Ловцы снов (СИ) - Аникина Анна - Страница 51

Она позвонила дедушке накануне.

— Надеюсь, что ты всё же привезёшь к нам в поместье своего вратаря, — Алиса поняла, что дед Фридрих улыбается.

Что ж, у неё и Михала будет сильный союзник. Рассчитывать на то, что бабушка Мария легко примет союз внучки и футболиста, пусть даже такого известного, как Тухольский, не приходилось.

Они летели все вместе — родители, Алиса и Алекс с семьёй. Такого давно не случалось.

Можно было представить, как к этому визиту готовились в Раттенбурге. Бабушка, скорее всего, сейчас больше напоминала полководца. Руководила приготовлениями, составляла меню и организовывала прием. Словом, была в своей стихии.

Когда Алиса очередной раз посмотрела на часы, ей на руку легла ладонь Тори.

— Я очень тебя понимаю. Мы и летали, и ездили. Мне тогда казалось, что это не скоростной поезд, а улитка какая-то под кайфом. Ползёт, зараза.

Алиса только вздохнула.

— А теперь мне кажется, что я родов никогда не дождусь. Хотя точно знаю, что уже недолго ходить. И что потом лялька вырастет так, что оглянуться не успею, — Виктория положила ладонь на уже выросший живот и кивнула на Виталика. Тот увлечённо играл в какую-то головоломку.

Когда самолёт пошёл на посадку, Алиса заволновалась. Они не виделись совсем не долго. И разговаривали каждый божий день столько, сколько вообще было возможно. Но желание прикоснуться к Михалу было таким острым, что аж кололо кончики пальцев.

— Всё, я помчалась, — Алиса подхватила свой маленький чемоданчик ярко-жёлтого цвета, поцеловала всех своих, — В Раттенбург сама доеду.

Алиса проскочила паспортный контроль и выбежала в Зал прилёта раньше, чем всё её семейство успело получить багаж. Так было задумано. Потому что целоваться с Тухольским она глазах у всей родни она не собиралась.

Михал стоял в Прилёте с букетом белых роз в руках. На него обращали внимание, возможно даже кто-то узнал, но за автографом не подходили и фотографировать в открытую не решались. Взгляд Михала был сосредоточен на открывающихся дверях, из которых выходили прилетевшие пассажиры.

Алису невозможно было не заметить. Её светлая голова мелькнула в толпе. Михал подошёл почти вплотную. Она выпорхнула из дверей яркой светящийся звездой. Выпустила из рук чемодан, с разбегу повисла на Михале.

— Привет…, — зашептала в ухо, — Я чуть с ума не сошла, пока долетела.

— Привет! — Михал прислонился лбом к её лбу. Мягко коснулся губами Алисиных губ. Волшебство, не иначе! Его Алиса одним своим присутствием умела превратить любой, даже самый хмурый день, в яркий и светлый. — А где все твои? — Михал заглянул Алисе за спину, ожидая увидеть там всё семейство фон Ратт.

— Я немножко сбежала. Сегодня не хочу никого…, — Алиса пробежала кончиками пальцев по лицу Михала.

— А меня? — его взгляд потемнел.

— Только тебя, — шепнула Алиса и смутилась, — Когда тебе на тренировку?

— К восьми утра.

— А когда будет свободный вечер и утро? Или только после матча? — умом Алиса всё понимала. Михал Тухольский не может пропустить тренировку даже по случаю её приезда.

— Послезавтра, — голос Михала охрип.

— Укради меня отсюда! Пусть ненадолго! — она крепко прижала к себе розы, уткнулась в бутоны носом. Глянула из-под длинных ресниц.

— Побежали? — Михал подхватил её чемодан и крепко взял Алису за руку.

За окном машины мелькали знакомые с детства пейзажи. Но Алиса видела только профиль Михала и его руки на руле. Прятала пылающее лицо в букет.

Михал с силой сжимал руль. У них есть сейчас совсем немного времени только на двоих. И он не намерен упустить ни одного чудесного мгновения рядом с Алисой.

Если бы это было возможно, он бы украл её навсегда. Прямо сейчас. Но человечество не зря придумало все эти этапы сближения.

Живи они ещё век назад, он бы сначала просил разрешения ухаживать за ней. Они бы гуляли, возможно, под присмотром какой-нибудь компаньонки. И первый поцелуй был бы возможен только после помолвки, а близость — после свадьбы. Сейчас всё быстрее и проще. Но всё же хотелось, чтобы Алиса чувствовала, как она нужна и важна.

Глава 101

Алиса уговорила Михала залезть вместе с ней на Глокеншпиль. Они зашли последними. Потом посетителей на смотровую площадку перестали пускать.

Вид Мариенплац и летней баварской столицы завораживал.

— Знаешь, а ведь я здесь впервые, — признался Михал, — Почему-то за все годы ни разу не приходилось тут бывать.

— Я тоже последний раз сюда поднималась лет в пять, наверное. А у нашей семьи это особое место. Мама здесь говорила папе, что беременна. Сначала Алексом. Потом мной. Папа первый раз так кричал от радости, что даже архиепископ внизу услышал. Тогда была Пасха. Папу чуть в полицию не забрали. А архиепископ повторил папины слова на всю площадь. Поэтому Алекса полностью зовут Александр Марк. В честь того священника.

— А тебя в честь кого назвали? — Михалу было интересно, есть ли у Алисы второе имя.

— Алиса — это просто маме нравилось. А второе имя — Хельга. В честь тёти Лёли. Она на самом деле Ольга. Хельга получается.

— Алиса Хельга фон Ратт! Это очень красиво!

— Михал Филипп Тухольский — тоже здорово звучит, — у твоего имени есть история?

— Я не буду спрашивать, откуда ты знаешь про моё второе имя, — Михал обнял Алису крепче. Здесь, над крышами Мюнхена, особенно хотелось прижимать её к себе, — У нас с сестрой всё просто. Я назван в честь двух дедушек. Марийка — в честь двух бабушек. Тухольские, кстати, похоронены здесь, в Мюнхене.

Бой часов оглушил всех, кто стоял наверху. Алиса с ужасом глянула на часы. До Раттенбурга ещё ехать. От этой мысли она прижалась к Михалу ещё крепче.

— Замёрзла? — забеспокоился Михал, — Голодная?

Алиса только кивнула. Она не хотела показывать, как расстроена. И посидеть в ресторане — это отличный повод ещё чуть-чуть побыть рядом.

— Ты любишь рульку?

— Кто ж её не любит! А даже если так, то кто в здравом уме признается в этом баварцу? — улыбнулся Михал, — Жаль, пиво нельзя.

— Ты знаешь ресторан на соседней улице? Там готовят отличную рульку. Место, правда, очень туристическое. Но мы же немного туристы? Да? Там официанты всегда пытаются угадать, из какой страны приехали гости. Моя мама над ними всегда шутит. Она говорит на всех европейских языках и легко переключается с одного на другой. А папа и мы с братом ей подыгрывали.

И правда, официант, моментально просканировав Алису и Михала, обратился к ней по-немецки, а к нему по-польски.

— Будет забавно видеть его лицо, если мы с тобой будем говорить по-русски, — зашептала Алиса, пока они совсем недолго ждали заказ.

А Михал любовался своей Алисой. Она прилетела. И теперь совсем рядом. Улыбается так светло, что хочется идти и сворачивать горы, только бы она была счастлива.

Получив в конце счёт, они уже собирались уходить. Как официант ещё раз вернулся к их столику.

— Герр Тухольский, подпишите, пожалуйста, для моего сына, — очень тихо, чтобы остальные посетители не услышали, попросил Михала и положил на стол открытку с видом Альянс-арены, — Мы ждём открытия сезона и уже купили абонемент.

— Как зовут вашего сына? — Михал взял ручку.

— Роберт. Как Левандовского, — улыбнулся официант.

— Моего отца так зовут, — Михал с удовольствием подписал открытку, — Приходите. Я буду рад.

Они брели обнявшись в сторону машины. Алиса вспомнила, как на этой самой улице она покупала босоножки к московской свадьбе. Заглянула в витрину. Таких туфелек больше не было.

— Хочешь зайти? Тебе что-то нравится? — сразу предложил Михал.

— Я тут купила свои босоножки. Ну, в которых я с тобой ночью по Москве гуляла.

У Михала искорки пробежали по глазам. Он, правда, решил не спешить. Не пугать Алису своим напором.

— Мне папа рассказывал, как однажды он подарил маме туфельки, чтобы она начала танцевать. Ты знаешь, что мои родители до сих пор участвуют в турнирах по бальным танцам?