвободил в тебе потенциального героя. А потом твоя мать снова собрала тебя.

Приборы молчали; звуки капель и гудение не нарушали застывшего времени; я думала, и комната застыла. В моем сознании возникал ответ на один из самых важных вопросов жизни, но прежде чем я смогла его сформулировать, это сделал за меня Майках.

– Она дала тебе все, что могла: все запахи, которые мы создали для ее защиты, всю личную силу, которая придавала ей цельность. Она с помощью химии замаскировала твои феромоны, а потом спрятала тебя – даже от пас. Но это сделало ее саму уязвимой для нападения. Она знала, что теперь только вопрос времени – Тульпа все равно найдет ее, а если он ее захватит…

Майках содрогнулся.

– Но как она могла просто уйти?! Бросить все, ради чего работала? – воскликнула я, имея в виду «бросить нас». И подумала, а не произнесла ли я последнее вслух, потому что Майках посмотрел на меня с таким отвращением и разочарованием, что я сразу устыдилась.

– Она отдала все ради тебя.

Я не шевелилась, даже не убрала прядь, которая щекотала мне левую щеку. Слышала свое дыхание, слышала Майкаха за своей спиной и направила в его сторону мысли – просто чтобы увидеть, что смогу обнаружить. От него пахло порошком серебра, дождевыми облаками и «Олд Спайс».[30] И эта смесь великолепно к нему подходила.

– И что же я теперь должна сделать?

Найти Тульпу? Найти мою мать? Узнать, как агенты Тени убивают лучшие звездные знаки?

– Просто научиться оставаться в живых, – мягко сказал Майках и отложил щетку. – Если у тебя этого не получится, мы никогда не узнаем, на что ты способна.

– И ты собираешься научить меня?

– Да, – кивнул он, – я и все остальные. Мы научим тебя быть такой, какой ты рождена быть. Мы познакомим тебя с путями Зодиака, в особенности с путями Стрельца, и с наследством твоей матери.

Наследство звезд и супергероев, Я взглянула в зеркало на законченный продукт, на внешность, постепенно возникавшую в течение последних десяти минут. На меня смотрели широко раскрытые голубые глаза, по окружности зрачков едва виднелись края контактных линз.

– Удивительно!

Майках довольно улыбнулся. – Мы нашли в твоей квартире несколько крупных снимков Оливии. У тебя настоящий талант, поэтому мы смогли поспроизвести ее вплоть до мельчайших деталей. – Он сунул руку в карман лабораторного халата и достал снимок, который я в ту ночь принесла с собой в номер мотеля. – Видишь?

Я держала снимок перед собой, внимательно его разглядывая, потом посмотрела в зеркало. Никакой заметной разницы. Я нахмурилась. Но я-то по крайней мере должна различать нас?

– Как же она счастлива, – заметил Майках, указывая на единственное отличие.

– Ее же фотографируют, – ответила я.

Но это не так. Это просто Оливия. Да, счастливая, И еще открытая, доверчивая. Невинная.

– Я больше похожа на Оливию, чем сама Оливия, – Заявила я.

– Конечно, – согласился он, осторожно кивая. – При Делании обманешь самого Ксавье.

Я вздохнула. Разве у меня есть выбор? Я хочу возвратить свое тело, свое лицо, хотя бы для того, чтобы у меня не было таких надутых губок, когда я хмурюсь. Но ведь я не могу просить Майкаха вернуть все назад – после того как была мертва в течение недели. Теперь другая личность будет именно другой, но вряд ли станет усовершенствованием.

«Оставаться в живых, – с сомнением подумала я. – Выжить». Чтобы сделать это, я должна убедить весь мир в том, что я Оливия Арчер. Частью сознания я решала, насколько тяжело это будет. Оливия ходила по магазинам, она поздно завтракала, председательствовала на многочисленных балах и благотворительных ужинах, а ночами – когда ее никто не видел – вела нелегальные вебсайты. Но эту часть, вероятно, я могу пропустить.