Ловцы снов (СИ) - Аникина Анна - Страница 59

— Скажи мне, Алиса Хельга фон Ратт, что самое главное в твоём Тухольском?

Алиса долго собиралась с мыслями и формулировала. Ей хотелось быть точной в формулировках. Эта пауза, наверное, могла бы значить, что ей нечего сказать. Но не для баронессы. У той хватало такта просто ждать.

— Он настоящий, бабушка. Не сказочный персонаж. Не выдумка журналистов. Он не играет роль. Просто живёт. И мне рядом с ним спокойно и радостно. Кажется, что всё равно, где быть. Везде будет одинаково, если рядом с ним.

Теперь молчала фрау Мария.

— Когда ты была маленькая, моя дорогая, ты была очень радостным ребёнком. Я знала, как звучит твой смех. И это напоняло моё сердце счастьем. Какое-то время назад ты почти перестала улыбаться. И вот сейчас рядом с этим парнем снова начала. И я слышала, как ты смеёшься рядом с ним. Есть ли для бабушки лучший критерий? Нет… Нам хочется, чтобы наши дети и внуки были счастливы рядом с теми, кого любят.

Глава 115

Утро после матча всегда давалось Тухольскому тяжело. Игра — это всегда некий результат твоей работы. После подведения итогов нужна пауза. В этот раз утро было особенно трудным. И Михал долго не мог понять причину.

Но теперь, кажется, практически все беды лечились одним единственным лекарством. Алисой рядом. Она будто меняла состав воздуха вокруг себя. И это был лучший обезбол на свете!

Просыпаться и не видеть её улыбку — это проблема. Полный дом народу. Вся семья рядом. А Алисы нет. Но Алиса фон Ратт, это не та девушка, которую просто можно пригласить вместе жить. О нет! С ней или в костёл, или не стоит даже мечтать. Она из той породы женщин, что не приемлет полумер. Всё делает на полную катушку.

— Михал, я не успела тебе вчера сказать, — мама подала Тухольскому завтрак, — Фрау фон Ратт вчера пригласила нас на ужин.

— Да, Алиса мне говорила, что в воскресенье приём по случаю дня рождения её брата Алекса, — Михал ещё до конца не проснулся.

— Мих, ты не понял. Это сегодня, — пощелкал ему пальцами перед лицом Владик, — Мы приглашены в Раттенбург на выходные. Ужин сегодня и прием в воскресенье. "Барон и баронесса фон Ратт имеют честь пригласить Вас в свое поместье", — пафосно и театрально вычитал Зимовский на приглашении, — В замки к акционерам "Баварии" нас ещё не приглашали.

— Клоун ты, Владик. Семья Алисы приглашает мою семью. Ты понимаешь? — до Тухольского на самом деле только что дошло, что происходит. И стало ясно, что Зимовский весельем прикрывает волнение. Фон Ратты — это большая величина по меркам Германии. И с дедом и дядей Владика Фридрих фон Ратт вполне мог пересекаться по дипломатической линии, — Дресс-код указан? — Михал прикинул, как раз ли ему черный пиджак от костюма. И где можно добыть бабочку. Ужин ещё куда ни шло, но на прием наверняка будет по меньшей мере "Black tie"[23].

— На ужин фрау Мария просила не думать о дресс-коде. Это просто семейная встреча, — Беата Тухольская уселась за стол напротив сына. Отхлебнула чай, — А вот на прием все же "Black tie". У фон Раттов мог быть и "White". А у нас мало времени. Так что, поторопитесь. Мы едем по магазинам.

У Михала хватило ума не спрашивать маму ни о чем. Уж кто-кто, а она точно знала все тонкости посещения подобных мероприятий и общения с людьми уровня фон Раттов. Хотя сам он ничего такого особенного не заметил. Да, вилок рядом с тарелкой было точно больше двух, и ели они в большой столовой. Но в остальном — обычные люди.

— Мы едем в замок? Настоящий? А Олаф что, принц? — налетели на Беату внуки.

Полдня в магазинах в компании мамы, папы, Марийки, Владика и детей — и Михал был вымотан. Но его семья не могла ударить лицом в грязь перед семьёй Алисы.

Мама и Марийка явно имели в голове четкий план и составили свою, ведомую только им двоим логистику.

Аннушка в новом коктейльном платье, туфельках и с сумочкой выглядела маленькой леди. Беата и Марийка светились от удовольствия, перекладывая в руки своих мужчин пакеты с обновками.

— М-да, ребята, — Роберт разглядывал себя в зеркало в магазине мужской одежды. Рядом пытался пристроиться Анджей, — Это вам не самолёт пилотировать. Взлёт — посадка. Это уже высший пилотаж, — он глянул на часы, — Вот поэтому я всегда нашу костюмные, а не эти ваши умные-спортивные. Чтобы с корабля на бал можно было.

— Блин, — Владик почесал в затылке, глядя на свои дайверские, — Ещё и часы?

— Владик, не психуй, — Михал хлопнул друга по плечу, — BREGUET[24] твоего дедушки был бы кстати. Вечная классика! Но я, так и быть, поделюсь. У меня с подачи Юлькиного мужа есть пара достойных экземпляров.

— Ну, если Янек советовал, то там точно не Стамбульский рынок, — хохотнул Роберт, — Он всегда умел выбрать часы так, чтоб сомнений не возникло, кто тут вопросы задаёт.

Когда они всей компанией наконец добрались до Раттенбурга, сил волноваться у Тухольского просто уже не осталось. А когда ему навстречу выбежала Алиса, вообще всё стало не важно. Лишь бы его сказочная девушка из снов была рядом и улыбалась.

Глава 116

Кира застала дочь у окна, выходящего на дорогу.

— Хочешь, я дам тебе что-нибудь из бабушкиного списка подготовки к приёму? — она показала Алисе исписанный каллиграфическим почерком листочек. — Потому что с такой энергией ты продырявишь взглядом стекло и подожжёшь всю растительность вдоль подъездной аллеи. Завтра будет пахнуть гарью и придётся сажать новые кусты.

— Мам…, — Алиса уткнулась Кире в плечо.

— Они приедут с минуты на минуту. Вот увидишь. И это просто семейный ужин. Он ни к чему никого не обязывает. Просто приятное общение с хорошими людьми.

— Просто? — захлопала глазами Алиса.

— Вот когда твой Михал уже сделает тебе предложение, то будет "не просто". Ты же знаешь бабушку. А пока ей кажется, что она что-то за кого-то решает. Кем-то руководит и влияет на чей-то выбор. Ей сейчас, я так понимаю, важен процесс, — Кира обняла дочь, — Но практика показывает, что ничье мнение не может разрушить что-то настоящее. А не настоящее развалится само, без всяких внешних воздействий.

— Ты веришь в судьбу?

— Я верю в любовь. И твой отец, слава богу, все эти годы не даёт мне эту веру потерять.

Силуэт машины Тухольского, показавшийся на дороге, не дал им продолжить разговор. Алиса бросилась к выходу, наплевав на приличия.

И только увидев всё семейство Михала, выходящее из двух машин одновременно, чуть притормозила. Попыталась взять себя в руки.

Михал стоял возле машины и улыбался только ей одной. Алиса скатилась по ступеням прямо в руки Тухольскому.

— Привет! — подняла глаза.

— Привет! — отозвался Михал.

— Добро пожаловать в Раттенбург, — Алиса всё же не забыла о своих обязанностях хозяйки, — Спасибо больше, что приехали, — оглядела она гостей, — О вашем багаже позаботятся. Прошу в дом!

В холл уже спустилась баронесса, чтобы лично встретить гостей. Со второго этажа бегом спускался Вит. Но увидев прабабушку, сделал серьёзное лицо и перешёл на шаг. Правда, надолго его не хватило. И через минуту он уже утащил своих друзей за руки в их комнаты. Фрау Мария только улыбнулась, глядя на детей.

— Кира, проводи наших гостей, пожалуйста. Нам хочется, чтобы вам понравилось в Раттенбурге. Мой сын покажет вам дом и окрестности.

Алиса тоже крепко ухватила за руку свою "добычу".

— Пойдём. Покажу тебе твою комнату. И дом. Ты же не видел нашу героическую галерею?

— Нет, — Михал покорно шёл следом за Алисой.

— Вот смотри, — она завела Тухольского на галерею.

Высокие стрельчатые окна. Портреты Алисиных предков. Рыцарские доспехи. Оружие на стенах. Михал застыл в изумлении.

— Это прадедушка. Вальтер Зигфрид Фердинанд фон Ратт. Алекс его застал. Они очень дружили. А я не помню. Маленькая была совсем. А это прапрадедушка. Феликс Август Маркус Иоганн фон Ратт. Про него тоже Алекс больше знает. История флота — это к брату. Он с самого детства в это погружен. И даже в Нахимовском училище у него всегда был конфликт с преподавателем истории. Потому что Алекс знал больше учителя.