Как приручить полковника (СИ) - Истомина Аня - Страница 13

Накидываю шубку и застегиваю высокие сапоги. Слышу, как в комнате дочери звонит будильник. Надеюсь, она не сидела до утра в интернете и не проспит в школу. Иногда ее практически невозможно растолкать на занятия. Но, после пары звонков классного руководителя, я пообещала, что отрублю интернет, если такое повторится. Поэтому принципиально не бужу.

Выходим с Николаем на улицу и я останавливаюсь.

– Ты чего? – оборачивается он.

– Контейнер забыли.

– Возвращаться плохая примета. Потом как-нибудь заберу. – отмахивается он. – Поехали.

Ты подумай! Я не удивлюсь, если он его и в следующий раз забудет. Проныра! Не зря мент.

– Я все-таки пешком прогуляюсь, – улыбаюсь и поправляю сумку на плече. – Погода хорошая, надо шубу выгулять. Всего вам доброго, Николай.

Отворачиваюсь и демонстративно ухожу прочь. Внезапно подскальзываюсь на ледяном бугорке, взвизгиваю и нелепо взмахиваю руками. Кажется, вот-вот грохнусь, но в эту же секунду оказываюсь в крепких объятиях.

Николай разворачивает меня к себе лицом и подхватывает одной рукой под бедра, держит, как знамя.

– У тебя еще рука не зажила, а ты уже ноги собралась ломать, модница. – усмехается он и тащит меня в сторону своего внедорожника, а я просто смотрю на него растерянно и даже слова против произнести не могу. – Что смотришь, как будто я тебе рубль должен?

Смущенно отвожу взгляд и ничего не отвечаю. А что я могу ответить, если у меня от его близости уже ежедневка промокла? Да я после парочки таких завтраков на столбы бросаться начну. Нужно срочно найти себе мужика для дружбы телами. Это уже ни в какие ворота не лезет!

Николай открывает дверь и сгружает меня на пассажирское кресло. Его рука будто случайно скользит по моим ягодицам и я ойкаю, подпрыгивая.

– Да сиди уже, недотрога. Я не специально. – отстраняется полковник и захлопывает дверь.

Ага, как же! Так я и поверила!

Он садится за руль и выезжает со двора моего дома.

– Адрес какой? – уточняет, сосредоточенно глядя на дорогу, потому что перестраивается на полосу с оживленным движением.

– Вы же сказали, нам по пути! – ахаю, скрестив руки на груди. – Я думала, вы знаете адрес.

– Нет. Я просто сказал, что нам по пути.

Называю адрес и всю оставшуюся дорогу едем молча под негромкую танцевальную музыку. Строю из себя немного обиженную. Неприятно, что он хитрит все время. Чувствую себя маленькой наивной девочкой.

Когда машина останавливается возле моей работы, оборачиваюсь к Николаю.

– Большое спасибо. Всего доброго. – коротко улыбаюсь ему и дергаю ручку двери, но замки щелкают и двери блокируются.

– Ты до скольки работаешь? – раздается усмешка за спиной.

– А вам зачем? – оборачиваюсь.

– Заеду.

– Да с чего бы это? – возмущаюсь, но в душе разливается странное чувство… азарта.

– По работе. Мне от тебя нужен акт.

– Какой? – хмурюсь.

– Половой.

17. Дурак

– Вы в курсе, что шрамы украшают мужчин? – усмехаюсь, глядя на полковника с вызовом.

Он лишь закатывает глаза и качает головой.

– Ты совсем не понимаешь шуток? – прикуривает и приоткрывает окно. – По работе, сказал же тебе. Ты так-то свидетель по одному очень важному делу. И не только свидетель.

– А кто же еще? – приоткрываю у себя окно тоже, потому что салон заполняет терпкий густой дым.

– Вредительница.

– Да с чего бы это?! – возмущенно вскидываюсь.

– Нападение на полковника полиции. Срыв операции по поимке преступника. Порча имущества. Продолжать список? – хмуро перечисляет Николай наши подвиги.

– Знаете, что? Если бы я в рацию сказала, что вы дурак и ваши бойцы умерли бы от смеха, вот это был бы срыв операции. А так – не считается.

– Я дурак? – переводит на меня удивленный взгляд полковник, не донеся сигарету до губ.

– Вы. Перепугали трех слабых женщин до усрачки и потом еще запугивали обезьянником.

– Ты… – вижу, как челюсть Николая сжимается и он резко подается ко мне. – Нарываешься.

Вжимаюсь в сидение, не моргая глядя на него. Взбесился ни с того, ни с сего. И взгляд такой кровожадный, будто в глубине огонь вспыхнул!

– На обезьянник? – усмехаюсь с упрямством барана и смелостью камикадзе.

– На ремень. Я заеду за тобой вечером, я сказал.

Замки на дверях щелкают, открываясь.

– Но не сказал во сколько, – шепчу, выбравшись из его машины, и захожу в здание нашего офиса. – А, значит, ждать я тебя не обязана, товарищ полковник. Акт ему половой подавай. Ага. Знаем мы такие шуточки. Пусть к Иришке своей шары подкатывает. Кобель!

– Таня, ты чего? – раздается голос из-за спины.

– А? – оборачиваюсь и вижу Зою.

– Ты сама с собой ругаешься? – улыбается она, догоняя меня. – Ты такая красивая сегодня! Что за повод?

– Без повода, – отмахиваюсь. – Похудеть хочу. Это для стимула.

– Как твои дела? Как рука?

– Обошлось вывихом, к счастью. Леопольд орал?

Леопольд – это Леонид Владимирович, наш начальник. Человек с неприятным характером и завышенным чувством собственной важности. Любит сваливать на сотрудников свою работу, а результаты выдавать за свои собственные.

Мало кому с ним нравится работать. Но в нашей аудиторской фирме неплохие зарплаты, вот и терпим этого “коронованного”. Да и безобидный он, в принципе. Только и может, что мозг выедать. Особенно, если ему отпор дать.

– Да не, – усмехается Зоя. – Побубнил только, что у нас сначала сотрудники ноги вывихивали по очереди, а теперь руки в ход пошли. Привык, наверное.

Улыбаюсь. Да, у нас на той неделе Настя ногу вывихнула, потом Юлька. Теперь вот до меня очередь дошла.

– Зой, ты это, руки береги, а то у нас и правда какая-то нездоровая тенденция. Может, сглазил кто? – усмехаюсь.

– Думаешь? – тут же напрягается она, а я закатываю глаза.

– Какая ж ты наивная, девочка моя. Я пошутила.

– Не наивная, а доверчивая, – обиженно надувает губы Зоя, но тут же взмахивает руками так, что я пугаюсь. – А как с мужиком-то этим? Который тебя в больницу возил?

– Тьфу на тебя, я думала, ты споткнулась! – ругаюсь, а она лишь виновато улыбается. – Как с мужиком? Отвёз в больницу, потом подкинул до дома. Все.

– Да? А разве не он тебя сейчас до работы довез? – хитро щурится она.

Вот все-то заметят! Ничего не утаишь!

– Он, – вздыхаю так, будто она меня утомила. – Я ему должна какую-то бумажку подписать.

– И все? И даже телефончик не попросил?

– Да с чего это, Зой? – повышаю голос.

– Ну, я заметила, что кольца у него на пальце нет. Да и мужик сам по себе такой… ничего.

– И?

– И все. – разочарованно вздыхает она и переводит разговор. – Мы с Настей созванивались, она сказала, чтобы мы не переживали, ее Степа все проблемы с разбитыми машинами уладит сам. А еще они заявление в ЗАГС подали.

– О как! Быстрые! Ну, совет да любовь. Все же, натерпелась она от бывшего. Дай бог, теперь все наладится.

– Его поймали, кстати.

Усмехаюсь. Знаем, видели. Участвовали. Но рассказывать не буду.

– Отлично! – делаю вид, что впервые слышу.

– Она на днях пригласительные и деньги, что мы ей собирали на побег, привезет. Ты бы слышала, какой у нее голос счастливый!

Улыбаюсь.

Господи, хоть кому-то повезло. Видано ли, ребенка у матери отобрать и шантажировать им? В такие моменты реально веришь в чудеса. Страшно представить, что было бы, если бы ей на пути не встретился настоящий мужик.

День пролетает незаметно, потому что я с головой погружаюсь в документы. Но фоном все равно бегут мысли о Николае.