"Фантастика 2025-172". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Керлис Пальмира - Страница 611

– Озвучьте это сами, господин Вейстлен, – тихо ответил маг.

– Значит, уже поняли… Все эти совпадения – исторические факты, общий язык – это не прихоть мироздания. И миры, в которых мы с вами живём – они вовсе не разные. Это… один мир.

– Разделённый надвое магическим ритуалом… – еле слышно прошептал нерре.

– Верно. Насколько я понял, тогда вы сумели открыть червоточину в пространстве, изгнать драконов в иную реальность. Даже наша наука вполне допускает существование параллельных миров. Но при этом расслоился и наш мир. Наш с вами. В нашем, например, не осталось магии. Вероятно, ваш тоже лишился чего-то важного… Пока не могу предполагать, но, возможно, не такого глобального явления, а какой-нибудь мелочи, что для нас является обыденностью…

– Кошек? – робко предположила Анничка, что внимательно слушала их разговор.

– Вполне может быть, – кивнул Орша. – Или чего-то ещё. Анничка, не знаю, религиозны ли вы… Но в «Последнем слове Бога» есть такое описание начала Тёмного века: «И разгневался господь на гордыню людскую, и забрал дары свои, и ослепли зрячие, и повисли плетьми умельцев руки, и расплодились болезни, голод и страх по всей земле…». Теперь я понял эту метафору. Так храмовники объяснили исчезновение магии в нашем мире после разделения. Перед тем, как начать властвовать над душами растерянного народа. Массовые инквизиции, сожжение ведьм, запрет Языка Дьявола – это была охота на тех, кто прежде владел магией, а отныне не мог смириться с её потерей. Тёмный век. Народ был ошеломлён, напуган; больше не было привычной силы, что раньше с лёгкостью исцеляла болезни или дарила урожай, подчиняя себе силы природы. Начались эпидемии, голод и войны… Благодатная почва для клеймения старых богов и возникновения новых. Зато после Тёмного века наша цивилизация пошла по совсем другому пути – пути технического прогресса…

– У нас век после изгнания тиранов назывался Золотым, – тихо добавил Мортестиг. – Расцвет государств и приход к власти людских магов.

– Тогда теперь вы должны понимать, к чему приведёт повторение ритуала. Лично я вижу два закономерных итога, и ни один вариант, боюсь, вам не понравится. Либо миры снова расслоятся, и далеко не факт, что именно в вашем теперь останется магия… И чёрт его знает, чего ещё мы все лишимся. Либо в попытке избавиться от нас вы уничтожите самих себя – так как две половины просто аннигилируются. Схлопнутся, проще говоря.

Анничка распахнула глаза и побледнела. Нейр, выслушав предположения полковника, молчал. Сказать Орше больше было нечего. Помешать планам той стороны с помощью силы он не мог, а потому просто ждал реакции высшего мага. Поверит нерре врагу? Нет? Развернётся и продолжит, что начал? Нерре умён. Но именно поэтому непредсказуем… Орша пока подслеповато рассматривал внушительный отряд солдат на той стороне. Человек сто, не меньше… Господи, а это кто… Кэл? Парень-то что там забыл?

Наконец нерре отмер, его взгляд вновь стал резким, он подобрался. Перехватил взгляд полковника и тоже посмотрел на замершие в ожидании приказа войска. Только по-другому: оценивающе, будто примеряясь. И спросил нечто совсем уж неожиданное.

– Эта гудящая штуковина позади вас, господин Вейстлен, – она тоже производит электричество?

– Генератор? – непонимающе оглянулся Орша. – Да. Переносной, работает на дизеле. Ну, на жидком топливе.

– Поток постоянный? – уточнил маг.

– Что?.. Да. Да, это генератор постоянного тока. Но зачем вам…

– Прекрасно, – коротко оборвал полковника нерре. А на его губах появилась какая-то нехорошая улыбка. Орша бы не хотел, чтобы такая адресовалась ему.

Но Мортестиг уже повернулся лицом к своему миру, хрустнул шеей, будто разминаясь, и усиленный магией вкрадчивый голос разнёсся над площадью Рате-Скуоля.

– Господа императорская гвардия, у меня к вам вопрос. Если, допустим, предположить… Ну, чисто гипотетически! Что вы столкнулись бы с некоторым… эм-м… нежеланием благородного нейра быть сопровождённым в столицу согласно приказу императора, а также с невозможностью доставить похищенный артефакт… Не были бы вы столь любезны ознакомить меня с вашим планом действий на этот случай?

На городской площади сгущалось напряжение. Сложно расслабиться, когда небольшое пространство почти полностью занято десятками экипированных солдат, ждущих лишь отмашки командира. Чернёные кирасы, короткие пистоли с левой стороны, лёгкие сабли с правой – огнестрелу-то большой веры нет: на один выстрел забава, людей попугать, да и осечки постоянно даёт. Красные перья на шишаках. Личная императорская гвардия – она больше для красоты, конечно, чем для устрашения. В настоящих-то боях совсем другие вояки бьются. Вот как те боевые орки, что их впервые в этом разломе с той стороны встретили. Обученные убивать, стремительные, слаженные. А эти… через одного – сынки захудалой аристократии, ибо как им ещё-то во дворце оказаться…

Но каковы бы ни были – а их много. Под сотню точно наберётся. Римми сосчитала только количество солдат в шеренге, а уж сколько их рядов там вглубь уходило – невеликий рост не позволил рассмотреть.

Пятеро в первом ряду вообще без оружия. Боевые маги, это уж к провидице не ходи. И их командир уже порядком нервничает. А Александр всё чего-то медлит на границе со стариком вейстом.

На Кэла смотреть не хотелось. Потому что Римми знала: не вмешайся старик, она бы не смогла помешать нейру забрать у витринара Тойтс. Потому что где Римми, а где высший маг… Да даже не в том дело, что высший. Выступить против Мортестига – это пойти против патрона, с которым у неё подписан контракт. А уж когда патрон действует согласно указу императора… Это означает сразу расписаться в госизмене в присутствии личной гвардии правителя. И самое противное: Кэл видел её бездействие. Что вот режь сейчас нейр демона на части – она слова поперёк не скажет… Потому и не смела смотреть на него. Стыдно.

Когда на площади всё же раздался голос нейра – обманчиво мягкий, вежливый – Римми вздрогнула. А Александр уже возвращался обратно решительным шагом. Походя шепнул что-то Кэлу, отчего тот недоверчиво вытаращился на нейра. Потом и Михелю, Римми разобрала только обрывок: «…vestheid, справа».

«Римми, левый фланг. Покажите себя, наконец», – вдруг прозвучал приказ в её голове, а сам Александр, широко улыбаясь, уже подошёл к командующему отрядом в ожидании ответа.

– Господин нейр, мы тут не шутки шутим, – нервно ответил офицер. – Украденный артефакт приказано доставить в любом случае. Либо с живыми Бэртелями, либо оставив их тут мёртвыми. Предпочтительно первое. Простите, господин нейр, но… то же касается и вас. И в случае вашего сопротивления император дал чёткий приказ…

– Узнаю нашего доброго и милосердного правителя, – кивнул Александр. – Артефакты ведь в любом случае найдут новых хозяев, ему терять нечего. Что ж, господа, тогда не обессудьте, но с решением императора, к вашему несчастью, я не совсем согласен…

– Эй, ты чего, переобулся уже, что ли? – выкрикнул озадаченный Кэл в спину мага, но, кажется, тот его не услышал. – Хочешь бирюльку забрать – ну так давай по-честному, на кулаках! И что ещё за «вуаль» на хрен?

Но бывший пациент как ни в чём не бывало изящно продефилировал мимо их троицы, шепнул брату Кирен непонятное слово, пошло подмигнул Римми, перекинулся парой непринуждённых фраз с офицером…

А дальше началось.

«Неблагодарная псина», по меткому определению Каролины (и Кэл был с нею согласен!), вдруг резко раскинул руки, словно крылья, и воздух вокруг отозвался дрожью, а отряд воинов скрылся за серой хмарью.

– Сейчас! – вдруг скомандовал тощий парень и оттолкнул Кэла. – Уводи Кирен, он на вас «вуаль» навесил! Пока их маги её не развеяли!

Чего бы там этот высший ни задумал, а на реакцию Келлинн Бертл никогда не жаловался. Снова подхватив рыжульку на плечо, изо всех сил рванул к «разрыву», а там уже Анничка приняла девчушку в объятия.