Разводные процедуры (СИ) - Ланц Лика - Страница 36

– Спасибо, – сказала я просто и потянулась к нему. Поцеловала в щёку. Только получилось как-то совсем не по-дружески. Со вспышкой во мне. С потемневшим взглядом у него.

Это как лавина. Тронь камешек – и понеслось, не остановить.

Кто из нас шагнул первым навстречу друг другу, сказать трудно. Миг – и сильные мужские руки заключают меня в объятья. Одно движение ресниц – и горячие губы накрывают мои – неизбежно, властно, жадно.

Мы словно сорвались и летели то ли вниз, то ли вверх.

Его пальцы в моих волосах. Мои – в его. И тесно, очень тесно. В машине. В собственной коже. Мало. Очень мало его рук, губ, дыхания.

– Мила, – хриплый выдох и стон.

– Марк, – мой дрожащий шёпот и туман в голове.

Не знаю, как хватило сил оторваться и отстраниться. Но пока мы приходили в себя, у меня телефон зазвонил. Хватило одного взгляда на экран, чтобы растерять тягучее вожделение мгновенно.

– Андрей, – ответила на вопросительный взгляд Марка. Пальцы у меня дрожали, когда я принимала звонок.

Глава 37

Я вдруг с ужасом осознала, что целый день была на работе, а потом ещё к юристу поехала. Андрей намного раньше приходит со школы, а в доме – Олег, который решил в отпуск сходить.

Сыну перед уходом я делала наставления, как себя вести.

– Да я вообще к Кате пойду, – буркнул в ответ мне сын, явно не намереваясь общаться с отцом даже минимально.

И вот он звонит, а у меня сердце в пятки уходит. Там либо что-то дома случилось, либо у наших с Марком детей.

– Мам, а ты где? – спрашивает сын, как только я отвечаю.

– Мы у юриста были, – лепечу я в ответ.

– Ну, ты это… домой бы поскорее, а? Тут Фил явился, а дома отец. Кажется, Фил дверь пытается выломать и ругается, как портовый грузчик.

Я даже спрашивать не стала, откуда он эту фразу подцепил.

Марк уже гонит машину домой, не спрашивая, что и как. Он и так понимает: что-то вышло из-под контроля.

– А ты сам где? – важно, чтобы сын под раздачу «слонов» не попал.

– Да дома я. В своей комнате сижу, – буркнул Андрей.

– Вот и сиди дальше, я скоро буду – разберёмся.

Я на миг закрыла глаза, сжав в руках телефон.

– Филипп пришёл. Брат мой, – пояснила я Марку ситуацию. – Выламывает мне дверь. Как бы баба Клава опять в полицию депешу не накатала, – с этими словами я снова полезла в телефон и набрала брата.

Филипп ответил не сразу. Видимо, был увлечён «конструктивным диалогом» с нашей дверью.

– Да! – рявкнул он так, что я на одно ухо оглохла.

– Фил, я скоро буду, не надо выбивать дверь, пожалуйста.

– Что, тебе уже твой деятель нажаловался? – судя по всему, брат всё ещё взбудоражен и кипит.

– Андрей позвонил. Ты хотя бы ребёнка не пугал.

– Дома и дверь мне не открыл? Хорош, племянничек! – возмутился Фил.

– А как ты себе это представляешь? Подставить ребёнка под огонь? Там, в квартире, между прочим, его отец, который видеть тебя не желает. Хочешь, чтобы из-за тебя Андрей пострадал? Отойди от дверей! И вообще остынь, воздухом подыши. Подожди меня.

– Ну, ладно! Только ради тебя! – скрипел зубами мой брат.

Воистину сумасшедший день.

– Скоро будем дома. Устала?

– Очень, – кивнула, потирая виски. – Я вообще устала. От всего, – пожаловалась, понимая, что ныть некрасиво. Но мы уже вроде не чужие. Ведь так?.. О поцелуях старалась не думать. Но как это выкинуть из головы? Да и зачем.

Как ни странно, Марк не вызывал во мне негативных эмоций. На фоне предстоящего развода я могла бы обвинять всех мужчин, говорить, что все они – козлы и сволочи. Ну, и… может, на других я бы так и говорила. Но не на Марка. Он суховатый, немногословный, но какой-то правильный, что ли. Мой соседский зануда.

Если и существует каменная стена, за которую можно спрятаться и не переживать, то это он. Вот этот мужчина, что уверенно ведёт автомобиль. Тот, кто с какой-то потаённой глухой тоской спрашивал меня сегодня, верю ли я ему.

Я сразу поняла: ему это важно и нужно услышать. Не сомнения, а чёткий ответ. Ему тоже досталось в своё время – от человека, которому он верил, от женщины, которую он когда-то любил.

И нет. Не это меня к нему тянуло, не это объединяло. Но скажи кто-нибудь совсем недавно, что я буду испытывать очень сложные чувства к соседу Марку Громову, с которым мы без конца цапались, я бы не поверила.

Филипп ждал меня в машине. За углом дома.

– Бабка ваша шныряла, – выдал он недовольно.

Несмотря на то, что уже прошло время, глазами Фил сверкал по-прежнему яростно. Вот же темперамент достался братишке… Вроде бы никого у нас такого бешеного и нет. Все спокойно-адекватные. И только он взрывной, как кислотная шипучка.

Я хохотнула. Бабку побаивался даже Филипп. Не признается, конечно, но то, что он из двора выехал и за углом спрятался, говорило само за себя.

– Сейчас ты успокоишься, выдохнешь, и мы пойдём ко мне. У тебя дело какое-то? Ты зачем приехал?

– Я вообще-то обещал за тобой приглядывать! – зло оскорбился Фил. – И как задницей чувствовал, что у тебя проблемы. А ты молчишь. А родители, между прочим, интересовались. Ты ж их сторонишься, мать извелась вся, расспрашивала о тебе.

У меня брови буквально на лоб полезли. Ну, да, общаться мы сейчас стали меньше и ни о чём. Пусть не каждый день, но я звонила. И старалась беречь их, не тревожить по мелочам. Ни о проблемах на работе не рассказывала, ни о том, что Олег домой явился, – тем более. К тяжёлой артиллерии собиралась прибегнуть в крайнем случае. И вот крайний случай явился ко мне сам, не спрашивая.

– То есть ты пришёл с инспекцией, зная, что меня нет дома? – я всё ещё пыталась поймать логику. Логика куда-то пряталась и даже нос не показывала.

Фил смутился. Редко когда можно увидеть его таким.

– Ну-у… я это… приглядывал за тобой. А что такого? Ты ж у нас нежная ромашка, тебя вокруг пальца обвести – тьфу! Только зазевалась – и всё, этот козёл уже на территорию пробрался. Права качает!

– А откуда ты про права знаешь? – уже я начинала злиться.

Фил посмотрел на Марка, словно помощи искал. И сразу во мне подозрения вылезли.

– Вы что, договорились о чём-то? – наехала я на Марка. Тот только меня остужающим взглядом окатил. Мол, как я могла так подумать?

А о чём, спрашивается, мне думать, когда стою тут, слушаю какой-то детский лепет от своего великовозрастного брата, который ещё почему-то и на соседа косится?

– Мил, да сам я, сам, – схватил Филипп меня за руку. – По собственной инициативе. Может, пойдём уже? Холодно.

Ну, да. Мороз под вечер. А этот фраер в лёгкой курточке и без головного убора.

– Пойдёмте ко мне, – тронул меня за руку уже Марк. – Спокойно обсудим всё.

Неплохая идея. Заодно ужин приготовлю, Андрея позову. Что-то мне самой не очень-то хочется домой идти, с Олегом встречаться.

– Хорошо, – вздохнула я. – Спасибо.

В ответ – только пожатие. Ободряющее, успокаивающее, такое нужное мне сейчас. Марк не мелочится, не спрашивает, а просто что-то делает для меня, и оказывается, я в этом нуждаюсь.

Я та, что привыкла на себе везти весь семейный воз, всегда чем-то жертвовать, потому что всегда считала: так правильно, так надо. Я никогда не упрекала в этом мужа. Вот только он, как оказалось, нашёл к чему придраться, предъявил претензии, заставил меня колебаться и брать весь груз ответственности на себя.

А сейчас я вынуждена снова искать компромиссы, потому что он то изменил, то ускакал к своему Артуру Петровичу, то вернулся назад. Но ведь моя жизнь не гармошка, нельзя до бесконечности тянуть меха и наивно верить, что они никогда не порвутся.

Глава 38

– О, папа. Тётя Мила, – встретила нас в дверях Катя и с любопытством посмотрела на Фила.

– А это дядя Филипп, мой непутёвый брат, – представила я Фила.

– Мадмуазель, – шаркнул ножищей братец и склонился в три погибели, чтобы поцеловать Катюшке руку.