Скандальный развод с драконом (СИ) - Такер Эйси - Страница 9

Разговор свернул не в то русло, и выплывать из него мне совсем не хотелось. Проще было вылезти на берег.

− Прошу простить, но у меня есть важное дело, − сухо бросила я и поспешила уйти, теряясь в толпе.

Доверия к Альвартису и его наследнику у меня не было. И странный вопрос с не менее странным пояснением мог быть не просто глупой и неуместной шуткой. И у меня закрались подозрения, что брачный союз наследников двух королевств вовсе не был нацелен на примирение. По крайней мере у одной из сторон.

Я шла в уборную, чтобы освежиться, когда за спиной послышался голос принцессы Силии:

− Фира Вейлс!

В груди вспыхнула надежда на то, что меня могут ждать какие-то новости касательно грядущей аудиенции с королем Файзом.

Я тут же развернулась и низко поклонилась:

− Ваше Высочество.

− Вы подружились с моим мужем? – с легким раздражением спросила принцесса, удивив меня своим вопросом.

− Что вы, какая дружба? Он лишь выразил свою неприязнь касательно двоеженства. Не знаю, правда, зачем он мне об этом говорил. Вероятно, просто хотел поддержать.

− Держитесь от него подальше, фира Вейлс, − строго произнесла принцесса. – Не подумайте, что это ревность. Этот человек для нас чужак и добра от него ждать не стоит. Надеюсь, вы это понимаете чуть лучше, чем мой отец.

− Более чем, − кивнула я. – Войны Альвартиса едва не отняли у меня жизнь, принцесса, и доверия, а уж тем более дружбы с выходцами этого королевства у меня быть не может. И не сочтите за наглость, но… − я сделала шаг к принцессе и прошептала у нее над ухом: − Будьте осторожны со своим мужем. Он ведет себя странно, и я опасаюсь, что может желать вам навредить.

− Не беспокойтесь об этом, я начеку, − кивнула принцесса и прохладно улыбнулась. – Но благодарю, что сообщили о своих опасениях. Я очень ценю преданных людей.

− В отличие от своего мужа я знаю, что такое преданность, − ответила я и прикусила губу.

Не стоило, наверное, этого говорить, но хотелось как-то напомнить о своей проблеме.

− Я свое слово всегда держу и обязательно поговорю с отцом, когда будет подходящий момент, − отозвалась принцесса, коснувшись моего плеча. – Просто наберитесь терпения и ждите, фира Вейлс. Я отправлю к вам гонца, как только у меня появятся новости.

***

По дороге домой я отвернулась к стенке, прижалась к ней виском и притворилась, будто уснула. Не хотелось мне ни слышать, ни видеть свою семью. И если к мужу это желание я готова была распространить на всю оставшуюся жизнь, то с дочками было иначе. Для них мне просто нужно было время, чтобы перешагнуть через свою обиду и принять тот неоспоримый факт, что на мир мы смотрим слишком по-разному.

Я ведь понимала, что девочки не были плохими и не желали мне зла, хоть и наговорили мне много неприятных вещей. Все дело было в их происхождении: они родились и выросли в том мире, в котором совершенно нормально и обыденно брать вторую жену по тем или иным причинам. Вернее, нормой это было для мужчин, а женщины просто не имели столько прав, чтобы возражать этому.

В силу своего юного возраста дочки просто не в состоянии были понять, что на самом деле испытывает женщина, которая становится второй. Они не могли понять меня.

Но каким бы ни было общество, его мнение и законы, а лишь жизненный опыт помогает научиться отделять зерна от плевел. Время и настоящие чувства, которые дочкам только предстояло испытать, должны были расставить всё по своим местам и открыть Фэйле и Адели глаза на то, что я отчего-то не смогла им донести.

Со своим уставом в чужой монастырь ведь не ходят. А я пришла. И совершенно логично, что в глазах дочерей именно я творила что-то странное и невразумительное, а не их отец. Не он, а я собиралась разрушить самое ценное, что было у них – семью.

И, казалось бы, к решению мужа я тоже должна была отнестись снисходительно и с пониманием, раз к дочкам относилась без особого осуждения. Но нет. Я на такое не соглашалась, а он давал клятву верности, обещал, что я буду для него единственной. Я считала клятву превыше всяческих законов, но раз она была нарушена, то и законы тоже можно было преступить и не мириться с тем, чего я не желала.

К концу дороги я, и правда, задремала. Но очнулась в тот момент, когда муж подхватил меня на руки с намерением отнести в дом.

− Не нужно. Сама дойду, − я так резко вывернулась из рук мужа, что едва устояла на ногах и привалилась спиной к экипажу.

− Достаточно, Мели, − снисходительно, даже мягко произнес муж. – Я тебе не враг, чтобы ты вечно бодалась со мной. Я твой муж, Мели, я закон в нашей семье и опора для всех вас. Если я что-то решил, значит, для всех нас так будет лучше. Прими уже, что произойдут некоторые изменения, но на твоей жизни они никак не отразятся.

− С таким мужем и враги не нужны, − горько усмехнулась я и покачала головой. – И ты прав, Арвел, в семье произойдут серьезные изменения: одна жена уйдет, а другая придёт на ее место. Я уже это приняла, а вот ты…

− Прекращай, − Арвел едва не зарычал, и от былой мягкости в его тоне не осталось и следа. – Никуда ты не уйдешь, и заменять тебя никто не будет.

− Уйду, даже не сомневайся, − вкрадчиво ответила я и натянуто улыбнулась. – Ты предал мое доверие, поставил свои желания превыше моих, превыше верности и клятв. Ты сам все разрушил, Арвел. И не делай вид, будто это не так. Ты сделал свой выбор, а я сделала свой.

− Зачем мы снова ходим по кругу? – зрачки его глаз задрожали и вытянулись в вертикальную полоску, как у настоящего дракона, коим Арвел теперь и был. − Зачем ты вновь повторяешь то, чего никогда не произойдет? Или тебе доставляет удовольствие об этом говорить? Ты не уйдешь из семьи, Мелина, и никакого развода не будет.

− Согласна с тобой, но лишь в одном, − кивнула я. – Мне не следует больше отвечать на твои провокации и повторяться в своих высказываниях. Ты ведь и так знаешь мое решение, которое не изменится. А с памятью у тебя, насколько я знаю, проблем нет.

Я сделала шаг на каменную дорожку, но тут же оказалась в капкане цепких рук, впившихся мне в талию. А сохранять приличие и терпение у меня просто не осталось сил, поэтому я с размаху врезала мужу локтем в живот.

Правда, хуже только себе сделала. Я будто в бетонную стену врезалась и едва не простонала, прикусив губу. А Арвел даже не вздрогнул, но крепче сжал мою талию, причинив боль.

− Ты слишком много на себя берешь, Мелина, − глухое шипение коснулось моего уха, ударив по оголенным нервам. – Не забывай, что ты всего лишь женщина, иномирянка. И право у тебя лишь одно: подчиняться своему мужу и его воле.

− Вот, как ты теперь заговорил? – выдохнула я с горечью. – Твоя новая любовь тебя так изменила, или просто я была слепой?

− Моя вина, что ты отбилась от рук. Слишком много тебе позволял, − продолжил Арвел, игнорируя мой вопрос, и надменность его тона крошила и без того раздробленные нервы. – Я могу быть жестким, ты это знаешь. Не заставляй меня обнажать мою темную сторону и поступать с тобой так, как тебе самой не понравится. Одумайся, пока не поздно.

Я туго сглотнула и прикусила язык, сдержав поднимающуюся злость в груди. Отвечать что-либо было совершенно бессмысленно. И мне стоило крепко запомнить это на будущее, чтобы зря не тратить силы и нервы.

Я была любимая, единственная, равная, а стала всего лишь женщина. Но ведь даже не женщину Арвел во мне видел, а рабыню, которая должна была беспрекословно подчиняться своему господину.

Но только я была не рабыней, а Арвел − не рабовладельцем. И совсем скоро он непременно должен был это понять раз и навсегда.

Глава 7. Второй шанс на жизнь

Оставаться в доме с мужем и спокойно ждать вестей от принцессы я не хотела. Вот только возможности уйти попросту не было.

Я обошла весь город в поисках пристанища, но никто не желал меня принимать. Постоялые дворы для торговцев отказывали мне в предоставлении комнаты, ссылаясь на отсутствие свободных мест. И даже после моих предложений платить в пятикратном размере решения хозяев не менялись. И по глазам их было видно, как жаль им отказываться от легкой наживы.