Аромат теней - Петтерсон Вики - Страница 80

– Ее заключил Уоррен! – холодно сказала Грета.

– Угу. – Я кивнула. – А кто внушил ему это?

Все молчали. Хороший знак, и я снова обратилась к Грете с мрачной улыбкой.

– Ты два года выжидала, приобретала уверенность, входила в доверие. Вызнавала, что могла, у Чандры и Майкаха, готовилась к метаморфозе Страйкера. А потом, когда использовала его смерть и горе Теклы, чтобы укрепить свое положение, достичь остального было нетрудно. У тебя появился доступ ко всем их файлам: гороскопам, картам рождения, родословным. Ты знала, как проникнуть к. ним в сознание. Как угостить их чаем, развязать воображение и убедить приходить для сеансов гипноза.

– Боже, – выдохнул кто-то.

– Ты забрала у Теклы сына, а потом – ее дар, ее талант. – Я обнаружила, что тяжело дышу. – Ты забрала у нее голос.

Наступила долгая пауза, все молча думали, взвешивали услышанное, а Грета оглядывалась в поисках сочувствия, ждала, кто первым заговорит. Я не могла читать ауру – у всех были слишком напряжены эмоции, в воздухе словно распространился раскаленный газ, – но мне и не нужно было: я видела, как краска заливает лицо Греты. Она принялась защищаться.

– Если я отняла у нее голос, почему она именно тебя обвинила вчера в предательстве?

– Она меня не обвиняла. Она использовала то, что у нее осталось – после того как ее накачали наркотиками, способными свалить слона, – чтобы умолять меня найти предателя. Забавно, что ей пришлось замолчать, когда ты дала ей новую дозу. Зачем это, когда Тульпа с помощью ее силы мог добраться до меня?

Первые признаки страха появились на лице Греты, голос ее стал почти детским.

– Как ты можешь говорить мне такие ужасные вещи? Я посмотрела на нее и поняла, что это не страх. Это Тень. Я улыбнулась.

– Потому что теперь я ее голос.

Выражение притворного гнева сошло с лица Греты. Она повернулась к остальным.

– Текла была Видящей. Она была полноправным членом Зодиака, гораздо сильней любого полусмертного. Почему она не выступила против меня? Почему, если знала, кто я, никому ничего не сказала?

Все взоры были обращены на меня.

Я достала из-за спины комикс Страйкера, подняла и открыла намеченную заранее страницу. Конечно, они все там были. Они помнили, что случилось. Но я видела, как новое горе охватывает их, когда Текла и платье, перепачканном в крови сына, кричит от горя. Я знала эту страницу наизусть, но, как тогда у магазина, когда я услышала впервые, слова сорвались неожиданно. Среди нас есть предатель!

Я закрыла комикс, и голос стих, оставив тишину; удары сердца громко звучали у меня в ушах.

– Этот человек, этот предатель, – негромко заговорила я, – может быть только среди тех, кто живет в убежище. Это не я, потому что появилась только что. Это, очевидно, не Уоррен. Может, ты, Хантер? – Его лицо окаменело, но я продолжила раньше, чем он успел ответить: – Нет, не ты. Потому что выведено из строя не оружие… Может, предатель Грегор? Ведь именно он открыл Неоновое кладбище для проникновения со стороны Тени. Но я серьезно сомневаюсь, чтобы он ради достижения такой цели сам себе взрезал живот. – Я перешла к следующему звездному знаку. – А как ты, Майках? Конечно, ты мог отдать меня Тульпе, когда я без сознания была у тебя в больнице… или еще лучше – мог бы убить меня сам. – Я снова переместила взгляд. – Полагаю, это могла быть Чандра. У нее есть химикалии, есть способности и возможность. Но она не вполне часть Зодиака, а это значит, что она всего лишь орудие в руках настоящего крота. Марионетка. Пешка, которую используют, а потом отбрасывают.

– Иди ты! – буркнула она, но в голосе ее было больше горя, чем гнева.

– Или крот тот, у кого есть доступ ко всем? – Я расположилась так, чтобы видеть всех. – К Уоррену, которого я заметила выходящим из кабинета Греты как раз перед уходом. Он рисковал, приведя меня сюда, а потом сразу – после единственного сеанса у Греты – вдруг перестал мне верить. Он больше не верил самому себе.

– Это нелепо. Слишком натянуто! – заявила Грета. – Как вы можете ее слушать? Вы знаете меня… а в ней есть Тень!

Но эффективно разыгрывать эту карту было уже поздно, и я продолжила, как будто она ничего не сказала. Никто меня не останавливал.

– Уоррен был дезориентирован. Он рассказал, что ты только что гипнотизировала его, а когда я пришла к тебе, ты попыталась то же самое проделать со мной. Но у тебя не получилось, верно? Я очнулась до того, как ты закончила, и в воздухе чувствовался странный запах, словно от измельченного в порошок металла. Что-то тебя испугало, и ты в панике уронила флакон.

– Ты. Я увидела в тебе Тень.

– И уцелела? – холодно спросила я. – Или узнала?

Она больше не могла сдерживаться, крик ее ударил меня в лицо.

– Ты ничего этого точно не знаешь! Ты все выдумываешь! Мой отец был агентом Света!

– Твой отец имел знак Близнецов. Две стороны, два лица, верно?

– Ты сомневаешься в его верности? – Она плюнула мне в лицо. Судя по реакции остальных, такой они Грету не могли себе даже представить. – Он отдал свою жизнь ради организации!

Я вытерла слюну со щеки.

– И, конечно, это тебе причинило большое горе.

– Прошу прощения. – Она скрестила руки на груди. – Но если мы говорим о моем отце, нужно ли мне напоминать о твоем, Оливия? О, но это ведь не твое настоящее имя. И кто теперь скрывает от нас кое-что?

Я заставила себя успокоить дыхание и негромко ответила:

– Нет, напоминать мне не надо. Но позволь напомнить и тебе, что ни добро, ни зло не являются наследственными. Нужно делать выбор.

Она задрала подбородок, ее сердцеобразной формы лицо вызывающе застыло.

– Если бы я решила предать отряд Зодиака, то те, с кем я прожила здесь два года – сверхъестественные существа! – почувствовали бы Тень во мне. Они умеют определять намерения.

– Хочешь сказать, что они не смогли? – Я изобразила удивление. Я, конечно, уже знала причину этого, но не хотела ее объяснять. Важно было, чтобы они открыли это сами.

– Я не чувствую никакого запаха, – признался Феликс.

– Я тоже.

– Грета права, – произнес наконец Хантер. – По крайней мере один из нас должен был обнаружить, что с ней что-то не так.

Остальные отрицательно качали головой, когда я смотрела им в глаза. Когда я взглянула на Грету, та самодовольно улыбнулась. Я вернула ей улыбку, заставив вздрогнуть.

– Ну, а я могу. Запах, как из глубины земли: сера и жар. Пахнет глубоко погребенными телами, гниющей плотью, насыщающимися червями. – Говоря это, я медленно шла по коридору и закончила, остановившись перед Хантером. Я наклонилась к нему, почти соблазнительно; коленом прижалась к его телу, задела его рукой, мое дыхание согрело его шею. Я глубоко вдохнула. – Не как ты. Ты пахнешь дымом, поднимающимся от горящего лагерного костра. Пахнешь древесиной, травой и дикими животными; пахнешь разлетающимися угольками. Похоже?

– Если ты так считаешь.

– Что? – я отстранилась от него. – Ты не чувствуешь собственного запаха?

Он, не мигая, уставился на меня.

– Да, я ощущаю запахи эмоций. Ощущаю запахи адреналина и пота, когда работаю, но основной компонент, образующий молекулы запаха, слишком близок мне. Я не могу определить его.

– Значит, ты не можешь определить запах, скажем… – Я осмотрелась, словно в поисках цели. И нашла ее в Грете. – … ее?

Хантер переводил взгляд с Греты на меня. У Майкаха отвисла челюсть.

– Я могу.

– Я тоже. – Ванесса нахмурилась. – Я чувствую и запах Грегора.

– Это нелепо! – выпалила Грета.

– Майкаха тоже, – кивнул Грегор. – И Уоррена. Пришла моя очередь довольно улыбнуться.

– Запахи привязаны к эмоциям. Когда Грета с помощью гипноза обнаруживает что-то глубоко личное, она помечает его. И когда вы испытываете эту эмоцию, выделяете феромоны, которые привлекают агентов Тени.

Но, помечая вас, она берет флакон с вашей сущностью и вводит себе, так что ее подлинный запах становится для вас всех неощутим.