"Фантастика 2025-172". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Керлис Пальмира - Страница 833

— Стой! — окрикнул я его.

Но он не обращал уже на меня никакого внимания. Его шесть пальцев сомкнулись на шее до онемения перепуганной Иоханны и легко, без малейшего усилия, приподняли ее над кроватью. Она захрипела, лихорадочно задергала ногами, как дергает повешенный в петле, за несколько мгновений до того, как душа его отправится прочь. Руками она силилась разжать пальцы демона, но это было все равно, что пытаться погнуть стальную решетку в следственной камере «сыскного приказа».

— Скудоумная похотливая самка! — прорычал Шакус, рассматривая моментально посиневшее и опухшее лицо герцогини. — Так это ты оторвала меня от важных дел и призвала в этот замороченный мир?

Глупо было ждать, что герцогиня что-либо ему ответит. На губах у нее пузырилась пена, глаза вылезли из орбит и покраснели. И тогда я сделал выпад. Возможно, это тоже было большой глупостью, он не мог же я просто стоять и смотреть, как несчастная женщина задыхается в руке этого громилы?

Шпага вонзилась демону в бок. Вошла на четыре пальца и ткнулась во что-то очень твердое, словно деревянное. Она даже спружинила, и я резко рванул ее назад, опасаясь, что клинок сломается.

Демон с рыком развернулся в мою сторону.

— Смертный прыщ… — прорычал он. Затем размахнулся герцогиней и швырнул ее прямо в меня.

Я едва успел отвести шпагу в сторону, чтобы не нанизать на ее Иоханну как на вертел. Она врезалась в меня, и мы вместе влетели в шкаф, вломив его дверцы внутрь. Иоханна хрипела, держась за горло, но уже было видно, что с ней все в порядке. Предсмертная синева сразу сошла с ее лица, да и глаза больше не выпучивались, и только хрипы, вырывающиеся из ее глотки, говорили о том, что она только что едва не задохнулась.

Мгновенно вскочив на ноги, я подхватил с пола пурпурный халат герцогини и сунул его ей в руки.

— Убирайтесь отсюда! — крикнул я.

— Что? — по-немецки просипела Иоханна, и я понял, что сказал эту фразу по-русски.

— Убирайтесь! — заорал я по-французски и толкнул ее к двери.

Должно быть я сделал это слишком сильно, потому что она крепко долбанулась о косяк, отшатнулась и едва не упала. И только страх заставил ее устоять на ногах, распахнуть дверь и выскочить из комнаты. За стеной послушался какой-то грохот, снизу донесся топот ног. Кто-то что-то закричал, но разбираться кто и что у меня не было времени.

Я развернулся к демону, который с озверелым лицом разглядывал рану у себя в боку.

— Уходи! — резко сказал я, прекрасно понимая, что по-хорошему просить демона удалиться не имеет смысла. — Тебя вызвали по ошибке. Эта женщина использовала свою магию там, где делать этого не следовало!

— Это была ее ошибка, — прорычал Шакус. — За это она должна была сдохнуть или уйти вместе со мной. Но ты выбрал другой расклад!

Нельзя разговаривать с демонами. Их невозможно в чем-либо убедить, невозможно запугать и невозможно уговорить. Выхода всегда два: либо убить его, либо изгнать обратно в Запределье. Чтобы убить демона, самому надо быть демоном. А вот изгнать его может попытаться и смертный.

И я попытался. Мой выпад пришелся почти в цель, и я мог бы, пожалуй, оставить злобного демона без глаза, если бы не его кошачья реакция. Он успел перехватить мою шпагу у самого своего лица, уклонился и рванул шпагу в сторону. Я удержал ее в руке, но необузданной силой меня оторвало от пола и бросило спиной в стену.

Больно, черт! И в особенности это неприятно, когда ты полностью голый. Но с другой стороны, ничто не стесняет твоих движений.

Но я не собирался давать демону шанс уничтожить себя, оставаясь лежать в неподвижности. Не прошло и мгновения, как я подскочил с пола и едва успел увернуться от удара мохнатой лапы. Шесть когтей, каждый из которых был длиной с палец, стукнулись в доски пола и прошкрябали по ним, оставив за собой глубокие светлые борозды.

Развернувшись, я изо всех сил ударил демону пяткой в бок, стараясь попасть точно в то место, куда нанес удар шпагой. И надо же — попал! Шакус заверещал, закрутился на месте, а я снова попытался нанести ему удар.

Но не так-то просто проткнуть демона. Он колыхнулся из стороны в сторону с такой скоростью, что на мгновение грузное тело его расплылось, смазалось, стало каким-то невнятным. Затем он схватил меня за руку чуть выше запястья и швырнул в сторону двери. Врезавшись в нее, я весьма болезненно приложился об ручку. С коротким криком упал, но сразу же кувыркнулся в сторону, увидев летящую прямо на меня тварь.

Последовал удар когтей об пол, грохот, злобное рычание, переходящее в хрип. Эта небольшая пауза позволила мне сориентироваться и занять более выгодное положение около стола. А затем дверь вдруг приоткрылась, и в комнату заглянул Кристоф.

— Алексей, у вас все в порядке? — осторожно поинтересовался он.

Но увидев развернувшегося к нему демона, сразу замолчал. Челюсть его отвисла.

— Прочь! — рявкнул Шакус и захлопнул дверь ударом тяжелого кулака.

Я не уверен, но кажется Кристоф не успел одернуть голову. За дверь послышался грохот, а сразу за ним — отчаянный женский крик. Недолго думая, я схватил за спинку тяжелый стул и бросил его в демона. Закрывшись лапами от удара, он перехватил стул прямо в воздухе, разорвал его на две половины и отбросил в стороны.

— Ничтожный человечек! — рыкнул он. — Я раздавлю тебя как червя!

Он сделал в мою сторону три размашистых шага, но вынужден был отпрыгнуть, спасаясь от удара шпаги. Взметнувшийся клинок рубанул по углу шкафа. По сторонам полетели щепки. Следующий удар пришелся по столу, и снова по сторонам метнулись кусочки дерева. Понимая, что подолгу оставаться на одном месте смертельно опасно, я метнулся к окну.

— Глупец! — зло рассмеялся Шакус. — Смертный не может убить демона! Ты должен подчиниться мне и надеяться, что я не стану тебя убивать, а просто сделаю своим рабом!

— Извини, не могу! — ответил я с усмешкой. — Мне матушка не разрешает.

И тут дверь в комнату резко распахнулась, сразу на всю ширину. В помещение влетел Кристоф с шпагой в руке, а следом за ним и бравый обер-вахмистр Глапп. Не медля ни мгновения, он разрядил в демона свой пистолет, бросил его на пол и поднял шпагу. Пуля попала демону в грудь, но ущерба никакого не причинила. Да и не могла она этого сделать — обычные пули простив демонов бессильны. Поразить его может только заговоренная особым образом сталь. Такая, к примеру, из которой выкована моя шпага.

Между тем Шакус потер рукой то место, куда попала пуля, поковырял когтем в ране и вытащил сплющенную пулю. Поморщился и злобно глянул на Генриха.

— Ты мне шкуру попортил, мразь! — рявкнул Шакус.

— Доннерветтер! — воскликнул обер-вахмистр и кинулся в атаку со шпагой наперевес.

Кристоф рванулся вместе с ним, и столь же одновременно они отлетели прочь, когда демон сбил их с ног одним взмахом могучей лапы. Потом Шакус развернулся ко мне, сверкнул красными глазами и прыгнул.

Что уж тут сказать? Он был столь быстр, что уклониться в это раз я не успел. Даже шпагу не выставил, чтобы демон насадился на мой клинок под собственным весом. Он врезался в меня всей своей тушей, мы вышибли окно и вывались наружу.

Послышался треск, звон стекла, хруст чьих-то костей, и я очень надеялся, что не моих. Впрочем, вру — ни на что я в тот момент не надеялся. Я просто летел вниз со второго этажа, крепко-накрепко вцепившись в демона.

Мы рухнули на широкую покатую крышу, накрывающую крыльцо, скатились по ней и грохнулись на груду мешков, набитых зерном. Твердыми они не были, но и особой мягкости я не почувствовал. И хорошо еще, что в полете я успел извернуться, и мы с Шакусом рухнули боком. Если бы в тот момент он оказался сверху, то, пожалуй, я мог бы уже и не встать.

Но как вышло, так вышло. Я даже шпаги не выронил.

Зубы демона лязгнули прямо у моей щеки, и если бы я не одернулся, то он запросто отгрыз бы мне половину лица. В ответ я дважды крепко сунул ему в морду рукоятью шпаги, услышал болезненный рык и оттолкнулся. Скатившись по мешкам, я каким-то чудесным образом встал на ноги и едва успел отскочить в сторону, потому что в то же мгновение демон вырос прямо передо мной — могучий, злой, с помятой мордой и готовый убивать каждого, кто попадется ему на пути. А тем более — голого надоедливого аспиранта. Но и мне терять было нечего. Как говорится: пан или пропал. И потому тот самый голый надоедливый аспирант моментально полоснул демону шпагой по груди.