Аромат теней - Петтерсон Вики - Страница 85

Я вышла на площадку из-за Туфельки, не оттуда, откуда выстрелила в последний раз, а с противоположной стороны. Улыбнулась, видя, как вздрогнули Тени. Никто из них не почувствовал моего приближения.

– Поздоровайтесь с нашим новым Стрельцом.

– А потом бросьте ваши кондуиты, – добавила я с улыбкой.

– Тульпа ничего не говорил о новом агенте Света.

– Очевидно, это не входит в то, что необходимо знать, – бросила Ванесса.

– А следовало бы. А теперь: кондуиты – на землю.

Я нацелила стрелу прямо между глаз женщины. Ее глаза расширились, а мои сузились. Она как брюхо змеи. При самом худшем сценарии они не бросят свои кондуиты, и я разорву брюхо змеи.

– Если мы их бросим, вы нас убьете.

– Мы не можем вас убить, – заявила я, и они удивленно посмотрели на меня. – У Аякса наш предводитель. Наши пистолеты у ваших висков, образно говоря, но его – у писка Уоррена. А нам нужен Уоррен. Если умрут пять воинов Тени, это вызовет такой всплеск энергии, что Аякс непроизвольно нажмет на курок.

– Как с костяшками домино, – закивал мужчина. – Вы убиваете нас, и Аякс убивает вашего предводителя.

Я поменяла позу, нацелив стрелу меж глаз ему.

– Только не забудь, кто умрет первым.

– Она новенькая, но умеет подытоживать ситуацию. – Хантер улыбнулся, как гордый отец. – Но она и должна это уметь. Было предсказано, что появится Стрелец и отбросит свою Тень, или, если хотите, свой Свет на обе стороны Зодиака.

Действительно?

– Кайрос? Миф, – усмехнулась проститутка.

– Это значит только, что Тульпа сказал вам, что это миф, – поправила Ванесса.

– Легенда такова: женщина, в которой есть и солнце и луна, должна будет сделать выбор. Ее судьба, как точка опоры, не предопределена. Начинает она с равной принадлежности дню и ночи, – напомнил мужчина.

– А это значит, – добавила женщина по имени Даун, – что у нас столько же шансов заполучить Стрельца, как у вас.

– Так говорится в ваших книгах? – спросил Хантер. – Интересно. Потому что в наших рассказывается, как в одну из ночей сезона Юпитера восемь воинов Тени проникнут в Неоновое кладбище и будут сражаться здесь, пока солнце не взойдет над Черными горами. Некоторые из них умрут, но у остальных будет возможность сложить оружие и сохранить жизнь, впервые в истории будет заключено перемирие между сторонами. Если Тени не примут это предложение, они все умрут; умрут и воины Света. Но в любом случае уцелеет один звездный знак. И это будет означать восхождение Кайрос.

Хантер сделал мне знак, и я показала свой маленький лук – скорее потому, что он этого хотел, чем потому, что поверила в его слова.

Тени переглянулись. Потом мужчина произнес:

– Докажите это.

Я посмотрела на Хантера. Он пожал плечами.

– Зелл хочет, чтобы ты доказала.

Я сосредоточилась на агентах Тени и, не снимая щита, позволила костям выйти наружу из-под кожи, перестроившись на поверхности: в свете полной луны они сложились в продолговатое, блестящее лицо моего отца. Оно возникло в обжигающем порыве воздуха, и я сладко улыбнулась.

– Дерьмо, – прошептала одна из Теней. Мужчина за Хантером опустил топор, потом швырнул его в груду металлолома. Ванесса в свою очередь сложила смертоносный веер. Даун дрожащей рукой убрала мачете от живота Феликса и отбросила в сторону. Феликс согнулся вдвое, держась руками за живот.

– Феликс! – Ванесса бросилась к нему.

– Упс! – ухмыльнулась Даун. Увидев гневный взгляд Ванессы, пожала плечами. – Эй, я сделала это еще до договора. Хотя удар неплохой, если можно хвалить себя.

– Отведи его к Майкаху, – приказал Хантер Ванессе. Она коротко кивнула, лицо ее побледнело.

– Догоню вас немного погодя.

– Ты не сможешь выйти одна, – возразил Хантер, кивком указав на трех Теней. – Здесь они не все.

– Тогда подождите меня.

– Нет времени.

Ванесса взглянула на светлеющее небо, потом снова на Хантера; лицо ее затуманилось.

– Постоянно не везет. – Зелл покачал головой. – Это тоже есть в вашем руководстве?

Феликс распрямился, успев ударить Зела в челюсть… и безжизненно упал.

Ванесса подняла его, Хантер знаком приказал мне следить за Тенями, а сам помог Ванессе перенести Феликса к основанию туфельки.

Зелл усмехнулся, вытирая кровь с губы, и повернулся ко мне.

– А зачем маска, сладкая?

– Это не маска. Щит, – поколебавшись, ответила я. – Без нее моя теневая сторона не позволяет мне входить в убежище.

– А что будет, если ты попробуешь? – с искренней заинтересованностью спросила проститутка-дебютантка.

– То же, что со всеми вами. Я поджарюсь изнутри, как в микроволновке.

Вес они содрогнулись.

Зелл, который, по-видимому, был своего рода предводителем, скрестил руки, разглядывая меня.

– Если двое вернутся в убежище, а вы с Хантером пойдете к Аяксу, кто будет караулить нас, как хороших кротких овечек? Невидимые новобранцы, о которых вы говорили?

Я покачала головой.

– Они не существуют.

– Я так и думала, – заявила Даун.

– Не волнуйтесь, – отозвался Хантер с верха Туфельки, – мы придумали кое-что гораздо более страшное.

И прежде чем Тени опомнились, он сказал:

– Они могут выходить, Рена.

Мы все гадали, кто же может появиться из туннеля. После паузы последовал гулкий раскат, так что Тени принялись осматриваться, готовые разбежаться. Зелл заметил, что я наблюдаю за ним, ответил сердитым взглядом и остался неподвижен.

Секунды две спустя из туннеля показались, как колонна муравьев, два десятка детей Зодиака. С радостными криками они разбежались по кладбищу, их лица буквально светились от радости. За ними возникла Рена.

– Ты знаешь, я это не одобряю, – обратилась она к Хантеру. – Им пора спать.

– Для них это хорошая практика, – ответил он, глядя на все новых детей, выходящих из Туфельки. – Они поели?

– Двойная шоколадная булочка на каждого и кофе. Будут здесь всю ночь.

– Дерьмо, – снова прошептала женщина рядом со мной, морщась от вспышек света.

Мимо меня пронесся маленький Марк, на его вымазанном шоколадом лице смешивались радость и решимость. Пробегая мимо Тени, он свирепо зарычал; искры осветили все Неоновое кладбище. Зелл завопил и закрыл глаза рукой.

Марк, разумеется, нашел это восхитительным. Он принялся обходить воинов Тени, смеясь над ними, и лицо его вспыхивало, как яркая лампа. Остальные дети подражали ему.

– Гениально. – Я прищурила глаза под маской. Сипа детей в неспособности себя контролировать. Если Теням трудно выносить нас, то неразбавленная и необработанная сила детей для них вообще невыносима. «Эти маленькие сосуды Света, – думала я улыбаясь, – могут держать Тени в неподвижности сколько угодно». Я услышала крик боли, когда один из детей пнул жертву в живот. Когда плоть соприкоснулась с плотью, полетели искры.

– Липус! Немедленно прекрати! Что я вам говорила о пытках?

Хантер неожиданно оказался рядом со мной.

– Готова?

Я кивнула, пятясь от скорчившихся знаков Тени.

– Думаю, какое-то время нам можно об этих париях не беспокоиться.

– Не волнуйся. Там, куда мы идем, будут и другие.

– Зал Богов. – Я двинулась вслед за ним к рассвету и реальности. В «Валгаллу».

27

Пока мы обходили казино в поисках лучшего места для входа и последующей эвакуации Уоррена, «Полоса» постепенно оживала. На пустых улицах появились ранние утренние бегуны, они обгоняли немногих пешеходов, которые бродили в поисках солнечного света и завтрака. «Жизнь продолжается», – подумала я. И принялась разглядывай, здание, с его фальшивым фасадом и роскошными газонами, окружающими его, как рвом. «Это не просто казино, поняла я, – это настоящая мощная крепость. Но я собираюсь карабкаться на ее стены».

– У меня есть идея, – сказал Хантер и направился в казино. – Дай мне пять минут.

– Подожди! Ты не можешь идти один.

Тени, где бы они ни были, учуют его запах. А я была уверена, что они здесь.