Тайна от Бывшего (СИ) - Белая Екатерина - Страница 35

Реакция на озвученные новости ожидаемая. В момент помещение наполняется гулом возмущенных голосов и отборных матов.

Когда становится тише, звучат отдельные высказывания:

– …А я то думаю, чё Артёмовские внезапно притихли?

– Я тоже обратил на это внимание, – подтверждает кто-то. – Они как мыши в последнее время – не слышно и не видно их.

– Теперь понятно, почему. Артур их к объединению готовит. Только хрен там был! – в бешенстве орёт один из пацанов. – Я ни с одним Артёмовским даже срать рядом не сяду!…

Его поддерживает одобрительный гомон голосов. Кто-то опять что-то выкрикивает.

Некоторое время идут бурные обсуждения и споры. Не встреваю в это. Даю всем возможность высказаться.

– Почему вы зациклились только на слиянии? – звучит из толпы. – Меня одного напрягает новый вид боёв, после которых нас отсюда вперёд ногами выносить будут?

– Да по-любому это не по серьёзке. Чисто для затравки тема. Чтобы интереса было больше.

– Нет, – на корню пресекаю заблуждения. – Бои, которые собирается вводить Ризванов, – со смертельным исходом. Никакой другой трактовки нет. Только так.

Мои слова вызывают звенящую тишину в кабинете.

На лицах присутствующих мелькают неверие, растерянность и страх.

– Ты сам что думаешь, Макс? – наконец, кто-то решается заговорить. – Мы, как ты. Но это полный пи…

– А что тут думать? – перебивает Яр. – Пускай Ризванов сам в клетку встаёт на таких условиях. Я лично не собираюсь в этом участвовать.

– Я тоже не собираюсь, – поддерживаю его, обводя всех спокойным взглядом. – И остальным тоже не советую. «Бездна» уже никогда не будет прежней. Поэтому как только Макар вернётся, я уйду. И вам рекомендую сделать то же самое. Уже сейчас.

Не говорю о том, что мне вряд ли дадут уйти – пацанам это знать необязательно.

Моя цель – вывести их раньше, чем Ризванов начнёт предлагать условия, от которых многим бойцам будет сложно отказаться.

– Решил принять весь удар на себя? – интересуется Яр, когда кабинет пустеет. – Зря. Мальчики все взрослые – сами в состоянии принимать решения и нести ответственность за свою жизнь.

– У меня другие мысли по этому поводу. Я не дам Ризванову гробить пацанов. Если уйду, то уйду последним.

– Надеюсь, ты меня не списываешь со счетов? – усмехается друг. – Я пока остаюсь. Если что – буду на подхвате.

Меня его решение не радует, но спорить с Нагорным – гиблое дело. Если ему что-то в башку втемяшилось – хрен переубедишь.

С другой стороны чертовски приятно чувствовать поддержку друга. Поэтому жму ему руку, хлопая по плечу.

– Они загонят тебя в клетку, Макс, – хмуро делится мыслями Яр. – Просто так Ризванов с тебя не слезет.

– Этого не будет.

– Ты же знаешь методы Макара. Он будет угрожать твоим близким, чтобы ты прогнулся.

– Он не дотянется до них. Я всё предусмотрел. Попросил Дёма вывести мать и сестру из города.

– А дочь Палыча?

– Тоже в безопасности.

– Хорошо, – кивает он. – Кстати, Палыча тоже не мешало бы куда-нибудь вывезти. На днях к нему какие-то подозрительные типы наведовались.

– Откуда информация? – напрягаюсь.

– У Миланки мать в том отделении санитаркой работает. От неё инфа. Я сначала не придал значения, но сегодня тебя послушал и…

Срываюсь с места, игнорируя дальнейшие слова друга.

Интуиция подсказывает, что те подозрительные типы как-то связаны с Ризвановым, Артурчиком и прочей нечестью.

Если всё так, то я должен знать, что они хотели от Палыча. Возможно, это прояснит ситуацию. Или хотя бы даст подсказку, в каком направлении двигаться.

Когда подъезжаю к больнице, на телефон падает сообщение от Макара. И то, что оно содержит, кроме матов ничего не вызывает.

Ризванова выпустили. И в честь освобождения он собирает всех на гулянку в рестике. Но не в каком-нибудь рандомном, а у Артура.

У Артура, вашу мать!

Из наших туда хрен кто пойдёт. Я тоже пас. Потому что понимаю, зачем Макар это делает – хочет всех по-быстрому примерить. Только это дохлый номер.

Артёмовские долгое время были костью в горле. В их компашке только отморозь тусуется. Из нормальных пацанов никого нет. Поэтому друганами мы с ними никогда не станем.

И пофиг, что там Ризванов себе нафантазировал.

Хочет слияния – пускай делает это в одно лицо. У меня есть дела поважнее.

Захожу в больницу и, отыскав нужную палату, хочу с порога потребовать информацию от Палыча. Но застываю в дверях, когда вижу, что выглядит он хреново – бледный и как будто постарел лет на десять.

Хотя взгляд всё такой же цепкий. Сверлящий. Тяжёлый. Особенно, когда на мне останавливается.

Возле него какая-то баба в медицинском халате сидит. Брюнетка. Возрастная по моим меркам, но для Палыча – в самый раз. По бейджу видно, что это местная врачиха. Только для Лисовца она явно больше, чем врач.

Вон как она предано смотрит на Палыча и руку его сжимает.

Сомневаюсь, что это прописано в курсе лечения.

– Как самочувствие? – спрашиваю.

– Минуту назад было лучше, – сурово отвечает Палыч.

И нехотя отнимает свою ладонь у врачихи, обменявшись с ней красноречивыми взглядами.

– Выглядишь бодро, – вру.

– Смотря, с кем сравнивать. Если с покойником, то…

– Паш! – шикает на него брюнетка. – То есть… Павел Павлович!

– Вы уже закончили осмотр, Надежда Васильевна? – выдавливает он из себя официоз. – Мне надо с человеком пообщаться.

Усмехаюсь. Конспирация этих двоих выглядит забавно. Нашли, перед кем шифроваться. Я уже просёк тему, поздняк метаться.

– У нашего пациента сейчас идёт реабилитационный период, – тем временем произносит врачиха, глядя на меня. – Ему противопоказан даже малейший стресс.

– Никакого стресса, – заверяю с ухмылкой. – Только положительные эмоции и спокойствие. У нас по-другому не бывает. Скажи, Палыч?

Он лишь раздраженно закатывает глаза.

– Настоятельно прошу поберечь Павла Павловича, – звучит строгий голос. – Он еще от прошлых посетителей не отошел. Довели мне его тут до…

– Иди, Надя, – обрывает её Лисовец.

Но врачиха медлит. В сомнении поджимает губы и задумчиво смотрит на часы.

– Даю вам пятнадцать минут. Не больше, – наконец, выдаёт она, направляясь к выводу.

И как только за ней закрывается дверь, я сразу спрашиваю:

– Кто к тебе приходил?

– Старый знакомый, – отвечает Палыч, кривясь. – Человек из моего прошлого. Ты его не знаешь, но, думаю, вы скоро познакомитесь.

– Можно больше конкретики?

– Всё хреново! – рявкает он. – Нас всех ждёт полная задница – я достаточно конкретно изъясняюсь?

– Достаточно. Но хотелось бы услышать детали.

– Если кратко, то... Помнишь, я тебе рассказывал, что случилось с моей женой? Так вот человек, который причастен к её смерти – в городе.

– И с какой целью он здесь? – интересуюсь, проецируя спокойствие.

А сам чувствую нарастающую тяжесть в грудине. Страх за Лисёну буквально сковывает меня изнутри. Душит.

Мать Вики убили с крайней жестокостью. Причиной был конфликт Палыча с опасными и в конец отмороженными типами. И если один из них сейчас в городе, то это просто лютый трэш.

– Он здесь с целью открытия бизнеса, – слышу как из трубы голос Лисовца. – И размах там грандиозный. Денег – немеряно. На всех уровнях всё схвачено и проплачено. И ты по-любому уже в курсе, кто его партнёры.

– Ризванов и Артёмов, – выдаю без сомнений.

– Что тебе известно об этом? – требовательно спрашивает он. – Говори!

И пока я вкратце обрисовываю ситуацию, Палыч молча слушает, мрачнея с каждой секундой.

– …Они это собираются развивать не только в рамках города – на региональный уровень хотят выйти, – сообщаю в завершении.

– Я тебе больше скажу – в планах задействовать не только подпольные шараги, типа «Бездны». Им нужен профессиональный резерв. Для этого ко мне и приходил Буровой.

– Буровой? – переспрашиваю, услышав знакомую с детства фамилию. – Тот самый Буровой, который…