"Фантастика 2025-172". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Керлис Пальмира - Страница 668

Камера вновь укрупнила план: опытные пальцы ветеринара аккуратно прощупали основание крыльев, а затем на их кончиках вспыхнула белая искристая магия. Хайтвер тихо подсказывала слова заклинания. И Вейстлен прекрасно понимал, что испытали миллионы зрителей утром – облегчение, едва ли не счастье, когда дракк неуверенно дёрнул сначала одним крылом, потом обоими, а потом расправил их и свободно спикировал на землю.

«До скорой встречи в эфире, друзья, – попрощалась профессор с многообещающей улыбкой. – Вас ждёт ещё очень много интересного». Орше показалось, что он видел прозрачное третье веко, скользнувшее по глазному яблоку, когда она подмигнула. На этом выпуск завершился.

Когда через несколько часов в Эбендорф хлынули толпы журналистов, профессор Хайтвер отказалась давать интервью. Добраться до Кэла им уже не позволил сам полковник. Тогда щелкопёры переключились на Римми. Её выкрик «мало тебе ночью было, дрянь!» и затравленный взгляд напуганного мальца смонтировали так, что сомнений в её причастности к издевательствам над ребёнком не оставалось.

После выступления госпожи Хайтвер мир действительно узнал о чудовище – об Аримантис вей Дьечи. И если бы нерре вовремя не остановил её, прежде чем она применила силу, кто знает, не распространилась бы ненависть граждан Фларингии на всех магов империи поголовно? Зная, как легко манипулировать общественным мнением, госпожа Хайтвер сработала блестяще.

В Сети в голос орали зоозащитники, требуя прекратить издевательства над иномирными животными. Пламенную возмущённую речь уполномоченного по правам ребёнка крутили по всем каналам. На имя Аримантис вдохновенно строчили иски и требовали у властей империи незамедлительной выдачи магички для официального предъявления ей обвинений.

Лицом движения за равноправие разумных видов внезапно стала Вешка.

– Так чой, чувырла не человек, стал-быть? – возмущалась она на камеру. – Сегрегация! Чувырлы-то, ить, поумнее многих людёв будут, чой бы там ни болтали злые языки! Генетическая дискриминация – признак отсталого, бесперспективного социума, во! Завидоваете просто, агась! Ни рогов, ни копыт – так мы ж, чувырлы, над вами, человеками, не смеёмся! У меня, вона, и пачпорт есть! Соображалку имею – так я и чувырла, и человек, значицца! Толирантовее быть надо!

За это «ни рогов, ни копыт» и зацепились. Действительно, какая разница, если у существа разумного ещё есть копытца. Или рога. Или крылья. Тем более если существо в одной из своих ипостасей ничем от нас не отличается. Человек и человек же.

Пусть и во вторую очередь.

Орша хмыкнул, вспомнив, как представлял себе эту войну против древних чудовищ – огнемёты, суперсовременное оружие. Шпионские игры, диверсии…

Но очень сложно вести войну против врага, который… таковым не является.

Римми

Если Римми и мечтала когда о славе, то точно не о такой. А что плохого в тщеславии? Только амбиции и гнали её вперёд все четыре года обучения в университете. Конечно, как всякий нормальный человек, она лелеяла мечту, что однажды боевой маг первой категории будет купаться в заслуженном почёте и уважении, а имя «Задиры» вей Дьечи прогремит на всю империю…

Но не на весь мир же. Не на оба. И не так.

Нет, к косым взглядам и шепоткам за спиной она давно привыкла.

Вырвалась из-под опеки семьи? Не иначе как запятнала свою девичью честь, вот и сбежала в университет – грешок прикрыть, раз замуж её такую приличный человек уже не возьмёт. Поступила сама? Ой, да не смешите! Конечно, по протекции. Легла под кого-нибудь из приёмной комиссии. Уже на первом курсе проявила недюжинный магический талант и успешно развила его? Ну, разумеется – с половиной боевого кампуса-то переспать… Серебряный диплом? Ну, к ректору в постель залезть – это уже совсем наглость…

Римми не задевали насмешки, когда в столовой она давилась бесплатной кашей, а прочие веи, вейсты и нейры лакомились деликатесами из кафе. В ответ на бойкот, устроенный ей немногочисленными девицами-студентками, лишь фыркала. Да, её не интересовали ни сплетни, ни наряды, тем более что и денег на последние не было. И когда её сокурсники на выпускном вместе с дипломом получили полную лицензию на магическую деятельность, а сама Римми лишь направление на трёхлетнюю отработку из-за того, что оплатить обучение не могла – она только гордо задирала голову. Зато через три года к её лицензии добавится настоящий опыт, а бумажка не станет пылиться среди регалий рода.

Чужое мнение её мало трогало. И путешествие без сопровождения в богами забытый Рате-Скуоль, и вызывающее поведение там – надо же, благородная девица, а живёт одна да ещё зарабатывает себе на жизнь, словно подёнщица какая! В любовницы вот к нейру навязалась, ну, а как падшей девице ещё выжить? Благодаря постоянным причитаниям тётушки Амандины, что Аримантис позорит их добропорядочное семейство, девушка уже давно отрастила непробиваемую броню. Знакомство с Мортестигом вот ещё добавило пару слоёв.

Так что Римми ко всему была готова. Но не к тому, что однажды её выставят жестоким бессердечным монстром перед всем миром.

Ушлые щелкопёры из того мира быстро раскопали и удалённое видео из бара, где Римми хозяйничала как у себя дома, полагая себя невидимой, и выращенные в запале ослиные уши у одного из их братии. Заклинание всего-то на пять минут действия было! И развоплощённые стеклянные двери, что не желали открываться, и её неудачные попытки воздействовать на светофоры…

– Достаточно, Римми. Хватит себя накручивать.

Патрон просто вынул взрывающийся уведомлениями смартфон из её рук и забросил куда-то в угол.

– Да они!.. – продолжала негодовать магичка. – Вы видели, что про меня пишут?!..

– Мне для этого не нужно заниматься самобичеванием в Сети. Последствия я просчитал ещё утром.

– Меня выставляют каким-то извергом! Живодёркой! А это всего-то мерзкий дракк! Вот какого чёрта они все на меня так взъелись?! Будто на той стороне уже не воют от их гадких делишек и не ищут способы от них избавиться!

– Пока только на границе. А во всём остальном мире, ещё не затронутом Слиянием, дракков в глаза не видели. Их бурная реакция как раз таки объяснима. В Северной Фларингии после их страшной войны, выкосившей едва ли не четверть всего живого, с трепетом относятся к любым тварям. Особенно таким невиданным, о которых они прежде читали лишь в сказках.

– Но это был просто безмозглый паразит! Вредитель!

– А ещё – беспомощный ребёнок, подвергшийся насилию.

– Такой же безмозглый! Он же не настоящий ребёнок! Он просто тварь, которая прикидывается человеком! И то, что один научился мими… микри… оборачиваться, не повод считать их людьми!

– Скажите это миллионам телезрителей, на глазах у которых произошло чудо. И над этим чудом жестоко надругались. Боюсь, вы не понимаете всю глубину их гнева… Дети – ещё одна больная тема в том мире. Низкая рождаемость из-за плохой экологии, жёсткие ограничения, эта их программа чистого генома и принудительная стерилизация при выявленных отклонениях ДНК… Это у нас люди плодятся без разбора. А там – культ детей, безусловная любовь ко всему, что ниже тебя ростом и умильно лопочет. И пытаться доказать что-то разъярённому обществу в таком состоянии бесполезно. Более того – опасно. Так что единственное, что мы можем сделать, это спрятать вас, пока не утихнет шумиха.

– Но эта дрянь крылатая сама меня ночью завела чёрт-те куда и чуть всю не высосала… Я же его и пальцем не тронула! И где он там покалечился – меня вообще не касается! Хотя я бы добавила!

– Знаю, Римми. Вы ему крылья не ломали. Это сделал я.

Александр сказал это так спокойно, что Римми на несколько секунд оторопела.

– Что… Да какого чёрта, нейр Мортестиг! – завопила она с новой силой. – Почему вы сразу не признались? Все же подумали на меня, а теперь эти писаки полощут меня по всем статьям!..

Оба особняка на Хельдзааг уже несколько часов осаждали репортёры. С утра всё пошло не так. Римми удалось чудесно выспаться за какие-то два часа после насыщенной событиями и разговорами ночи. Как они и договорились с господином Роем, она явилась в университет к девяти, чтобы на личном опыте поведать студентам о том, какие они, в сущности, ещё молокососы. После планировала великодушно помочь патрону в архиве в поисках доказательств какой-то его очередной теории…